- Ой, Паша, какой ты везунчик! – не сдерживала эмоций Анжелика, входя в новую квартиру. – Какие у тебя родители! Дедушка! Какой дом! Какой подъезд! Ты видел? Видел? Пашуня?
- Как? – Павел повернулся к жене и не скрывая неприязни, переспросил. – Как ты меня назвала?
- Па…шшуня, - не так весело повторила Лика.
- Никогда меня так не называй! Поняла? Никак не называй!
- Поняла.
Паша первым прошёлся по широкой прихожей (совсем не такой, как у отца), заглянул в зал – первая комната справа, самая большая и светлая. Напротив, спальня поменьше, за ней ещё одна такая же. Санузлы, полностью отделанные кафелем с новой сантехникой. Просторная кухня-гостиная сразу за залом.
- Паша, - разинув рот, осматривала всё Лика, - сколько же здесь метров? Какие комнаты! А как хорошо расположены. Паша, Паша, - звала она его во вторую спальню, - посмотри, какие обои! В цветочек с блёстками.
Паша вышел на лоджию из кухни, она как раз огибала зал и кухню, посмотрел вниз с третьего этажа, вдаль. Перед ним пустырь с кустами и камышами. Где-то вдали слышна железная дорога, справа стоят несколько частных домиков, а дальше — пустырь, за ним дачи. Новый район.
Лика задыхалась от восхищения, от пространства, у неё кружилась голова, когда она разглядывала люстры в каждой комнате. Рот практически не закрывался, а вот молодой муж молчал не хотел возвращаться к ней в апартаменты.
- Паша. Паша, - звала его Лика, - ну что ты стоишь? Иди помогай папе. Надо вещи заносить.
- Ты вещи уже собрала? Тут даже мебели нет.
- Ну и что! Купим на свадебные, время есть. Чего тянуть.
- Я не планировал так скоро въезжать. Я вообще хотел отказаться, чтобы не быть обязанным. Я видел деда один раз в жизни. Разговаривал он со мной, как с посторонним. Не хочу с ним иметь никаких дел! С отцом и Валентиной тоже. Я сам хотел. Я сам по себе!
- А что сам, Паша? – смотрела на него супруга. За её спиной в широкую прихожую тёща вносила узлы и пакеты.
И когда они только успели забить багажник Волги? – думал Паша.
- Всё сам! Работать устроюсь, снимем комнату. Пока деньги есть, на полгода хватит.
- Глупо это, Паша. Дают – бри!
- Во-во! – вторила тёща, запыхавшись, и снова побежала вниз за остальными вещами.
- Может, это единственный подарок от него. Может, он так искупает вину за то, что не общался с тобой много лет. Ты не задумывался об этом?
- И сейчас не хочет общаться.
- Не глупи, Паша. Отказаться всегда успеешь. Ты посмотри, какие хоромы, - разводила набухшими руками Лика. – У тебя были такие? А будут когда-нибудь? Тебе же не чужой человек подарил. Не бандит какой-нибудь? У нас малыш скоро родится. Представь, как ему хорошо будет здесь в квартире, в новом дворике, на новой площадке.
- Нет! – твёрдо сказал Паша и вышел, споткнувшись через пакет у дверей.
Промчался мимо пыхтящей с новой партией вещей дочери тёщи и вышел из подъезда. Тесть, мужчина полный, с круглым животом, круглыми щеками и большим вздёрнутым носом с широкими порами на коже, стоял у своей Волги и курил.
- Можно? – попросил Пашка сигарету.
Тесть протянул ему пачку дешёвых сигарет. Пашка встал рядом и смотрел на дом, на подъезд перед ним.
- Моя говорит, большая квартира.
- Угу.
- За такую платить ежемесячно дорого.
- В смысле? За что платить? Дед с отцом купили её.
- Свет, вода, газ, отопление зимой, мусор, ремонт подъезда.
- Это новый дом, какой ремонт подъезда? – возмутился Паша. Он думал, квартиру купил, и всё. Проблем нет. А тут столько ещё, за что платить надо. Он не знал.
- Возможно. Но многоквартирные дома вроде как в одну компанию платят. Столько их сейчас развелось, мошенниками могут оказаться. Платишь, платишь, а денежки потом тю-тю! У сестры у моей так было.
Пашка задумался. Он отказался от подарка и эти скучные разговоры его не касаются. Стоял и смотрел на дом, на тестя.
- А вы почему жене не помогаете?
- А ну их! – пошевелил он пальцами, держа зажжённую сигарету. – Чего торопиться? Завтра разругаетесь - вези обратно.
