Найти в Дзене
Елена Панина – РУССТРАТ

Израиль и Арабский мир: демографические условности

В конце прошлого века казалось, что в палестинском конфликте демографический фактор однозначно работает в пользу арабов. Соревнование двух народов в рождаемости – не единственный на чаше ближневосточных весов. Проблема вышла за пределы Святой Земли, итог будет зависеть от событий на других континентах. Восьмое десятилетие самым острым конфликтом на Ближнем Востоке является палестино-израильский. Налицо не столкновение родственных цивилизаций, а схватка несхожих культур. После того как Арабский мир потерпел поражение в цикле войн, призванных закрыть сионистский проект и упразднить еврейское государство, надежды у арабов были на демографическое превосходство. Фраза Ясира Арафата про секретное оружие, которым обладают палестинские женщины, стала хрестоматийной. Однако преимущества оказались временными. В XXI-м веке арабское общество так же, как европейское в ХХ-м, резко сократило свои репродуктивные показатели. Сегодня у арабов окружающих Израиль стран рождаемость существенно ниже еврейск
Оглавление

В конце прошлого века казалось, что в палестинском конфликте демографический фактор однозначно работает в пользу арабов. Соревнование двух народов в рождаемости – не единственный на чаше ближневосточных весов. Проблема вышла за пределы Святой Земли, итог будет зависеть от событий на других континентах.

Восьмое десятилетие самым острым конфликтом на Ближнем Востоке является палестино-израильский. Налицо не столкновение родственных цивилизаций, а схватка несхожих культур.

Евреи опередили арабов в рождаемости

После того как Арабский мир потерпел поражение в цикле войн, призванных закрыть сионистский проект и упразднить еврейское государство, надежды у арабов были на демографическое превосходство. Фраза Ясира Арафата про секретное оружие, которым обладают палестинские женщины, стала хрестоматийной. Однако преимущества оказались временными. В XXI-м веке арабское общество так же, как европейское в ХХ-м, резко сократило свои репродуктивные показатели. Сегодня у арабов окружающих Израиль стран рождаемость существенно ниже еврейской.

Былые рекордсмены по рождаемости (например, Сирия и Саудовская Аравия), ныне переориентировались на вполне «европейские» размеры семьи, преимущественно двухдетной. В Европе демографический переход состоялся несколько раньше, и мы к европейской малодетности успели привыкнуть. Нечто похожее происходит почти повсеместно: в Латинской Америке, Восточной Азии, Южной Африке, Исламском мире – вопрос только в сроках и темпах перемен. В Израиле демографический переход совершается гораздо медленнее, если не приостановился вовсе.

В еврейском обществе сохранилась весомая группа религиозных фундаменталистов (харедим), чья рождаемость по-прежнему достигает максимально возможного уровня. Как правило, на женщину-харедим, как это было и двести лет назад приходится семь-восемь детей. Параллельно с харедим в Израиле живёт значительное количество «обычных», светских или умеренно религиозных евреев, чья рождаемость, как у большинства других народов, сокращается. Доля фундаменталистов увеличивается, компенсируя прогрессирующую малодетность либеральных евреев. Благодаря этому евреи превзошли в рождаемости арабов.

Возвращается ветер на круги своя

Представление об исключительной мусульманской многодетности и еврейской малодетности – порождение очень короткой исторической эпохи. Ошибка родилась в середине ХХ века, когда светские евреи, сосредоточившись в наиболее интеллигентных, современных слоях городского европейского общества, совершили переход к малодетности быстрее соотечественников, в то время как мусульманский мир, задержавшийся с урбанизацией и модернизацией, в процесс перехода не вступил. На долгой многовековой дистанции христиане опережали в рождаемости мусульман, а евреи – и тех, и других.

Для евреев максимальная рождаемость была вопросом выживания, поскольку пребывание в рассеянии среди народов предполагало размывание этноса, его ассимиляцию. Вопреки жёстким изоляционистским правилам в иудейской среде какое-то количество юношей и девушек всё равно выбирало в супруги иноплеменников и принимало веру окружающего большинства. Эти потери требовали постоянной компенсации. Среди механизмов, обеспечивавших повышенную рождаемость, можно выделить царивший в еврейском обществе культ матери, проявляющийся в таких редких феноменах, как определение потомков по материнской линии и преобладание фамилий, производных от женских (Энтин, Ханин, Цейтлин, Басин, Ривкин и т.д.) имён.

