Удивительно, но многие из тех, кто побывали в местах не столь отдаленных, не смогут вам внятно ответить на этот вопос. Оно и понятно, не каждому, даже самому закоренелому зэку, удается побывать на обоих видах режима, что уж тут говорить об обычных законопослушных гражданах. Наверняка многие об этом слышали и знают, что если зона красная - значит "мусорская", а если черная - "блатная". На этом их представления о "цвете" колонии заканчиваются.
Но как там на самом деле все устроено? Так ли "хорошо" на черной зоне и так ли плохо на красной? От кого исходит реальное управление движухой? Как ведут себя и чем занимаются осужденные? Ну и главное - где, все таки, комфортней отбывать наказание? Ведь самое важное - это детали, и я, как человек, побывавший (пусть и недолго) и там, и там, расскажу вам об этом.
Кто рулит на зоне
Для начала небольшое пояснение, которое для кого-то наверняка станет разрывом шаблонов. Утверждение о том, что на красной зоне рулит администрация, а на черной блатные - в корне не верно! Администрация рулит в любой колонии, вне зависимости от ее "цветовой гаммы". Только на красной зоне она это делает руками активистов ("красных"), а на черной - руками братвы ("блатных"). Если кто-то питает иллюзии на тему того, что в черной зоне зэки "сами с усами", он сильно ошибается. Да, в таких колониях режим содержания не на первом месте и степень влияния на массу осужденных у администрации ниже, чем могла бы быть, но, тем не менее, рычагов воздействия у них хватает.
Администрацию можно назвать "законодательной властью в колонии", так как все решения, принятые в кабинетах, обязательны к исполнению. А вот представители осужденных (смотрящие или бригадиры, в зависимости от вида режима) - это "власть исполнительная", какие-то решения они, разумеется, могут принимать, но не нарушая договоренностей с начальством. Вот теперь перейдем к деталям.
Как сидят на красной зоне
Красная зона - словосочетание из 2020 года, но, в рамках обсуждаемой нами темы, ничего общего с ковидом и его лечением не имеет. Так называют колонии, власть в которых принадлежит активистам (красным). Их еще называют "козлами", причем это не просто какое-то обзывательство, а вполне себе общепринятое понятие, о котором они и сами прекрасно знают и понимают. Самих активистов назначают сотрудники администрации (опера, в большинстве случаев) из числа наиболее авторитетных осужденных. Почти всегда оперативники стремятся склонить к занятию таких должностей бывших блатных, так как у них присутствуют все качества неформальных лидеров, но они этому, естественно, противятся как могут, ведь однажды став красным, "отмыться" от этого в будущем уже не получится.
Официально став "козлом", осужденный получает красный значок или повязку (косяк), который обязан всегда носить на плече верхней одежды. В каждом отряде около десятка активистов. Старшие (бригадир, завхоз) осуществляют общее руководство, младшие - помогают им в этом, ходят старшими на уборку территории, уборку отряда и промзону и мечтают стать старшими.
Главная особенность красных зон - неукоснительное соблюдение требований правил внутреннего распорядка (ПВР). Подъем, зарядка, прием пищи, проверка, лекция, работа, отбой - все обязательно к исполнению в строго установленное время. Кровати от подъема до отбоя заправляются по образцу, сидеть или лежать на них запрещено, хотя находиться в спальном отсеке можно. Когда наступает время лекции - все осужденные должны по форме одежды зайти в ленкомнату и сидеть там 45 минут смотреть телевизор, выходить нельзя.
Кстати, форма одежды - это отдельный вид местного трэша. По правилам на осужденном должны быть носки, футболка или нательное белье, роба (куртка и штаны), на улице еще и ботинки и кепка, зимой фуфайка и шапка. Так вот, нарушать это нельзя, вне зависимости от погоды и микроклимата в помещении отряда. До сих пор с ужасом вспоминаю лето 2010 года, когда мы вынуждены были буквально "тухнуть" по форме одежды в дикую июльскую жару.
