На песчаных отмелях Мазурских озер, что раскинулись на северо-востоке современной Польши, местные жители стали находить русские золотые монеты царской чеканки. Откуда могли взяться эти монеты? Кто их спрятал? Когда? Почему? Вопросы, вопросы...
Русский поход в Восточную Пруссию
В начале августа 1914 года две русские армии Северо-Западного фронта начали операцию против группировки немецких войск в Восточной Пруссии. Столь поспешный поход был предпринят по настойчивой просьбе союзников-французов, твердивших, что иначе Франция будет «неминуемо раздавлена».
Поначалу казалось, что призрак нашей победы уже витает в воздухе. 1-я армия под командованием генерала Ренненкампфа решительно опрокинула немцев в сражении под Гумбинненом (сегодня — город Гусев), но затем, словно остерегаясь развить собственный успех, стала закрепляться на занятых рубежах.
Тем временем 2-я армия обходила с юга обширные Мазурские озера. Командовал ею генерал от кавалерии Александр Васильевич Самсонов. В районе крепости Сольдау внезапно появились немцы, которых здесь никто не ждал, и ударили по неприкрытым флангам...
Для двух русских армий поход закончился трагедией.
Написаны горы трудов о стратегических и организационных просчетах этой неудавшейся кампании. Одни историки во всех бедах винят Ренненкампфа: дескать, имел же он возможность прийти на помощь Самсонову, да не захотел, а все из-за личной неприязни между двумя этими офицерами, вспыхнувшей еще во времена Русско-японской войны.
Другие возлагают всю полноту ответственности за позорное поражение под Сольдау на Самсонова, бывшего донского атамана, бывшего генерал-губернатора Туркестана, штабиста и лихого наездника, не имевшего, однако, опыта руководства крупным воинским соединением. Но даже самые ярые хулители вынуждены признать, что Самсонов был честным, глубоко порядочным, блистательной храбрости офицером.
Увы, личная доблесть не всегда сочетается с полководческим талантом. Генерал Самсонов, осознав, что связь штаба с частями утрачена, что его армия перестала существовать в качестве цельного военного организма, принял мужественное решение предстать перед военным трибуналом и понести любое наказание. Об этом свидетельствуют многие, кто видел командующего в те роковые дни, например, командир 15-го корпуса генерал Мартос.
Не сумев сохранить армию, Самсонов вознамерился спасти то немногое, что еще оставалось в его распоряжении и чего он не хотел оставлять врагу. Речь идет об орденах и медалях, предназначавшихся для награждения отличившихся, а также об армейской казне. Но, чтобы исполнить этот последний долг чести, сначала требовалось выйти из кольца окружения, которое неудержимо сжималось.
Загадочная смерть генерала Самсонова
Даже в этом кошмаре некоторые русские части выходили к своим по всем правилам военного искусства. Например, 21-й пехотный Муромский полк, понеся минимальные потери, вышел из окружения, да еще привел пленных и привез трофейные орудия.
После шестидневных боев прорвался через расположение германских частей небольшой отряд из состава Можайского полка, возглавляемый штабс-капитаном Семячкиным.
Но большинству выпала незавидная доля. Колонна, в которой находился генерал Мартос, нарвалась на засаду и была в упор расстреляна из пулеметов. Мартоса захватили в плен с оружием в руках и позднее судили. На последнем рубеже капитулировала другая колонна во главе с командиром 13-го корпуса генералом Клюевым. А через леса и болота текла солдатская масса, оставшаяся без командиров. Многие бежали в панике, сами не зная куда. Немцы вели по предполагаемым путям отхода наших войск беспрерывный артиллерийский огонь, перенося его из квадрата в квадрат.
Генерал Самсонов пробивался к своим с небольшой группой штабных офицеров. Сначала передвигались на автомобиле. Но в районе Нейденбурга водитель был ранен в руку. За руль сел штабной офицер, не слишком сведущий в технике. Ехали недолго. При переправе через небольшую речушку повредили шину. Хотели поставить запаску, но та оказалась непригодной. Автомобиль пришлось бросить. Нашли телегу, перегрузили на нее поклажу. Сами шли пешком. Возница был из местных и хорошо знал окрестности. Он повел офицеров напрямик — через болотистый лес и вересковые пустоши, в стороне от основной массы отступающих
В последний день августа офицеры вышли к своим. Пешие, оборванные, обессиленные. Вот только командующего среди них не было. По рассказам, накануне ночью генерал застрелился, отойдя незаметно за кусты. Там, в лесу, они его и похоронили.
