– Кого это твой Андрей привёз? – громкий голос вырвал Римму из плена сладкого сна. Она открыла глаза, огляделась. По-видимому, разговор на улице так отчётливо был слышен из-за открытого окна.
– Смотрю вчера, полон двор гостей у вас. Так кто это?
– Любопытная ты Сима, – ответила Елизавета Павловна, – гости и гости, тебе что за дело?
– А то и дело, что возле Андрюши твоего увивается эта гостья, так и заглядывает в глаза. Неужели не заметила?!
– Ничего такого я не заметила. А коли и так, ты-то чего так распереживалась?
– А то, что за Валюшу мою обидно. Надавал девочке авансов, а теперь вон оно как обернулось.
– Какие авансы, чего ты сочиняешь?
– Ничего я не сочиняю, Лиза. Это ты, может, такая несообразительная, а мне давно всё ясно. Роман у них. Что, не знала?
– Нет.
– То-то и оно. Я ж говорю, ничего вокруг себя не замечаешь. А эта, гостья ваша, почему одна?
– Так не одна она, с детьми.
– Детей я видела. А муж где?
– В разводе она.
– Ха! Всё ясно. Брошенка, да ещё с таким приданым. Вцепилась в твоего сына, а ты и радуешься.
– Да ничего она не вцепилась, – растерянно вымолвила Елизавета Павловна, – просто друзья они, волонтёрят вместе, ну и посочувствовал он Римме. Ты же знаешь, какой он у меня добрый, всем помогает. Вот и приехали погостить к нам, всё ребятам радость. Хорошие такие детки, воспитанные, внимательные.
– Ага, держи карман шире! Это они сейчас хорошие, а потом наплачетесь от этой семейки. Не будь ты такой наивной, гони их!
– С ума сошла! Да я лучше тебя прогоню, сплетница ты этакая, чем Андрюшиных гостей. Иди давай отсюда! Рассказывай свои страшилки кому-нибудь ещё.
– Давай, давай, гони человека, который тебе добра желает! – обиженно и громко, чтобы её было хорошо слышно, бубнила Сима, удаляясь, – Спохватишься потом, да будут поздно! Но уж тогда не жалуйся, сама виновата.
– Вот язва! – в сердцах сама с собой бранилась Елизавета Павловна, отходя от калитки, – И чего ей померещилось, сама не знает! Умеет же настроение испортить.
Римме было неловко, словно она специально подслушивала разговор, поэтому она сделала вид, что спит, но напрасно, потому что хозяйка не стала входить в дом, видимо найдя себе занятие в саду.
Мужчины ещё с вечера собирались рано утром сходить на рыбалку, Серёжа напросился с ними тоже. Так что в доме была только она и Даша, спящая в соседней комнате. Немного погодя Римма оделась, умылась и вышла на улицу.
– Чем вам помочь? – обратилась она к Елизавете Павловне, собирающей яблоки.
– Да вот, если хочешь, собирай со мной падалицу. – отозвалась та, – Порежу потом, чтобы засушить. А с собой вам снимем с дерева не битые.
Они набирали душистые плоды, которые то и дело с приглушённым звуком приземлялись на траву, потом перенесли их к столу под старой развесистой яблоней и под неспешный разговор принялись нарезать на дольки.
Вернувшиеся ни с чем рыбаки посетовали на неудачу, а огорчённому Серёже пообещали, что в следующий раз им повезёт больше. Тот быстро успокоился и после завтрака уединился в мастерской с Ильёй Степановичем, пока Андрей, Римма и Даша обозревали окрестности.
Ближе к вечеру засобирались домой с полными сумками даров огорода и благоухающими яблоками в подарок от хозяев. Сияющий Серёжа вручил маме узорную подставку под горячее для кухни.
– Какая красота! – восхитилась та, – Неужели ты сам это смастерил?
– Ну, не совсем, – скромно потупившись, ответил он, – мне Илья Степанович помогал. Но я обязательно научусь, и ещё что-нибудь красивое сотворю.
– А для этого приезжайте снова! – пригласил улыбающийся мужчина.
– Думаю, вряд ли получится, – ответила Римма, – да и у вас без нас дел хватает. Но всё равно спасибо за приглашение, за чудесные дни и ваше гостеприимство!
Всю дорогу она молчала или отделывалась односложными ответами на расспросы Андрея. Тот недоумевал, гадая, чем мог её обидеть. Наконец, остановившись, потребовал разъяснения.
– Нет, что ты, никто меня не обижал, – поспешила Римма успокоить его, – Просто не хочу злоупотреблять твоим вниманием. У тебя своя жизнь, и ты не должен думать, что нас надо спасать.
У нас всё хорошо. Спасибо за твоё участие и эту поездку, но правда, дальше мы сами. И в приют ездить мы не сможем больше, извини. У меня только одна просьба: можно, мы заберём Ричи себе?!
– Кто-нибудь может мне объяснить, что случилось? – обернувшись к детям, прячущим глаза, спросил Андрей.
– Я могу! – не выдержав долгой паузы, воскликнул Серёжа, – Это, наверное, из-за той тётки, которая сказала, что у тебя роман с Валей, а мама услышала. Даша тоже слышала.
– Ах вот оно что! – обрадовался Андрей, – А я-то думал. У Вали и правда роман, только не со мной. У неё есть молодой человек, и они даже собираются пожениться, она сама мне рассказала.
А тётя Сима, видно, ещё не в курсе. Может, разговор наш слышала и что-то не так поняла, а может, просто намечтала, что мы должны породниться, она давно женихов для дочки присматривает. Так что тут вы ошиблись, я вовсе не вас спасаю, а себя. От одиночества. А насчёт Ричи я против!
– Почему? – воскликнули, удивившись, все трое.
– Это мой подопечный, как же я останусь без него. А он без меня. Если уж так хотите, принимайте и меня вместе с Ричи в свою семью. Ну что, согласны?!
– Конечно! – завопили обрадованные дети.
– А теперь давайте спросим вашу маму, согласна ли она?
– Я согласна, – улыбнувшись, заверила их Римма.