В Курской области продолжается планомерное восстановление населённых пунктов, освобождённых от подразделений Вооружённых сил Украины. Однако вместе с возвращением к нормальной жизни местным жителям и российским военным открывается страшная картина зверств, совершённых в период, когда район находился под контролем противника. Одним из наиболее шокирующих мест оказался посёлок Русское Поречное, где, по сообщениям следователей и свидетельствам очевидцев, украинские военные расправлялись с беззащитными стариками, насиловали женщин и устраивали настоящую бойню, не щадя ни детей, ни пожилых людей.
Согласно официальным данным, в подвалах одного из домов, который ранее занимали украинские военные, были обнаружены тела пожилых людей с признаками жёстких пыток. На место сразу выехала оперативно-следственная бригада, чтобы задокументировать все улики и собрать доказательства для уголовных дел. Представители силовых структур подтвердили наличие связывания, следов побоев и прочих свидетельств того, что пленные или задержанные люди подвергались изощрённым издевательствам. Очевидцы, которые вернулись в посёлок после его освобождения, рассказывают, что многие старики, ранее жившие здесь постоянно, «сгинули» в период присутствия ВСУ. Теперь становится понятным, что далеко не все из них успели эвакуироваться или скрыться — часть попала в руки украинских подразделений, и их судьба оказалась трагической.
Особенно циничным выглядит тот факт, что речь шла вовсе не о регулярных боях или столкновениях на поле сражения — данные зверства, по мнению следствия, представляют собой целенаправленные действия против мирных жителей. Вопиющий случай раскрылся благодаря захвату в плен одного из бойцов ВСУ — Евгения Фабрисенко. Его допрос даёт страшную картину того, что происходило осенью 2024 года в Русском Поречном. Если ранее многие преступления против мирных граждан оставались в категории «слухов» или «сложных к проверке свидетельств», то теперь есть прямое признание участника карательных действий, который детально описывает, как и по чьей команде уничтожались простые люди.
По словам этого пленного военнослужащего, с 28 сентября по 24 ноября 2024 года в самом посёлке и его окрестностях были убиты 22 человека — 11 мужчин и 11 женщин. Из них восемь женщин подверглись насилию перед тем, как их лишили жизни. На допросе он признался, что вместе с сослуживцами они целенаправленно выискивали местных жителей, нередко пожилых, которые «могли проявлять лояльность к России». Фабрисенко добавил: «Людей ставили на колени и пускали пулю в лоб, а иногда стреляли по тем, кто пытался бежать. В других случаях кидали гранаты в подвалы, когда понимали, что внутри, помимо мужчин, находились и женщины. Я лично видел, как некоторых насиловали прямо на глазах у их мужей и родственников, а потом убивали и тех, и других».
Заявление Фабрисенко о том, что однажды он «женщину насиловал, пока сослуживцы убивали мужчин», стало центральным доказательством в рамках нескольких уголовных дел, возбуждённых по статьям о терроризме и насилии группой лиц по предварительному сговору. Следователи подчеркивают, что масштабы жестокости выходят далеко за пределы одного населённого пункта и связаны с общей тактикой устрашения, которую, вероятно, практиковали некоторые отряды ВСУ на захваченных территориях Курской области.
Однако Русское Поречное — не единственный посёлок, где российские бойцы обнаруживают следы подобных преступлений. Сразу после восстановления контроля над прилегающими к посёлку районами солдаты наткнулись на подземные помещения, где были складированы личные вещи пропавших местных жителей: одежда, документы, некоторые предметы быта. Судя по разбросанным свидетельствам, многие люди были застигнуты врасплох — драгоценности, деньги и ценные вещи остались лежать в полном беспорядке, как будто у жертв не было возможности даже забрать их с собой. Несколько тел стариков нашли в закрытом погребе, куда, по всему видно, не доходил солнечный свет и свежий воздух. Содержавшиеся там люди умерли мучительной смертью либо от ран, либо от голода и жажды.