Так же на режимной зоне все (за исключением старших активистов) привлекаются к уборке. Так, согласно статье 106 УИК РФ, каждый осужденный может быть привлечен к уборке территории, но не более двух часов в неделю. За этим, кстати, активисты пристально следят и ведут специальный журнал. Три раза в день назначается группа из нескольких человек, которую возглавляет один из младших активистов, и наводят порядок в локальном участке и закрепленной за данным отрядом территории плаца. Кроме этого существует еще и график ежедневной уборки спальных отсеков, ну а в конце каждой недели - генеральная уборка всего отряда. На каждое помещение в отряде назначаются один или несколько человек и тщательно все "вылизывают" с использованием моющих средств под пристальным контролем со стороны младших активистов.
Еще один вид местного извращения - это бритье. Каждый осужденный должен быть гладко выбрит 24/7 и это тщательно проверятся активистами перед утренней проверкой. Без шуток, мне известны случаи, когда некоторым чувакам, видимо с повышенным уровнем тестостерона, приходилось бриться по два раза в сутки!
Вот из таких перегибов и состоит "красная движуха". Притомился и хочешь прилечь? Нельзя! Почему? Просто потому что нельзя и все. Хочешь попить чай перед телевизором? Нельзя, для этого есть специально отведенное помещение! Более того, туда тоже иногда нельзя заходить, потому что там санитарный час! Даже сценарий рутинного режимного мероприятия, такое как вечерняя проверка, отточен до мелочей. Осужденные выстраиваются в локалке, причем каждый на своем постоянном месте! Завхоз зачитывает всех по списку, осужденные забегают в отряд, а инспектор их считает, и сразу после - отбой.
Передвижения по территории колонии тоже строго зарегулированы. В каждом отряде на тумбочке дневального находится целая стопка «журналов посещений», свой на каждое помещение, от бани до медсанчасти. У каждого отряда есть определенный день и время посещения того или иного департамента, к этому времени все желающие записываются в соответствующий журнал, собираются вместе и идут куда нужно. Возвращаться так же нужно вместе, одиночные передвижения по зоне недопустимы. Единственное место, куда можно пойти без журнала – это оперчасть, но и там существуют определенные часы приема. Ну и, разумеется, никаких хождений в другие отряды, даже для самых привилегированных зэков (старших активистов), на красных зонах не может быть априори.
С запрещенными предметами в режимной зоне, понятное дело, не густо. Есть, конечно, определенные вещи, которые нельзя передавать в передачах, но если уж осужденный раздобыл где-то фарфоровую кружку, стальную ложку или гелиевые ручки, то отшманывать у него их, скорее всего, не будут, так как он с кем-то договорился, чтобы их заиметь. Но вот ни о каких мобильниках не может быть и речи! Возможно, где-то, у кого-то они могут быть, но все это будет настолько глубоко законспирировано, что простые смертные об этом не узнают.
Прочитав все это, у вас может возникнуть резонный вопрос: «А зачем вообще зэкам все это терпеть? Почему нельзя просто договориться, и всем вместе взять да расшатать этот ненавистный режим?» Но не все так просто. Оперативники не сидят, сложа руки, у них везде есть осведомители, они знают все что происходит в отрядах и предпринимают соответствующие меры. Если кто-то начнет «плести заговор», то опера быстро узнают об этом и изолируют всех зачинщиков, а всем остальным могут еще и «гайки закрутить», чтоб неповадно было. Кроме того, организация массового бунта затруднена тем, что коммуникация между отрядами практически отсутствует. Попробовать «навести суету», конечно, можно, вот только опера все равно узнают об этом раньше, чем все детали будут обговорены.
Как сидят на черной зоне
Колонии, где власть принадлежит мужикам (блатным), принято считать черными или, как их называют сами зэки, людскими. Тут вся положуха в зоне основана на тех самых АУЕшных понятиях, которые с 2020 года в России официально вне закона (международное движение АУЕ признано экстремистским и запрещено на территории РФ). В каждом бараке есть смотрящие: за бараком, за общаком, за игрой, за чем-то там еще, плюс, разумеется, есть смотрящие за зоной, за промкой, за изолятором – одним словом, полноценная неофициальная вертикаль власти. Понятное дело, что выбор смотрящих происходит без участия администрации, хотя, вполне допускаю, что со старшими операми кандидатуры все же согласовывают.
