Кейс Несоевой не первый и не последний

Одной из центральных тем прошлой недели, наделавшей много шума в журналистском сообществе, стала история молодой девушки из Татарстана, писавшей под псевдонимом Асия Несоевая. Ее заметки с критикой спецоперации публиковались во многих издающихся за рубежом интернет-изданиях. Выяснилось, что большинство историй из этих публикаций было выдумано, а героев никогда не существовало. По признанию самой Несоевой, таким образом она хотела высмеять «эмигрантские СМИ», которые после заявления журналистки стали массово удалять публикации под ее авторством.

История мировой журналистики знает немало примеров, когда авторы даже крупных и уважаемых изданий, преследуя совершенно разные цели, публиковали фейковые статьи.

В апреле 2003 г. разразился скандал в редакции The New York Times, журналист которой Джейсон Блэр был уличен в откровенном плагиате и придумывании фактов: он не стеснялся выдавать за свои материалы коллег из других СМИ, сочинять цитаты за спикеров и писать репортажи из мест, в которых не был. В одной из статей Блэр описал свой разговор в госпитале с четырьмя раненными во время войны в Ираке солдатами, хотя на самом деле он общался только с одним военным по телефону, которому позже приписал выдуманные цитаты. Журналистка Джанета Кук даже получила Пулитцеровскую премию за статью, написанную для The Washington Post, о восьмилетнем афроамериканце-наркомане. Как позже выяснилось, история оказалась выдуманной.

В феврале 2015 г. известный американский телеведущий Брайан Уильямс был отстранен от работы на телеканале NBC, после того как признался, что придумал историю о том, как во время войны в Ираке был сбит ракетой вертолет, в котором он якобы находился. А в 2018 г. после семи лет сотрудничества руководство немецкого Der Spiegel уволило репортера Клааса Релотиуса за то, что он придумал 14 из 60 репортажей, а за некоторые получал премии.

Действия Несоевой следует рассматривать как проявление гражданского активизма, считает журналист и продюсер Иван Засурский. «Мне кажется, что она своим активизмом хотела показать, что в любую ерунду готова поверить эмигрантская пресса, – предположил он. – А дискредитация оппонента с помощью создания некого симулякра, который оппонент принимает за чистую монету, прием уже опробованный». Засурский сравнил случай Несоевой с прошлогодней историей про фейкового поэта Ракитина.

Выходка Несоевой, уверен он, на самом деле вскрыла проблему: нежелание проверять факты, когда речь идет о том, чтобы нанести урон оппоненту либо, наоборот, поддержать кого-либо. Привычка проверять информацию уходит в прошлое, а люди готовы поверить во что угодно, если это соответствует их точке зрения, констатировал Засурский. По его словам, журналистика в каком-то смысле возвращается к своим истокам, когда большинство печатной продукции было рассчитано на малообразованную публику, которая буквально только научилась читать.

«Мы просто сейчас теряем все завоевания XX и XIX вв. и зависим от очень небольшого исчезающего списка качественных изданий», – резюмировал эксперт.

Случай с Несоевой не является единичным как в нашей стране, так и за рубежом, и он не влечет необходимости в каком-либо дополнительном регулировании отношений между редакцией СМИ и журналистами, полагает председатель Союза журналистов России (СЖР) Владимир Соловьев. «В любом случае стандарты журналистской работы остаются вечными, пересматривать тут нечего», – отметил он. По словам главы СЖР, в подобных ситуациях огромная ответственность лежит не только на главном редакторе или редакторах издания, в котором публикуется сомнительная информация, но и на других медиа и блогерах, занимающихся ее перепостом и перепечатыванием.

«Хотя сейчас факты иногда заворачивают в такую красивую оболочку, что даже профессионалы этому верят», – заметил Соловьев. Он добавил, что если бы Несоевая состояла в Союзе журналистов, то ее, скорее всего, выгнали бы из организации за нарушение этических принципов и норм журналистики.

По мнению доктора филологических наук, профессора Института медиа НИУ ВШЭ Григория Прутцкова, наибольшей опасностью для издания, допустившего публикацию ложных сведений, является потеря репутации. «Достаточно одного подобного материала, и репутация издания будет подорвана на много лет вперед», – отметил он.

Журналистика на протяжении всей своей истории изобилует примерами публикации различной фейковой информации, говорит Прутцков. Эксперт привел опубликованные в газете The New York Sun в 1835 г. новости об обнаружении британским астрономом Гершелем человекообразных обезьян на Луне. Журналисты вложили в уста ничего не подозревающего астронома описание этих существ.

По словам Прутцкова, резонанс от данной новости был невероятный, но это не помешало газете продолжать радовать своих читателей подобными публикациями. «Как видим, прошло почти два столетия, а журналисты, обманывающие доверчивых читателей, к сожалению, так и не перевелись», – подытожил профессор.