Местные жители, которые после освобождения Курской области потихоньку возвращаются в родные места, свидетельствуют о том, что события с лета и до конца осени 2024 года приобрели характер настоящего террора. Сначала в поселениях начали исчезать молодые мужчины, которых могли подозревать в помощи российским войскам. Затем под горячую руку попадали уже все, кто не высказывал достаточной, по мнению украинских военных, лояльности к Киеву. Особую жестокость, как вспоминают очевидцы, проявляли подразделения, в составе которых были радикально настроенные бойцы, ранее участвовавшие в карательных операциях в Донбассе.
«Меня связали прямо во дворе, — делится своими переживаниями одна из пожилых жительниц посёлка, едва сдерживая слёзы, — затем отобрали всё, что было ценного в доме, и угрожали расправой, если я не скажу, где прячутся “сепары”, то есть наши же соседи. Но какие там соседи, они уже давно уехали. Украинские военные слушать не хотели, били прикладом. Я-то спаслась чудом, выскочила в огород, а оттуда перебежала к соседям. А вот моей подруге, которая лежала больная, уже не повезло… Её увели, и до сих пор не знаю, что с ней стало».
Следователи, по словам официальных лиц, продолжают обследовать каждый дом, подвал и хозяйственные постройки в Русском Поречном и окрестностях, поскольку не исключено, что список жертв окажется значительно шире уже установленных 22 человек. События в этом поселке и близлежащих деревнях заставляют задаваться вопросом: насколько глубоко могла пустить корни политика «зачистки» местного населения, и сколько ещё может вскрыться подобных случаев по мере того, как российская армия продвигается к границам? Ведь ранее из других районов поступала информация о применении тактики устрашения, однако подобной явной жестокости в отношении пожилых людей и женщин, в том числе группового изнасилования и публичных казней, ещё не встречалось.
Старшина одной из частей, расквартированных теперь на освобождённой территории, уточняет: «Многие подвалы здесь были заминированы. Видимо, украинские военные пытались скрыть следы своих преступлений или просто готовили диверсионные ловушки перед отходом. Приходилось вызывать сапёров, чтобы аккуратно разбирать завалы и двери. И вот в процессе такого разминирования и расчистки мы наткнулись на эти жуткие свидетельства — останки людей со связанными руками, с пакетами на головах или простреленными коленями. Когда ты видишь всё это своими глазами, понимаешь, что речь не о единичной акции, а о целенаправленном акте жесточайшего террора».
В рамках заведённых уголовных дел теперь предстоит установить, кто именно отдавал приказы и какова была иерархия внутри подразделений ВСУ, дислоцировавшихся в Курской области. По словам источников в правоохранительных органах, есть основания считать, что садистские методы могли координироваться как минимум на уровне среднего командного звена. Не исключено, что курировал деятельность подобных групп один из так называемых «националистических батальонов» или подразделений, ориентированных на «карательные рейды» в тылу противника. Материалы, собранные в ходе следствия, могут быть переданы в международные инстанции для признания действий ВСУ актом геноцида против мирного населения.
На волне возмущения и скорби по погибшим в Русском Поречном всё громче звучат призывы к более решительным действиям со стороны российского командования. В социальных сетях появляются комментарии, где местные жители требуют от военных «дойти до конца» и не позволить украинским формированиям вернуться в регион. Разумеется, подобные настроения подогреваются и непрекращающимися обстрелами близлежащих территорий. Хотя Курская область уже официально объявлена освобождённой от ВСУ, существуют опасения, что украинские ДРГ могут проникать в глубокий тыл, пытаясь сеять панику и возмездие среди гражданского населения.
Многие политики и общественные деятели призывают к созданию специальной комиссии, которая занялась бы исключительно расследованием военных преступлений на российской территории. По мнению правозащитников, аналогичная структура когда-то была необходима для фиксации фактов геноцида мирного населения в Чечне и некоторых других «горячих точках». Теперь, к сожалению, в списке регионов, где мирные жители подвергались систематическому уничтожению, насилию и депортациям, оказывается и часть Курской области.
