Данный пост является продолжением статьи про мемориальный комплекс Медное в Тверской области. Первая часть доступна по ссылке.
Здесь мы рассмотрим экспозицию музея истории Гулага и попробуем осмыслить её. Сам музей располагается на первом этаже какой-то административной избы. Экспозиция посвящена полякам, расстрелянным в медном в 40-41 году и репрессивной системе СССР в целом.
Как часто бывает есть две диаметрально противоположенные точки зрения на репрессии в СССР. Первая - ничего этого не было, всё это выдумки, если кого и расстреляли, то поделом. Вторая точка зрения: советская власть уничтожала собственное население в колоссальных масштабах, чудом не репрессировали всех. Где же истина? Попробуем разобраться, глядя на экспозицию музея, а выводы сделаем в конце.
Тема репрессий в СССР, если начать изучать её непредвзято, применением научного подхода, обязательно подведёт нас к вопросу о причинах их возникновения. Если коротко, то вот они:
1) установление советской власти на имеющихся территориях (нейтрализация тех, кто против новой власти);
2) сохранение советской власти на новых территориях (борьба с контрреволюционными проявлениями, идеями и их носителями);
3) внутривидовая борьба среди коммунистов (пик этой борьбы и пришелся на конец 30-х годов XX века);
4) экономический аспект (потенциально опасные для власти люди извлекаются из общества и направляются на определенные виды работ, где могут выполнять свои функции с гораздо меньшей оплатой труда или без таковой).
С точки зрения построения государства с новым общественно-политическим строем все 4 пункта звучат резонно.
Но есть и общечеловеческая точка зрения, основанная на гуманитарных ценностях, когда жизнь каждого человека важна. Получается, что существует две правды: общественная и личная.
Для личной правды важны семейные отношения, незыблемость института частной собственности, возможность личностного развития, самореализации – всё по пирамиде потребностей Маслоу.
Общественная правда, она же политическая (или правда власть имущих), это та правда, в условиях которой функционирует любая власть в любом месте в любое время. Наука социология как раз и изучает, в том числе то, каково живется простым людям в разных общественно-политических системах.
Получается, что интересы человека и государства расходятся. Для хорошего человека, приверженца морали цель никогда не будет оправдывать средства. Но для государства цель всегда обязана оправдывать средства, затраченные на её достижение. В противном случае государство будет сметено внешними силами. Это мы видели на примере геополитических изменений в ХХ веке. Аналогичным образом думали советские руководители, осуществляющие репрессии, пришедшиеся на период с 1917 по 1953 годы. Репрессии были и позже, но масштаб их многократно снизился после смерти Сталина.
Итак, перейдем к экспозиции музея истории Гулага в медом. Для тех кто забыл, Гулаг – это сокращение от главного управления лагерей. Управление занималось «перевоспитанием» граждан через исполнительно-трудовую систему. «Перевоспитание» заключалось в том, что осужденные выполняли определенные виды работ, за меньшие меньшую оплату и в худших условиях чем, если бы эти работы делались вольнонаемными гражданами.
Те же, кто признавался «неисправимыми и социально опасными» уничтожались.
Например, с 1935 по 1939 годы волна репрессий захлестнула высшее партийное руководство СССР, так появился процесс антисоветского троцкистского заговора.
Вот и фотография материалов этого процесса
После раздела Польши в 1939 году, или как это принято было называть в советских учебниках Польского похода РККА, в плену СССР оказались тысячи польских военных, полицейских, священников, чиновников различных рангов. Они были размещены в три основные лагеря. Один из которых находился в Осташкове. Оттуда потом военнопленные и прибыли в Медное.
На предыдущем фото мы видим заключенных (по центру и тех, кто их охранял – документы сверху). Стенд рассказывает о том, что судьба советских сотрудников сложилась неплохо.
Судя по найденным в захоронениях орлам с кокард головных уборов поляков (представлены на фото) можно сделать вывод, что военнопленные носили знаки различия.