Однако в своих показаниях офицеры противоречили друг другу. Одни утверждали, будто генерал покончил с собой, не вынеся приступа астмы. Другие говорили, что рядом разорвался снаряд, генерал был ранен осколком в живот, что и послужило причиной самоубийства. Никто не мог назвать и точного места захоронения тела. О вознице с лошадью вообще не упоминали. Как и об армейской казне.
Впрочем, вышедших из окружения никто особо и не расспрашивал. Похоже, высоким армейским чинам смерть Самсонова была на руку, поскольку позволяла переложить на покойного вину за собственные ошибки. Вообще, официальная пропаганда, используя патриотические настроения в стране, пыталась даже выдать катастрофу в Восточной Пруссии за некий военный успех: дескать, жертвы были не напрасны, оттянув силы немцев на себя, мы спасли союзников, отстояли Париж! О казне 2-й армии и вовсе не вспоминали — по сравнению с общими материальными потерями это была ничтожная малость...
Реванш спустя 504 года
15 июля 1410 года под деревушкой Грюнвальд произошла знаменитая битва народов, в которой объединенные польско-литовско-русские войска наголову разгромили рыцарей Тевтонского ордена, положив конец их экспансии на восток. В немецкой исторической литературе это событие всегда скромно именовалось сражением под Танненбергом — по названию другой деревушки, располагавшейся рядом с Грюнвальдом.
И вот, по злой иронии судьбы, спустя 504 года и один месяц в той же местности терпит поражение армия Самсонова. Ближайший пункт — крепость Сольдау. Но немецкая пресса, теперь уже в восторженных тонах, твердит о новом сражении под Танненбергом! Реванш взят! (Сейчас этот бывший восточно-прусский городок находится в составе Польши и называется Стембарк.)
Победители устраивают пышное рекламное шоу, в котором всячески раздувают свой успех. Так, немцы утверждают, что взяли в плен свыше 100 000 русских. Между тем известно, что они включили в это число не только местных крестьян, переодетых в русские шинели, но даже своих солдат, которые ранее были взяты нашими войсками в плен.
Также речь шла о захвате в качестве трофеев 350 русских пушек. И вновь немцы включили в это количество свои собственные пушки, взятые русскими, а позднее отбитые обратно. Явным преувеличением выглядела и информация о 22 русских знаменах, доставшихся противнику. В действительности в бою немцы взяли два знамени, остальное — это обломки древков и небольшие элементы полотнищ, подобранные рядом с погибшими.
В своих реляциях о трофеях немцы называют и золото. Порядка 30 000 рублей.
Но, во-первых, мы уже видим тенденцию к преувеличению. Во-вторых, что такое 30 000 рублей, пускай даже золотых, для армии, личный состав которой превышал 120 000 чинов? По 25 копеек на душу! А ведь надо еще принять во внимание десятки тысяч лошадей, для которых ежедневно требовалось закупать корм. Ясно, что армейская казна многократно превышала названную сумму. Ясно и то, что немцам она не досталась. Но и спутники Самсонова вышли из лесу с пустыми руками. Казна словно сквозь землю провалилась.
«Золотая» поляна
В начале 20-х годов прошлого века один из жителей польского города Вельбарк (бывший восточно-прусский Вилленберг), отправившись в лес за ягодами, нашел на заросшей поляне несколько золотых монет царской чеканки. Об этом он по секрету поведал двум-трем своим приятелям. Через неделю о лесном золоте знала вся округа. К Вельбарку потянулись кладоискатели. Кто-то нашел одну монету, кто-то — две, а кто-то — и целую пригоршню. Многие найденные монеты были деформированы — сплющены, перекручены, смяты. Находили и ордена, изготовленные с включением золота, серебра. Все эти раритеты лежали на сравнительно небольшой площади.
Прошел слух, что и золото, и медали остались от погибших русских солдат. Однако на «золотой» поляне местные жители обнаружили один-единственный скелет — в полуобвалившейся воронке от снаряда, скрытый от посторонних глаз буйными зарослями шиповника. Под песчаным откосом белел лошадиный череп. Вот и все следы боев. Ни оружия, ни амуниции. Кто же разбросал тут золото и награды?.. К концу лета находки сошли на нет, поиски прекратились.
Но на следующий год, тоже летом, в Вельбарк прибыл по французской визе какой-то важный русский эмигрант, явно из генералов. Его сопровождали крепкие молодые спутники с военной выправкой. В течение двух недель они что-то искали в лесу, пропадая там от зари до заката. Брали с собой лопаты, мешки, еду... Однажды вечером они вернулись из леса без своего обычного снаряжения, при этом выглядели подавленными и злыми. На следующее утро русские уехали из Вельбарка и более никогда здесь не появлялись.