Даже он не верит в этот брак, - подумал Паша и больше ничего не говорил, дожидаясь жену и тёщу.
Книги автора: "Из одной деревни" (новинка) и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
- Чего прицепилась к нему сразу? – ругала мама дочку наверху в квартире. – И меня взбаламутила. Не надо было на него давить! И спешить с переездом.
- Но ты же сама говорила, мама.
- Я тебе говорила, в первую очередь документы надо проверить. Приехать, посмотреть квартиру, а ты?
- Но ты же сама сказала вещи собрать, мол, так Паша быстрее захочет съехать.
- Куда там! Вы ж на наших харчах живёте, сама ничего не умеешь, вот ему и страшно начинать. Ты сначала покажи, что хозяйка хорошая, а потом…
- Потом ребёнок родится, - опускала голову Лика, кусая губы.
- И что? – пристально всматривалась в неё мать, даже поближе подошла. - Ты что же? Анжелика?! - прищурилась Ирма Михайловна. - Ты не знаешь от кого? Говорила же в слезах его!
- Не кричи на меня, мама! Его малыш, его.
- Тогда чего раскисла? Никуда он от тебя не денется.
- Я не уверена.
Пустилась Ирма Михайловна чихвостить дочь, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, а то в подъезде слышно будет.
- Ты об этом не думай. Никогда не произноси такого, никому не говори даже мне! Его ребёнок, и точка на этом. Прикуси язык! Поняла? – грозила пальцем мама перед самым лицом дочери.
- Какая разница, он всё равно не хочет со мной жить.
- А чего он хочет? Чего длинный твой любит? - хитренько спросила мама.
- Откуда мне знать?
- Ну вы же как-то познакомились? Или сразу «это»?
- Пьяный он был в тот вечер, почти без сознания.
Инга Михайловна подумала немного и сказала:
- Видела я его на свадьбе – алкаш. По чуть-чуть можно, даже полезно, особенно для нас, - гортанно расхохоталась Инга Михайловна. - Придумаем что-нибудь. Поехали домой.
Лика подхватила пару пакетов с вещами, нести обратно, мама хлёстко влепила ей по рукам.
- Оставь! Чего таскать туда-сюда, скоро всё равно переедете. Вечером сходи в магазин, пива купи, побалуй мужа. Каждый вечер покупай, чтобы в холодильнике было.
- Я бы тоже выпила немного, - обрадовалась Анжела, - так хочется, - встретившись с мамой взглядом, она буквально вжала голову в плечи, - чуть-чуть, - показала она пальцами.
- Тебе нельзя, дура! – толкала её мама по лестнице.
Вышли из подъезда, уселись в машину и поехали в родительский дом.
Уже неделю Паша с женой жил у тёщи с тестем. С него там пылинки сдували, по крайней мере, тёща. Почти как тётя Валя готовила первое, второе, третье, но пожирнее, с мясом, с майонезом или на домашней сметане. Жаль, денег не давала, как мачеха с отцом. Пашка, впрочем, пока и не нуждался.
Через несколько дней позвонил отец и позвал сына на новую квартиру, одного.
***
Назар прогуливался по огромной квартире привычно, размерено, будто всю жизнь в таких жил. Он не восхищался планировкой, квадратурой, обоями или плиткой в ванной. Он, как никто другой знал, ничего в жизни не бывает просто так.
- Ты должен поступить в вуз.
- Опять "должен"? – усмехнулся Паша, сложив руки за спину и уставившись на пустырь за домом.
- Что поделать. Жизнь не складывается только из твоих хотелок.
- Я ничего и не хотел.
- Не хотел бы, не вляпался бы с ребёнком.
- Я больше не буду плясать под вашу дудку.
- Не надо – иди в армию.
Паша развернулся к отцу.
- А что ты хотел? Ты не учишься, не работаешь весенним призывом и отправишься.
- У меня жена беременная.
- Это никого не касается. Дед больше не будет тебя финансировать. Мы тоже. Жильё есть. Осталось включить голову и начать делать. И учти! В институте такое, как в технаре не прокатит. Прикрыться фамилией деда не получится.
- Я и не прикрывался! – грубо отвечал Паша.
- Да что ты? Короче, или поступаешь и идёшь учиться, или вперёд на два года за полярный круг. И про работу не забывай.
- В смысле? Мне придётся учиться очно и работать?
- Так и есть, сынок.
- А как?.. Где?
- Да где угодно, хоть к нам иди посменно. Грузчиком, помощником, ночными и по выходным.
- Ночными? – выкрикнул радостно Павел.
- А как ещё?
- Я пойду! Я вообще могу работать 24/7.
