На спектакль, показ которого проходил в будний вечер на сцене учебного театра ГИТИСа, лучше было бы не опаздывать. В противном случае велика вероятность остаться без номерка в гардеробе — на всех их просто не хватило. Видите ли, не ожидали работники этой площадки, что на постановку «приезжих хабаровчан» придет так много зрителей. Стоит ли говорить, что билеты (ценник был сопоставим с прейскурантом МХТ, Ленкома, театра Вахтангова и других) пропали за сутки. Да и его наличие не давало гарантии просмотра постановки «согласно купленному месту» — хорошо, хоть небольшие пространства у стенки по периметру остались. Тайминг в час с небольшим позволял посмотреть без особого раздражения на гастролеров стоя.
Показывать «Мцыри» дальневосточникам выпала честь в по-настоящему знаковом месте. Построенный в 1913 году дом возле Пушкинской площади считается первым столичным небоскребом или, как тогда его называли, — тучерезом. Первое представление состоялось в сентябре 1915 года в присутствии Максима Горького и других известных гостей. Этот зал помнит Станиславского, Немировича-Данченко, Вахтангова. И вот теперь здесь артисты Хабаровского музыкального театра.
Сено, два табурета и монахи в черном. Сцена не отличается наличием каких-то сложных декораций. Желтый и черный цвета, разбавить которые пытается осветитель. Звучит знакомый (и несколько, честно говоря, поднадоевший) всем со школы текст, и становится скучно. Просто потому что слишком обычно. Кавказ, 19 век, рассказ мальчика-горца, плененного русским генералом и вынужденного жить в заточении среди монахов. Его побег и возвращение, затем смерть. Два центральных актера — старый монах и его «молодая версия».
Наконец в середине спектакля появляется намек на отходящее от канона прочтение текста режиссером, который, кстати, является выпускником ГИТИСа. Надо полагать, что именно Фёдор Шалагин придумал облачить беглеца-горца в брюки-карго и кожанку. А за сменой одеяния последовала и смена ритма постановки: разговорные сцены стали чередоваться с теми, которыми силен хабаровский театр, — музыкальными. И это заставило зрителей не просто перестать ерзать на своих местах, но и сопереживать. А возрастных зрителей — даже подпевать вставкам-романсам.
— Без «типа Лермонтова», который открывает действо, можно было и обойтись. Знаю режиссера Фёдора Шалагина лично, так что задам ему этот вопрос. Ну и романсы эти, узнаваемые зрителем, как-то тематически произведение изначально об одиночестве, о чужбине, перекодируют в какое-то фронтовое что ли … Но пластика у хабаровчан — огонь! Вот за это не могу не похвалить, — поделился впечатлениями от увиденного зритель, выпускник ГИТИСа.
Кульминацией стала известная сцена битвы горца с барсом. Это было действительно эффектно, рекомендуем хотя бы ради нее посетить спектакль, когда труппа вернется в Хабаровск. Есть подозрение, что режиссер «Мцыри» знаком с творческим методом Кирилла Серебренникова и его постановкой «Маленькие трагедии» по прозе Пушкина, представленной несколько лет назад в «Гоголь-центре». Наличие экрана на заднем плане, на который в ходе действа выводились знаковые строки поэмы Лермонтова, только укрепляет это подозрение. В любом случае все это было к месту: игра со светом, громкий звук, элементы мультимедиа, использование средств пластического театра.
Дальневосточников провожали аплодисментами, а в огромной очереди к гардеробу можно было узнать, в каких областях себя реализуют в столице многочисленные хабаровчане, комсомольчане и сахалинцы, пришедшие на концерт. Вопросы к постановке у зрителей остались, но это намного лучше, чем если бы об увиденном было забыто на выходе из зрительного зала.
7 февраля в 12:00 и 16:00 Хабаровский музыкальный театр представит «Мцыри» на Приморской сцене Мариинского театра.
Напомним, директора ремонтировавшей ХМТ компании отпустили из-под ареста. Мужчину арестовали после пожара в Хабаровском краевом музыкальном театре.
Станислав Шевченко для DVHAB.ru