О настроениях среди военнопленных можно судить из документов (см. фото ниже)
Раздел Польши произошел в сентябре 1939 года. И уже к марту 1940 года встал вопрос, а что делать дальше с этой категорией военнопленных. В общей логике того времени выходов было 2: отправить на принудительные работы и физическое уничтожение.
Было принято решение судить пленных по ускоренной процедуре. Была в советском Союзе изобретена такая форма ускоренного делопроизводства – «Особое совещание», она же «Тройка НКВД». Это форма принятия решения по уголовному делу методом совещания трех уполномоченных лиц. Как правило, это был прокурор, следователь и партийный руководитель. Но состав мог меняться. Решение оформлялось постановлением – квитком маленького формата, в левой части которого давалась характеристика подсудимого, в правой – решение тройки. Никаких томов уголовных дел и прочей процессуальной волокиты. К чему тратить время, если и так понятно, какой будет приговор?
Но советский Союз был всё-таки правовым государством, пусть и со специфическим правом. Решение о замене Суда на Тройку НКВД принималось на высоком уровне
Касаемо поляков из Медного, решение было согласовано со Сталиным:
Когда поляков перевели в Медное из осташковской тюрьмы, там остались документы, личные дела, ученные карточки военнопленных. Начальник тюрьмы спросил у начальства, что же с ними делать? На что получил резолюцию – сдать в специальный архив. Вот и подтверждающий документ:
Но и не только пленным полякам досталась горькая участь.
Путёвку Гулаг можно было получить и простым гражданам, чья форма существование не укладывалась в логику молодого советского государства.
Вот примеры таких судов с решениями. Рекомендую увеличить картинки – на них инкриминируемые преступления и наказания, которые назначались людям
Со смертью Сталина в 1953 году начинается новая эпоха советской власти. Репрессии начинают стремительно сокращаться. Начинаются пересмотры приговоров «троек НКВД». Людей массово оправдывают и выпускают из лагерей, кого-то реабилитируют посмертно. Конечно, реабилитируют не всех. Были и те, кто серьёзно выступал за свержение советского строя. В отношении них приговоры оставались в силе.
Вышедшие из лагерей стали возвращаться к привычной жизни. Но среди немых свидетелей были те, кто смогли оставить свидетельства, написать мемуары, описать свой опыт жизни за колючей проволокой. Фамилии некоторых из них на слуху, некоторые забыты. Среди прошедших ГУЛАГ: писатель Солженицын (собрал свидетельства очевидцев и выпустил под названием Архипелаг Гулаг), Варлам Шаламов (автор Колымских рассказов), Сергей Соловьев (автор повести о Ходже Насреддине), артист Георгий Жжёнов, публицист и член царской государственной думы 4-го созыва, присутствовавший при отречении Николая II – Шульгин Василий Витальевич, легендарный конструктор космической техники Королёв Сергей Павлович и другие. Перечислены только те, кто сразу пришли на ум.
И вот эти люди стали осмысливать опыт, проведенный в лагерях. Оставляли воспоминая. Это создало целый культурный пласт.
Так появился ресентимент – осмысление бессмысленности репрессий, безжалостности государства, двуликости официальной советской политики. Когда декларировались права и свободы граждан, но в то же время эти права и свободы попирались самым циничным и жестоким образом. Новые поколения советских людей, а главное – советских руководителей, хотели жить в более свободном и демократическом обществе. Так, к середине 80-х годов появилась идея о «перестройке», декларировавшей построение «социализма с человеческим лицом». Без репрессий и угнетения личности.
С развитием гласности в обществе стали озвучиваться требования переосмысления периода репрессий.
Стали появляться смелые лозунги. Печататься запрещенная ранее литература, описывающая опыт живых ещё свидетелей ГУЛАГа. В обществе стали возникать вопросы о судьбе тех, кто осуществлял репрессии. Их судьбы в большей части сложились благополучно.