Пребывание этой группы вызвало в окрестностях новую волну слухов. Дескать, белая эмиграция, которая осталась к этому времени без финансовой подпитки, решила поправить свои дела, разыскав армейскую казну генерала Самсонова. Но экспедиция потерпела неудачу. Тем не менее в лес снова потянулись старатели.
Новые находки явно не соответствовали затраченным усилиям, составив в общей сложности десяток-другой монет. Поиски прекратились, теперь уже надолго.
Интерес к кладу снова вспыхнул в 1964 году — в канун полувековой годовщины гибели русской армии. Лесничество прочесали с помощью миноискателей и других технических средств. Увы, сенсации не состоялось. Стали говорить, что казна все-таки была, да ее нашли люди генерала-эмигранта. Тогда почему они уехали, не скрывая своего разочарования? Почему золото, коли оно было найдено, никак не проявилось в стане белой эмиграции?
Загадки, загадки... Старые — которых за давностью лет уже не разгадать, и новые — которые трудно объяснить. В частности, откуда в Мазурских озерах появились русские золотые монеты царской чеканки? Представляется вероятной гипотеза, что на территорию Восточной Пруссии они попали в годы Первой мировой войны с русскими войсками, например, с армией генерала Самсонова. Но, с другой стороны, непосредственно возле озер сражений не было, да и последний маршрут генерала пролегал далеко в стороне. Какая же тут может быть связь?
В августе 1914-го
Оригинальную версию, логично объясняющую почти все загадки случившегося, предложил Поль Фоккин — французский историк, профессор, потомок русских эмигрантов первой волны.
Всегда, во все времена, были люди, пытавшиеся устроить свое благополучие за счет других. Вот и среди спутников генерала нашелся авантюрист, быстро смекнувший, что судьба дает ему уникальный шанс не только выйти невредимым из кровавой бойни, но и обеспечить себя средствами на всю оставшуюся жизнь. Золото — вот оно, на телеге.
Предательский план сложился сам собой. Возница — из местных. Он знает тайные лесные дороги, глухие деревушки. Уговорами или силой надо склонить его к побегу. Заварушку лучше переждать в домике какого-нибудь лесника. А затем перебраться в любую цивилизованную нейтральную страну и жить там в свое удовольствие. Уйти можно ночью, когда утомленные дневным переходом спутники уснут. Догнать не смогут. Искать не станут — не до этого.
И вот предательство свершилось. Ночью зачинщик и понукаемый им возница тихо выехали из лагеря и к рассвету были уже далеко. Казалось, все самое опасное позади.
Как вдруг начался немецкий артобстрел. Прозвучало всего несколько «слепых» выстрелов, но один из снарядов точнехонько угодил в повозку. Взрывная волна разметала часть золота по поляне, деформировав некоторые монеты. Возница был убит наповал — это его скелет позднее нашли в воронке. Пала и лошадь. Но зачинщик, скорее всего, был только контужен или легко ранен.
Что ему оставалось? Унести несколько пудов золота он не мог физически. Значит, надо его спрятать. Только не возле разбитой телеги, а хотя бы на две-три сотни метров в стороне.
Тот, кому приходилось бывать в сосновом лесу, знает, что там уйма готовых тайников — это норы, порой весьма глубокие, которыми изрыто буквально все вокруг. Присмотрев подходящую схоронку, беглец перенес к ней уцелевшие холщовые мешочки с сургучными печатями. Рассыпанные монеты собирать не стал — торопился. Затем замел следы и двинулся в сторону лесничества, о котором ему успел рассказать возница. Но проделанная работа сильно утомила его, и вскоре он был вынужден присесть отдохнуть.
Между тем поднявшиеся с зарей офицеры не обнаружили повозки с поклажей и двух своих спутников. Генерал Самсонов, по-прежнему горевший желанием исполнить свой последний долг, потребовал идти по свежим отпечаткам колес, которые четко прослеживались в сырой почве... Скоро преследователи увидели разбитую телегу с павшей лошадью, труп возницы. Две-три пригоршни монет сверкали в солнечных лучах на песчаном откосе, но основная часть казны исчезла. Цепочка человеческих следов в каплях крови вела куда-то вглубь леса...
Беглец почуял погоню заранее и, охваченный алчностью, приготовил оружие. Офицеры окликнули его издали. На предложение сдаться последовал выстрел. Генерал Самсонов не желал этой стычки между своими. Он выступил вперед, рассчитывая уладить дело миром. Поначалу казалось, что отступник отдастся в руки своим недавним товарищам. Но когда генерал подошел ближе, грянул роковой выстрел. Пуля поразила Самсонова в лицо. Ответный огонь не заставил себя ждать.