В таких зонах существует четкая градация по, так называемым, тюремным кастам (образам жизни): мужики, красные, шныри и обиженные. На красных зонах она тоже есть, никуда от этого не деться. Но там она, скорее условная, так как все осужденные, за исключением активистов, воспринимаются как общая масса, обладают равными правами и обязанностями. Иными словами, на красной зоне мужик не будет «газовать» на обиженного только потому, что он мужик, а тот обиженный. А вот на черных зонах уже каждый должен знать, так сказать, свое место, в зависимости от образа жизни.
Отношения администрации и зэков в таких колониях основаны исключительно на неформальных договоренностях блатных и оперов. Начальство не лезет в дела мужиков, но взамен блатные обязаны следить за порядком в зоне, как в прямом, так и в переносном смысле: не допускать хаоса, каких-то противоправных действий или, не дай Бог, преступлений, ну и поддерживать чистоту и порядок на территории и в отрядах.
Основано все это «самоуправление» на принципе того, что каждый зэк должен приносить пользу, так сказать, вносить свой посильный вклад в жизнь колонии. Блатные занимаются делами, что-то там решают и рулят, мужики работают, играют в карты или стоят на шухере, шныри и обиженные убираются на территории и в отрядах. Такая своеобразная коммуна получается: от каждого по способностям, каждому по потребностям. И если человек сам не в состоянии найти себе полезное занятие, то за него это сделают другие.
Какие-либо режимные перегибы в таких колониях, как правило, отсутствуют. Но в целом степень рассосности зоны зависит, обычно, от уровня пофигизма начальства, от личных качеств старших оперов и отношений блатных с главными административными шишками. Так что дышится здесь осужденным, в большинстве случаев, гораздо свободнее: можно спать днем и не спать ночью, смотреть телик в любое время, ходить по отряду в одних шортах, бегать в другие бараки в гости, никаких тебе лекций, никаких генеральных уборок.
Самый главный бесящий момент на черных зонах – это приезд различных комиссий и проверяющих. Всевозможные шишки из регионального управления ФСИН приезжают постоянно. И хотя, в большинстве случаев, они даже в саму зону и не заходят, тем не менее осужденным все равно нужно держать «руку на пульсе» и готовиться к худшему: убирается с глаз долой все лишнее, на территории наводится порядок, передвижения по зоне ограничиваются.
Одно из главных правил поведения на черной зоне – не допустить чтобы по твоей вине произошел какой-то вред для всех (считай для общего). Дело в том, что при таком виде режима, администрация очень любит в качестве поучительной меры применять принцип круговой поруки (один за всех и все за одного). Для примера расскажу случай с малолетки из личного опыта. Один отрядник строго запрещал курить в бараке, поэтому при нем все курили либо в туалете, либо на улице. Но все равно находились особо одаренные личности, которые закуривали в спальном отсеке, палились перед отрядником и тот вызывал блатных к себе на разговор. После очередного такого случая он взял и запретил передавать сигареты в передачах. Этот вопрос, конечно, быстро порешали, но сам принцип, я думаю, вам понятен, не всегда можно было так легко отделаться. Можно своими тупыми необдуманными действиями нанести гораздо больший вред, в отдельных случаях за такое могут и в изолятор закрыть, только вот не самого нарушителя, а …смотрящего. Ведь на черных зонах принцип работы администрации прост: взял мяч – фигач! Хотите рулить сами – пожалуйста, вот только если смотрящего зэки не слушают, значит это плохой смотрящий. «Снять его с должности» администрация не может, а вот выписать 15 суток ШИЗО – это всегда пожалуйста. Ну и, я думаю, вы поняли, что того, из-за кого такой вред произошел, по головке за это, мягко говоря, не поглядят.