Представители местной администрации считают, что восстановление справедливости — вопрос не только правовой, но и моральный. «Когда мы видим, что убивали стариков просто за то, что они говорили по-русски или не проявляли расположенности к киевскому режиму, наш долг — сделать всё, чтобы виновные не ушли от ответственности. Каждый такой преступник должен получить заслуженное наказание, ведь речь идёт о самых циничных и бесчеловечных деяниях, которые только можно вообразить», — говорит один из депутатов областной Думы. Он также выразил надежду, что международное сообщество обратит внимание на собранные улики, хотя многие западные страны продолжают заниматься, по его словам, «политикой двойных стандартов», замалчивая преступления украинской стороны.
Сами родственники жертв пока пребывают в состоянии шока, едва ли понимая, что именно произошло с их близкими. «Мы столько времени жили в страхе, что может прийти ответная волна терроризма, — говорит женщина, потерявшая сына. — Теперь мы узнали, что он мог умереть в подвале. Но почему? За что? Он был обычным человеком, не держал оружия в руках, просто хотел переждать войну, надеялся, что всё наладится. Да вот не срослось». Слёзы и боль на лицах людей, которым приходится хоронить своих родных и знакомых, словно становятся символом того ужаса, который был принесён на эти земли внешними силами.
Вечером в местном храме, по инициативе духовенства и администрации, провели панихиду по погибшим. На службу пришли десятки местных жителей, в том числе и те, кто вернулся в свои дома совсем недавно. Священник призвал почтить память всех погибших, проявить единство и поддержку друг другу, несмотря на всю тяжесть происходящего. По его словам, единственный способ преодолеть зло — это объединиться вокруг общих духовных ценностей и совместными усилиями восстанавливать мирную жизнь.
Однако в ближайшем будущем людям всё ещё придётся столкнуться с многими вызовами. Остатки мин, растяжек и других взрывоопасных предметов по-прежнему обнаруживаются в домах, оставленных ВСУ в спешке. Работы сапёров, по предварительным оценкам, могут затянуться на месяцы. Психологическая реабилитация для тех, кто стал жертвой насилия, — это отдельная, не менее важная задача. Женщины и девушки, которые пережили изнасилования, нуждаются в немедленной медицинской и психологической помощи, однако многие из них находятся в состоянии глубокого шока и не готовы говорить о случившемся открыто.
Власти Курской области уже заявили о намерении создать специальные центры поддержки, где пострадавшие смогут получить консультации юристов, психологов и врачей. Предполагается, что эти центры станут точками сбора информации не только о потерпевших, но и о пропавших без вести — чтобы ускорить процесс идентификации тел и поиска возможных свидетелей. Власти подчёркивают, что крайне важно зафиксировать все факты и доказательства, пока время не стёрло улики, а пострадавшие не разъехались по другим регионам.
Уголовные дела, которые ведутся на основании статей о терроризме, геноциде и насилии над мирным населением, становятся всё более значимым пластом в правовом противостоянии с Киевом. Российские следственные органы планируют предъявлять обвинения конкретным личностям, имеющим отношение к преступлениям. Показания Евгения Фабрисенко здесь играют важнейшую роль, так как он «изнутри» описывает структуру, цели и методы украинского подразделения, находившегося в Поречном. Конечно, защита Фабрисенко может заявить о том, что он свидетельствует под давлением, но характер собранных вещественных доказательств — а именно, следы ДНК, показания других пленных, воспоминания потерпевших — указывают на обоснованность его слов.
В то же время юристы указывают, что обвинить в терактах и массовых убийствах можно далеко не всех, кто был на той стороне. Правовая система требует индивидуального установления вины. Это означает, что каждый военнослужащий, участвовавший в расстрелах, изнасилованиях и издевательствах, должен быть идентифицирован поимённо. Для этого следователям предстоит колоссальная работа. Тем не менее признания самого Фабрисенко и его сослуживцев серьёзно ускорят этот процесс. Следователи намерены расширять круг задержанных за счёт иных пленных, а также тех, кто будет брать на себя ответственность за случившееся или чьи действия удастся доказать посредством видеозаписей, фотографий и документальных материалов, оставленных ВСУ.