Игорь Губерман описал это так:
тонко и точно продумана этика
Всякого крупного кровопролития:
Чистые руки — у теоретика,
Чистая совесть — у исполнителя
В музее ГУЛАГа представлены плакаты конца 80-х годов. На них авторы пытались по-своему переосмыслить бессмысленность и жестокость массовых репрессий.
На одном из плакатов фигурирует цифра 60 миллионов. Она подразумевает всех репрессированных с 1917 по 56 год. По некоторым свидетельствам, последние репрессированные по политическим статьям, которых не коснулась реабилитация сидели до 1974-76 годов (т.к. самое строгое наказание перед расстрелом было 25 лет лагерей). Но эту информацию необходимо дополнительно уточнять.
Советский режим, установившийся после октябрьской революции не был мягким и пушистым. Это был жестокий режим, ставивший своей целью объединить все страны в глобальный советский союз. Для тех, кто сомневается – посмотрите на монеты 20-30-х годов. На них написано «пролетарии всех стран, соединяйтесь». Этот лозунг ушел после Второй Мировой войны, когда стало понятно, что объединения не будет.
Для этой цели советская власть была намерена ни перед чем не останавливаться. Построение нового общества требовало жестких решений. Если нужно было устранить какое-то количество людей, которые, по мнению коммунистической партии стояли на пути – эти люди безжалостно устранялись. Но перед этим иногда успевали добыть лес, руду или построить Беломоро-Балтийский канал.
Как не вспомнить здесь Егора Летова с его незабвенным:
Положили немало жизней
В жертву важным экспериментам
Строя каторги и каналы
Всё во славу святым заветам
Затоптали сырую землю
Ради каменных постаментов
По указке своих всевышних
Уничтожили пол-Европы...
Итак, Почему же поляков расстреляли? Очевидно, руководство СССР решило, что перед большой войной, к которой готовился СССР наличие в тылу 15 тысяч антисоветски настроенных польских офицеров и руководителей могли создать ряд проблем. Их нужно было бы распределить по разным лагерям, где они в силу своей подготовки могли бы создавать антисоветские настроения и возглавлять возможные акты неповиновения. Более того, грядущая большая война и так бы могла создать большой поток военнопленных…
И главный вопрос этой статьи. Для чего нужен этот музей в XXI веке? Уже сейчас этот музей работает «по инерции». Людей с орлами на кокардах и пуговицах расстреливали люди со звездами на кокардах и пуговицах. И теперь в сувенирной лавке музея мы можем купить пилотку со звездой на кокарде и никаких сувениров, связанных с поляками..
Если бы не было музея ГУЛАГа, то логика мемориального комплекса была понятна. Вот тысячи людей были насильно пригнаны сюда, убиты и похоронены в братских могилах. Вот могилы. Почтим память.
Прививка от жестокости? Чтобы будущие поколения не уничтожали друг друга? Прививка ослабла. Сейчас перед поколениями стоят другие задачи. Новые вызовы формируют новое отношения к различным событиям. Но в схожих условиях действия новых поколений будут схожими, ибо Vae victis (горе побеждённым).
Нелепая сувенирная лавка с пилотками со звёздами на кокардах не виновата – товары относятся атрибутам 9-го Мая. Надо же делать торговлю. Но всё это в совокупности создает впечатление подхода наивного искусства в организации музея ГУЛАГа в Медном.
Для справки:
«Для живописи отличительной чертой наивного искусства является неправильное использование формальных принципов, особенно трёх правил перспективы, что приводит к следующему:
· Геометрически ошибочный эффект перспективы.
· Резкие границы объектов, неочищенный цвет на всех планах композиции без ослабления на заднем плане.
· Прорисовка деталей на всех планах, в том числе на заднем, где чёткость должна быть снижена.
Также наивное искусство отличает упрощение изображения вместо тонкой проработки».
Вот такое именно ощущение и остается от посещения музея ГУЛАГа в Медном…