Загадочной, «средневековой» постройкой с башенкой на Рублево-Успенском шоссе интересовались многие исследователи, весомый вклад в изучение имения Подушкино внесли одинцовские краеведы, к сожалению, они не раскрыли источников, на которые опирались, некоторые данные до сих пор не удается ни подтвердить, ни опровергнуть.
Искали многие, печатали статьи, выдумывали легенды, а усадьба продолжала долгое время оставалась без портретов владельцев и их биографий…
На одних «сказках» далеко не уедешь, нужны документы, факты, изображения… За ними я и отправилась в архивы, и на протяжении более 12 ЛЕТ вела поиски параллельно в нескольких хранилищах Москвы (РГАДА, ЦГАМО, ЦГА, РГАЛИ, ведомственный архив Управделами в Жуковке), посылая запросы в Воронеж (откуда родом хозяйка замка) и Санкт-Петербург (где Мейендорфы бывали наездами и временами жили).
С помощью зарубежных знакомых искала сведения в Европе (в том числе в литературе и эмигрантских периодических изданиях) и выход на потомков баронов в Дании. Очень помогла книга датского исследователя Бертельсена, с большим трудом я нашла её в Ленинке и с еще большим трудом перевела нужные фрагменты.
Как говорится в русской пословице: «Терпенье и труд всё перетрут!». Непрестанная, то угасающая, то кипучая деятельность изо дня в день, из года в год, бесконечные поездки в библиотеки и архивы, поиск контактов, переписка и запросы всё же стали приносить плоды, по крошечным фрагментам я постепенно собирала летопись Подушкино, как сложную, но очень красивую мозаику.
Гораздо больше стало известно и о приватной жизни баронессы Надежды Александровны Мейендорф из её личных писем (у меня их около сотни). С французского мне их перевела моя дорогая подруга из Брюсселя Евгения Спечинская.
Теперь я обладаю богатым документальным наследием об истории барвихинского поместья, невероятной удачей оказались материалы, полученные из-за границы, в том числе и от потомков баронов.
То, что открылось мне в упорных и кропотливых поисках я изложила в своей последней книге «Усадьбы России». Теперь в истории подмосковного имения Мейендорфов гораздо меньше белых пятен, хотя всегда можно еще что-нибудь поискать…
Хочу выразить благодарность тем неравнодушным и отзывчивым людям, что помогали мне в разное время: историкам К. Куркову и Е. Мироновой, поэтессе М. Тюриной-Оберландер, писателю Д. Раскину, краеведам Н. Митронову и А. Семенкову, и моим верным помощникам С. Степанову и Е. Спечинской.