Супруги-попаданцы. История 2. Глава 1.
Анна.
Да, моё спасение принцем на белом коне как-то не задалось.
— Может, хоть спасибо скажешь! — услышала я голос моего героя из правой лапы Чуда-Юда. — Молчишь! Ну, не очень-то и хотелось.
«Благодарности захотел! Наглый какой! Это ещё не понятно, кто кого спас, — подумала я, — если бы не я, Чудо-Юдо его точно спалил бы!»
Выглядел богатырь сейчас не очень презентабельно, был сплюснут и прижат к лошади, которую, по всей видимости, укачало. Она тяжело дышала и икала.
По сравнению с ними, можно было сказать, что я летела с удобством. В лапе я была одна. Только хвост мешал. Я его продолжала зачем-то держать в руках. Надо бы выбросить.
Я уже было почти разжала руки.
— Постой! Не отпускай его! — закричали справа.
Я не ослышалась? Из правой лапы заорали в два голоса? Я судорожно схватилась за этот злосчастный хвост, хотя он и так не упал бы — был прижат когтем, и посмотрела на моего товарища по несчастью.
И увидела, как он и его лошадь выдохнули с облегчением.
— Не выпускай его, пожалуйста, — попросил богатырь.
— Хозяин, ты ей погромче скажи, — произнесла вдруг лошадь, — видишь, она глухая, бедняжка! Видно, с таким изъяном её замуж не брали, вот и решили Чуду-Юду отдать. А на личико-то красавица!
Лошадь говорит? Или у меня глюки? Я зажмурилась и покачала головой.
— У неё ещё и тики! — проговорила сочувственно лошадь.
Офигеть. Она меня жалеет!
— Я не глухая, и тиков у меня нет, — воскликнула я обиженно, — а вот тебе разговаривать не положено!
— Почему не положено? — лошадь прищурила свои глазищи и вперила их в меня, даже икать перестала.
— Потому что лошади не должны разговаривать! — припечатала я.
— Во-первых, я не лошадь, а конь, надеюсь, ты знаешь разницу? — проговорило упрямое животное, презрительно глядя на меня, я кивнула, разницу между конем и лошадью я знала. — А во-вторых, нет у нас такого закона, который запрещал бы честным животным разговаривать!
Ну, логично! Запрещающего закона нет, значит можно! Как он всё в свою пользу вывернул! Умное животное! Хотя, я же не знаю здешних законов, может такой закон и есть. Только кто ж мне сейчас об этом скажет. Придется принять пока, как факт.
— И что такого ценного в этом хвосте? — решила я перевести разговор на другую тему.
Только ответить мне никто не успел. Мы стали резко снижаться. Правда, из-за темноты, не было видно, что находится под нами.
Чудо-Юдо разжал лапы и мы, дружно визжа, полетели вниз.
Кирилл.
Вредная девица, кажется, не испытывала ни грамма благодарности за своё спасение. Она одарила меня презрительным взглядом и отвернулась. А потом она стала разжимать руки. Нет! Только не это. Хвост должен остаться у нас!
Хорошо, что она не оказалась глухой, как предположил Белокрыл. И хвост с нами. И девчонка всё-таки красотка. С такой я бы познакомился поближе. Я уже было открыл рот, чтобы представиться. Но тут Чудо-Юдо разжал лапы, и мы полетели.
Девчонка заорала, мы с Белокрылом тоже. А что? Ей можно, а нам нельзя? Я, между прочим, высоты боюсь. Да и разбиться во цвете лет совсем не входило в мои планы. Ладно, сразу насмерть, а если перелом позвоночника, и инвалидность на всю жизнь? Или того хуже, травма черепа, и дурачком остаться?
Все эти мысли успели промелькнуть в моей голове за время нашего недолгого падения. Приземлились мы в мягкое сено. Вокруг было темно. Интересно, куда нас Чудо-Юдо приволок?
Вдруг послышались шаги.
— Прилетел, прилетел, голубчик! — раздалось громкое перешёптывание, так похожее на шипение чуди с Буяна.
Да, ни дай Бог! Мне этих мерзких слизняков и там хватило по самое не хочу.
Что-то громыхнуло, и стена справа отъехала. Яркий свет от факелов ударил в глаза. А, когда глаза немного пообвыкли, я увидел в проеме мерзкие сгорбленные силуэты. Чуди смотрели на нас с удивлением.
— Кого это наш малыш приволок?
— Богатыря никак! Да с лошадью!
— И на кой он нам?
— А девку? Девку-то приволок?
Девица при этих словах поглубже зарылась в сено. Ну, что ж не будем её выдавать. Но на помощь мою может больше не надеется, неблагодарная! Сама пусть теперь выкручивается. Тут Белокрыл решил сразу расставить все точки над «и».
— Во-первых, я не лошадь, а конь! — произнёс мой конь.
Он уже выбрался из соломы, и сейчас отряхивался так, что трава летела во все стороны. Чуди отпрянули.
— Боевой конь, прошу учесть! — сердито повторил Белокрыл ь и стукнул по земле копытом. — И что это значит: на кой мы вам? Мы-то и оборонять вас можем, и в быту неприхотливы! А вот вы нам на кой?
Лица у чудей вытянулись от изумления, ещё немного и челюсти ронять начнут. Но, тут один из них опомнился.
— Да, от кого нас оборонять-то? Ты, конь, часом головой не ударился, когда падал? — воскликнул он. — Кто в своём уме полезет нападать на питомник самого Кощея?
Питомник Кощея?! Значит, змеёныш нас в Навь притащил. Это хорошо! Не придется никакого Коляду у Калинова моста дожидаться. Осталось только отсюда выбраться, а там по дороге придумаю, как Кощеев зуб достать. И к князю.
— Ну, а раз оборонять вас, люди добрые, не от кого, то мы у вас тут надолго не задержимся, — примирительно проговорил я, тоже выбираясь из сена.
Я встал рядом с Белокрылом и обратился к чудю, что был повыше других, мне почему-то показалось, что он тут главный:
— Дел у нас с конём много, спешить надо. Вы бы нам дорогу к Кощееву замку показали, мы тут же и уедем!
— Даже на пир не останемся! — добавил Белокрыл.
— На какой пир? — опешил самый высокий чудь.
— На тот, что вы в нашу честь устроите!
Да, это животное от скромности не помрет, а чудей разозлить может запросто. Я хотел было сказать, что никакого пира нам не надо, просто конь так пошутил. Но тут из сена раздался громкий чих.
— Девка! — заорали чуди и понеслись разгребать соломенную кучу.
Похоже, девица попала! Спасти её что ли? Тут я вспомнил, что хвост так и остался у неё в руках, и побежал за чудями.
Продолжение следует.