Всевозможных запрещенных предметов в таких колониях предостаточно. Причем на такие «пустяки» как вилки, стеклянная посуда, гражданская одежда, цветное постельное белье или запрещенные продукты питания администрация обычно не обращает внимания от слова совсем, только в каких-то исключительных случаях. Алкоголь тоже бывает, причем как затянутый откуда-то с воли, так и изготовленный самостоятельно, ваш покорный слуга и сам пару раз побывал самогонщиком. Но, разумеется, самое главное – это телефоны. Это может показаться странным, но никакого бесконтрольного оборота мобильников обычно нет. Телефон запрет серьезный и должен приносить пользу, поэтому если кто-то захочет себе личную трубку и найдет возможность ее затянуть, но будет сутками трепаться с друзьями и подругами, не принося никакой пользы в виде материальных ресурсов, то у него быстро ее заберут. Поэтому телефонов обычно не много: несколько штук у блатных и еще парочка на весь барак. Удивительно, но опера не просто знают о существовании такого-то количества мобильников, но и держат этот вопрос под строгим контролем и если они видят, что в каком-то отряде начинают наглеть в этом плане, то обязательно примут меры – замучают шмонами или закроют в ШИЗО кого-то из блатных.
Какой бы черной-пречерной и блатной-преблатной не была зона, проотрицать главное режимное мероприятие – проверку - еще ни у кого не получалось (да и смысла в этом нет). Ведь контроль количества осужденных – это главная функция администрации и дело тут даже не в том, что кто-то может сбежать (что вообще-то большая редкость). Ситуации бывают разные: кто-то может спрятаться где-нибудь в колонии в знак протеста (бывали случаи), кто-то может с собой что-то сделать, кто-то может и умереть – так что проверка обязательна! Поэтому в любой колонии данное мероприятие проводится в штатном режиме: проверка утром с перекличкой по картотеке, проверка перед отбоем и проверка ночью, когда осужденных пересчитывают прямо на спальных местах.
Прочитав все это, вы наверняка спросите: «Зачем администрации такой геморрой? Почему они все это позволяют осужденным?» Простого ответа на этот вопрос нет. Так случается, зоны иногда «перекрашиваются» из красной в черную или наоборот, в момент, когда складывается подходящая конъюктура, это не зависит от чьего-то желания. К тому же администрации не столько важен сам порядок, сколько его видимость. Если на территории колонии чисто, то какая разница кто эту чистоту наводил: мужики по времени и по графику или десяток шнырей там с утра до ночи метлой махали? Если по плацу не шатаются пьяные мужики с телефонами и в спортивных костюмах, то какая разница чем они в отряде занимаются: сидят по форме одежды на лекции или в трусах и с сигаретой в зубах режутся в карты на деньги?
Плюсы и минусы
Главным плюсом красной движухи, как по мне, является чистота. Все слышали выражение: «чисто не там где убирают, а там – где не мусорят». Так вот в красных зонах это правило соблюдается вдвойне, ведь там не мусорят и, при этом, регулярно убираются. В отрядах чистота, никто не курит и не раскидывает окурки, не проливает чай и не разносит крошки, не ходит по бараку в обуви, а чистота, как известно, залог здоровья.
Ну а если говорить о преимуществах черного режима, то тут однозначно можно назвать ослабление «режимной удавки». Никаких лекций, строевых смотров, проверок бритья и прочих режимных крайностей. Сам по себе режим, когда ты живешь будто робот, очень сильно выматывает, причем как физически, так и морально. Ну и наличие мобильников, позволяющих оперативно связываться с родными, несомненно, огромный плюс.
Где сидеть комфортнее
Ответ на этот вопрос зависит, по большей части, от образа жизни конкретного сидельца. Сами подумайте, где будет комфортнее активисту: на красной зоне, где такие как он управляют движухой или на черной, где такие как он нет никто и звать их никак? Ответ очевиден. Хотя основная масса зэков это, все-таки мужики и им, как может показаться, больше придется по вкусу черная зона, но это тоже не правда. Есть мужики, которые в гробу видали все это ауешное братство, общак и все остальные понятия. Они просто хотят домой, желательно условно-досрочно, а на красной зоне шанс досрочного освобождения кратно выше, чем на черной, просто потому, что там по умолчанию режим содержания почти никто не нарушает.
Так что на вопрос о том, где лучше сидеть, я вам отвечу так – дома сидите! Ходите на работу, общайтесь с друзьями, встречайтесь с девушками и не нарушайте закон.
Благодарю вас за внимание и желаю чтобы ваши познания о жизни в неволе ограничивались только чтением моих статей, но ни в коем случае не личным опытом! Подпишитесь на канал, это поможет мне продвигать свое творчество.