Офицеры похоронили командующего в укромном уголке леса, а затем поклялись: об этой последней стычке никому ни слова! Дело представить так, будто генерал Самсонов застрелился сам — такая смерть в сложившейся ситуации выглядела более почетной.
Искать пропавшую казну не имело смысла. Было ясно, что эта территория попадает под немецкую оккупацию. Конечно, наши соберутся с силами и погонят врага до самого Берлина. Вот тогда можно будет достойно перезахоронить останки генерала и поискать казну, спрятанную беглецом где-то поблизости.
Но, договорившись о главном, условиться обо всех деталях офицеры попросту не успели, оттого-то и противоречили позднее друг другу.
Как известно, немцы не скоро еще ушли из Восточной Пруссии. Более того. Начав в 1915 году наступление, они захватили всю тогдашнюю Польшу, Прибалтику, часть Белоруссии. А затем в России произошла череда великих потрясений...
Далее Поль Фоккин ссылается на дневник некоего царского офицера, переданный его родственником с условием не называть никаких фамилий.
Так вот, автор дневника пишет, что в середине 20-х годов отцы Белого движения, оставшиеся не у дел, приняли решение о поисках казны 2-й армии. У них якобы имелась карта местности с точными координатами «золотой» поляны и прочих приметных точек разыгравшейся драмы. Карту эту будто бы передал генералу Алексееву один из тех, кто сопровождал Самсонова в его последнем походе. На поиски отрядили надежную команду — все бывшие офицеры, прошедшие не одну войну.
А теперь — главная новость. Эти люди действительно нашли тайник! Раскопав нору под корневищами огромной сосны, они извлекли оттуда фрагменты мешочков, в которых когда-то хранились деньги. Нашли один Георгиевский крест, обвитый длинным гибким корнем. Но монет там не было. Ни одной! Очевидно, поисковую группу кто-то опередил. Золото досталось какому-то счастливчику.
Но вот какая странность. Грунт вокруг сосны был естественной плотности. То есть везучий кладоискатель, взяв золото, для чего-то снова аккуратно засыпал яму, да еще утрамбовал землю — слой за слоем. Какому чудаку понадобилось проделывать эту работу? И зачем? Вот та последняя загадка, на которую не дает ответа версия французского профессора.
Колодец в горах
Возможно, разобраться до конца в этой истории поможет небольшая заметка, опубликованная в одной из провинциальных среднеазиатских газет в пору перестройки.
В ходе следственного мероприятия был арестован некий партийный функционер из глубинки, обложивший налогом подпольных цеховиков, промышлявших на его территории. Стремясь облегчить свою участь, задержанный признался, что свои сбережения — золотые изделия и драгоценные камни — он держит в надежном тайнике. Это традиционный для Востока расписной, окованный железом сундучок, который он прячет в сухом глубоком колодце, расположенном в горной пещере. О сундучке знает еще только один человек — его малограмотный сельский родственник, которому он всецело доверяет и без помощи которого попросту невозможно спуститься в колодец.
Следственная группа вместе с арестованным и понятыми отправилась в горы. Колодец отыскали быстро. Он действительно находился в пещере и был совершенно сухим. И сундучок находился на дне. Вот только был он разбит, разломан на части. Драгоценности исчезли. Лишь два колечка зацепились за отогнутый гвоздь. Кто же опередил сыщиков?
Ответ дали геологи. Оказывается, в толще даже самых неприступных гранитных скал встречаются извилистые каналы, которые пробивают себе подземные воды за десятилетия и даже века. Форма этих каналов напоминает гигантский клубок нитей. Причем таких «клубков» в недрах горного массива может быть великое множество. Иногда воды уходят из того или иного канала, и он долго остается сухим. Но вдруг поток прорывается из каких-то адских глубин и со страшным ревом проносится по узкому горлу, сокрушая все на своем пути. Разбить в щепки крепкий сундук и унести вглубь гор колечки и сережки для него — сущая забава.
Но если подземные воды с такой легкостью гуляют внутри горных пород, то что им песчаные и болотистые почвы? Можно предположить, что именно подземные воды завладели казной генерала Самсонова, разорвали по швам холщовые мешочки и разнесли золото по болотам. А со временем какую-то часть казны вынесло в Мазурские озера. Оттого-то там и стали находить золото.
Валерий НЕЧИПОРЕНКО