- Да? А как же молодая жена? – с издёвкой переспросил Назар. Сын не ответил. – Ладно, пить меньше будете. Она тоже, как ты закладывает или меньше?
Пашка покраснел от шеи до ушей.
- Она беременная. А я не пью.
- А то я по твоему лицу не вижу. И по запаху не чувствую.
- Я с тестем немного, - врал Павел. Тесть у него не любитель надуваться пивом и так круглый, а вот он рад пару банок перед сном пропустить – спалось крепче до самого утра. Да и пенное в холодильнике у тёщи не переводилось. В последние дни только ворчать она стала, мол, переходите к себе и пейте сколько хотите, а тут надоело.
- Смотри, Пашка, это дело такое от привычки до запоя руку протянуть. Завтра приходи к нам в депо с документами. Переезжать, когда думаете?
- Мы не будем.
- Почему?
- Не хочу!
- Примаком у её родителей лучше?
И опять это дурацкое слово. Однажды тётя Валя тоже так сказала, теперь отец.
- Разберёмся.
- Ну, смотри, Паша.
Назар развернулся уходить. Остановился.
- Забыл тебе сказать, квартира пока на меня оформлена. Сам понимаешь. Ребёнок родиться там разберёшься. Это ЕГО решение.
- Ага, - со знанием дела ответил Пашка, хотя ни черта не понял почему на отца, если подарок ему. И вообще, что значит оформлена? Ну, сейчас не до этого, появился хоть какой-то просвет в его семейной жизни.
Пашка не пошёл в депо к отцу, не захотел у него на глазах или под присмотром его знакомых. Устроился помощником машиниста без блата. Хотел на практике подтянуть то, чего не осталось в голове за три года учёбы в техникуме. Про фамилию сказал, что однофамильцы. В вуз поступил, тут уж пришлось напомнить, чей он внук - это несложно, сто раз такое проворачивал. Иначе бы не взяли – прием в этом году окончен.
Переехали второпях, чтобы ни жена, ни тёща мозг не выносили. Пашке лишь бы отделаться от них. Лика увеличивалась на глазах, как дрожжевая пышка. Тёща носилась с ней, и, кажется, врачам в женской консультации тоже не было покоя от неё. Пытались допечь и Пашу, чтобы он занимался обустройством квартиры. Анжелика хотела вместе с ним прокатиться по магазинам, выбрать гарнитуры, спальню, диваны, но Паша сразу отказался. Чувствовал он себя в этой квартире гостем, только спал урывками, а потом снова бежал в университет или в ночную.
И счастливее этого замученного, немного похудевшего, уставшего в любое время суток пацана не было. Он жил отдельно от всех, не прятался от тёти Вали, не подслушивал их разговоры, потому что после тёти Вали у отца уже не оставалось времени говорить с ним. Курил на кухне, на лоджии. С женой он практически не пересекался. И абсолютно фиолетово, какой она заказала диван в зал, какой гарнитур в их спальню и когда привезут этот хлам. Он пальцем не притронется. Паша закрывался в самой маленькой, пустой спальне и засыпал на мешках с барахлом.
Он работает – содержит семью. Он учится, и у него нет времени на сбор шкафа, на бредни жены, даже на пиво не оставалось времени. Он чувствовал себя легко, бодро, голова соображала быстро, если не спала, у него всё получалось. Он совсем забыл, что рано или поздно Лике рожать, ну и ещё о многих своих обязанностях.
***
- Форму мою постирала, погладила? - спросил он у жены приказным тоном, когда она вошла к нему рано утром.
- Да, в зале на двери висит. Паша, вот... счета за квартиру. Надо оплатить, - просила его Лика, положив квитанции на стол.
Паша взял квитанции, с трудом соображая, посмотрел на цифры.
- Это что?!
- Счета.
- Почему так много?
- Так за полгода.
- А ты не платила ни разу?
- Нет.
- Почему?
- Так я мебель, посуду, плиту купила, видишь? – показывала она на сияющую газовую плиту, белорусского производства.
- Сколько она стоит?
Лика поджала губы.
- Почему ты не платила? Где деньги?
- Ты мне ничего не давал!
- А со свадьбы?
- В спальне! В гостиной! Вот, - ударила она по шкафчику над обеденным столом, - если бы ты спал в спальне на нашей кровати, ты бы видел, куда ушли все деньги, - оправдывалась Лика.
Он отшвырнул бумажки, будто его не касалось, протёр глаза кулаками и пошёл на пары в универ. У него сегодня ещё ночная смена. Пусть сама разбирается, он почти не живёт дома.
продолжение ___________