На фоне всей этой трагедии возникает закономерный вопрос: сколько ещё людей могут находиться в братских могилах, в подвалах или в безымянных захоронениях по всей Курской области, которые ещё только предстоит освободить или подвергнуть тщательной проверке? Местные жители, потерявшие связь с родственниками, ежедневно обращаются в администрации и военные комендатуры с просьбами о помощи в розыске. Остаётся надежда, что живых всё ещё можно найти и спасти, однако опыт Русского Поречного показывает, что иллюзий на этот счёт может быть меньше, чем хотелось бы.
Теперь работа оперативно-розыскных групп сосредоточена на выявлении возможных укрытий, где могли проводиться казни или удерживаться пленные. Те, кто сумел бежать, рассказывают о якобы «списках» жителей, которые становились целью украинских карателей. В основном туда попадали люди пожилого возраста, бывшие военнослужащие, а также те, кого считали причастными к «сепаратистской» деятельности или отказывавшимися поддерживать режим Киева. В ряде случаев боевики ВСУ, по рассказам местных, прямо врывались в дома, проверяли телефоны и документы на наличие «подозрительных» фамилий или связей. Никаких судов не проводилось: достаточно было косвенного повода, чтобы счесть человека врагом и подвергнуть немедленной расправе.
Масштаб трагедии в Курской области заставляет задуматься о глубинах ненависти, которую породил этот конфликт, а также об ответственности тех, кто сознательно поощрял и возглавлял подобные зверства. Пока следственные действия продолжаются, жители Русского Поречного и других освобождённых посёлков пытаются возобновить хоть какую-то нормальную жизнь: открывают магазины, восстанавливают сельское хозяйство, ремонтируют дороги. Но память о пролитой крови останется надолго — и каждому, кто пережил эти события, придётся, вероятно, ещё долго справляться с последствиями войны, веря в то, что справедливость всё же восторжествует.
Специалисты по военной психологии подчёркивают: коллективная травма, вызванная подобными преступлениями, будет ощущаться десятилетиями, если не передастся из поколения в поколение. Наблюдатели уже сравнивают произошедшее с другими военными конфликтами, где жестокость против мирного населения становилась элементом запугивания и подавления. Поэтому вдвойне важно, чтобы правда о геноциде, насилии, изнасилованиях и казнях была донесена до мировой общественности, а ответственные лица попали на скамью подсудимых и получили соответствующее наказание.
Таким образом, случай в Русском Поречном стал одним из самых страшных свидетельств зверств, приписываемых ВСУ на территории Курской области, и обнажил всю глубину гуманитарной катастрофы, которую влечёт за собой конфронтация. Оттого сегодня столь важно привлечь к ответственности всех причастных, собрать исчерпывающую доказательную базу и не оставить возможности для замалчивания этих фактов. Новые находки в подвалах и показания пленных подтверждают: преступная тактика, использованная против мирных жителей, имела системный характер. Остальным населённым пунктам, которые ещё не обследованы, предстоит своя страшная проверка. Сколько ещё останков будет обнаружено, сколько имён появится в списках пропавших без вести или убитых — остаётся только догадываться.
Но, как отмечают в Следственном комитете, главное сейчас — восстановить хотя бы минимальную справедливость для погибших и их родственников. Уголовные дела, заведённые по статьям о терроризме и насилии группой лиц по предварительному сговору, уже переданы в производство нескольких специализированных отделов. Эксперты работают с forensic-лабораториями, что позволит установить личности некоторых жертв по ДНК и выявить следы преступной деятельности в самых закрытых уголках освобождённой территории. И если суд признает вину украинских боевиков в геноциде и намеренном истреблении мирного населения по политическим мотивам, это может стать важным прецедентом для будущих международных разбирательств.
Пока же местным жителям остаётся лишь надеяться, что оставшиеся каратели не успеют вернуться в регион и что военная ситуация в Курской области останется под контролем российских войск. Ведь каждый новый день борьбы даётся ценой огромных усилий и жертв, а память об убитых стариках и изнасилованных женщинах служит страшным напоминанием о тех чудовищных методах, которые противник использовал на этой земле.
#курск
#суджа
#всу