Автор: Кама Цепеш
По иронии судьбы, образ Носферату стал более узнаваемым и влиятельным в массовой культуре, чем оригинальный граф Дракула. Немой чёрно-белый фильм 1922 года является чем то большим, чем просто хоррором, - скорее экспонатом киноведческого музея. В эру бесконечных ремейков и сиквелов вопросов "адаптации адаптации" был лишь вопросом времени. Загвоздка была в том, как найти достойного постановщика. В 1979 Вернер Херцог уже снял свою версию, в которой образ графа Орлока подвергся серьёзным изменениям: он стал более живым и чувственным, так как Херцог усмотрел в нём извращенную, но всё же романтическую трагедию. Его Носферату - печальный и одинокий, не способный сдерживать свою животную сущность. Это категорически отличает его от архетипа абсолютного зла, коим является Дракула.
Однако режиссёр новой версии решил придерживаться версии оригинала - иногда даже чересчур - ради повышения градуса страха. Роберт Эггерс, постановщик "Ведьмы" (обзор в тг-канале), "Маяка" и "Варяга", - идеальный кандидат для съёмки "Носферату" с учётом качества перечисленных работ. Кропотливый, ползучий и гипнотический, фильм является идеальным ремейком. Почти покадровое воспроизведение шедевра Мурнау не делает этот фильм менее самостоятельным, так как Эггерс, который славится тщательным продумыванием каждого кадра, не вставляет шоты ради узнавания, а двухчасовой хронометраж позволяет уделять больше внимания проработке героев и мифологии.
Интересно, что главный герой Томас в исполнении Николаса Холта здесь отходит на второй план. Больше времени и проработке уделяется именно его новоиспечённой жене (её играет Лили Роуз-Депп, которой после провального "Идола" удалось в полной мере продемонстрировать свой актёрский талант). В юности она заключила сделку с Носферату, и с тех пор её преследуют кошмары, но появление в её жизни Томаса спасло девушку от сумасшедшего дома. Однако пробуждение Носферату и его сверхестественное влияние на умы людей подтолкнут её к невообразимому.
Эггерс решил не изобретать велосипед - что в итоге оказалось удачным решением - и оставил графа Орлока безчувственным чудовищем с единственной страстью к разрушению и хаосу. Сначала это прослеживается через экспозицию и арку от Эллен, её кошмары и страх за жизнь Томаса, далее уже с точки зрения Томаса, приехавшего в Трансильванию и натыкающегося на пугающие обряды местных жителей, мы начинаем ощущать настоящий ужас и трепет, когда сталкиваемся с графом.
Сцена в замке - пик творческих способностей режиссёра. Она небольшая, но эффект присутствия в этом бесконечно длительном кошмаре - эмоциональная пытка и для героя, и для зрителя (в хорошем смысле). Однако всё же изюминка лично от постановщиков - образы и костюмы. Внешний вид Носферату не публиковали вплоть до премьеры фильма (также поступили создатели "Собирателя душ"). И оно понятно почему: Орлок здесь несколько отходит от устоявшегося образа лысой бледной страхолюдины. Он больше подходит на донского казака с этими роскошными усами и свисающим на лоб чубом. Отдел костюма явно постарался, чтобы все персонажи из Центральной и Восточной Европы выглядили аутентично и убедительно, а одежда Эллен наполнена цветочным символизмом.
Любопытно, как в фильме чередуются две его основные цветовые палитры: серо-синяя и огненно-желтая, причём второй становится всё больше к финалу, словно напоминание о приближающемся рассвете и отступлении тьмы. Огонь здесь - лекарство, средство очищения от скверны и зла. Носферату приносит с собой чуму и массовое безумие, его костлявая рука буквально опускается над городом (кадр выше). Ночное освещение напоминает о старых чёрно-белых фильмах, когда ночные сцены снимали при свете дня, но здесь это иллюзия. Тусклый холодный свет ламп вкупе с контрастной постобработкой создаёт чувство пустоты и дискомфорта, но ещё немного, и на экране ничего нельзя будет разобрать, так что монтажёр ходил по лезвию. В немых фильмах кадр подвергали изменению с помощью кашé (фильтры разной геометрической формы) и цветовой окраски - даже в "Симфонии ужаса" Мурнау он используется довольно часто, однако Эггерс сделал выбор в пользу дихотомии на уровне повествования и, как следствие, визуальной составляющей в плане цвета.
"Носферату" Роберта Эггерса - жуткое, вызывающее, интригующее зрелище, полное бескомпромиссной жестокости, мерзости, ужаса. Фильм пугает и одновременно завораживает благодаря продуманной реализации сценария, который умудряется привносить новые идеи в викторианскую сказку о всепрощении и жертвенности во славу вечной любви, стоящей на пути хаоса и смерти.