В исламской традиции, напротив, положение женщины относительно мужчины было приниженным, чему способствовало многожёнств. Раннее старение первой жены от физических лишений и утрата ею репродуктивных способностей могли быть компенсированы вторым и третьим браком. В период арабских завоеваний полигиния работала как демографический стимул, так как воины халифа брали в свои гаремы женщин покорённых народов, умножая потомство. Когда военная экспансия пошла на убыль, полигиния и связанная с ней дискриминация женщин стали играть отрицательную роль в демографии. В шестнадцатом-восемнадцатом веках мусульмане уступали по рождаемости христианским народам, что сыграло роль в упадке Османской империи, вынужденной отдать большие территории своим растущим христианским соседям.

Но по мере завершения демографического перехода пропорции восстанавливаются. Евреи возвращаются на позицию лидеров. Израиль - первое за две тысячи лет государство, где евреи не являются национальным меньшинством, им не грозят потери от ассимиляции. Еврейскому этносу на Ближнем Востоке гарантирован рост.

Перевес в демографическом давлении будет подталкивать Израиль к расширению своей экспансии и в заселении западного берега реки Иордан, и в оккупации Голанских высот, и в расширении сферы контроля Цахал в секторе Газа и на ливанском направлении.

Война миров, а не этносов

Тем не менее, демографическая рокировка не означает, что существование Израиля получило гарантии. Численность арабов достигает 450 миллионов человек, а суммарная мусульманская умма на планете приближается к двум миллиардам. Цифры грандиозные при сравнении с семью миллионами евреев Израиля и иудейской диаспорой. Исламский мир переживает сегодня не только демографический рост, но и более бурный рост экономический и технологический. Перевес израильтян в демографии будет аннулирован ростом финансово-экономического могущества мусульман. Перспективы Израиля выглядели бы безнадёжными – если бы за спиной Тель-Авива не стояла Западная цивилизация.

На протяжении долгих веков еврейская община выглядела наиболее чужеродным элементом в Западной Европе. Положение евреев в Исламском мире было намного лучше. Именно в Европе еврейство подвергалось гонениям. К середине ХХ века в Западной цивилизации произошли глубокие социокультурные изменения, во многом обусловленные итогами Второй мировой войны. Состоялась интеграция еврейской общины в Западную цивилизацию, и еврейство превратилось в весомый компонент западной элиты.

Израиль получил возможность опираться на Вашингтон и другие западные столицы. Эта поддержка остаётся надёжным залогом существования еврейского государства. Будет ли эта опора еврейского государства столь же надёжной и в будущем? Вряд ли. Демографический взрыв, который пережил Исламский мир во второй половине ХХ века и который будет продолжаться до середины нынешнего столетия, породил мощные миграционные потоки. Рост мусульманских общин в Европе и в США вынуждает политиков считаться с настроениями избирателей. Пропалестинские демонстрации в западных столицах собирают больше участников, чем демонстрации в защиту Израиля. Львиную долю участников пропалестинских демонстраций составляют представители первого и второго поколений эмигрантов из Магриба и с Ближнего Востока.

Перемена декораций в конце ХХ века еврейские интересы находили отклик у носителей либеральной идеологии; защита евреев как группы, пострадавшей от нацизма, была частью символа веры либерального лагеря. Сегодня место этнической группы, нуждающейся в защите - мигранты из стран третьего мира и американские чернокожие, среди которых много мусульман. В США в раздвоенном состоянии оказалась Демократическая партия, которая разрывается между принципами филосемитизма и лозунгами левых, видящих в Израиле империалистическое государство, угнетающее коренных жителей Ближнего Востока. Возможно, в ближайшем будущем лидеры Тель-Авива будут искать союзников в консервативном и даже ультраправом лагерях, среди тех, кого называли «фашистами», а либералы переключатся на поддержку арабов.

С момента возникновения государства Израиль длится непримиримый еврейско-арабский конфликт. Ключевым фактором, влияющим на завершение конфликта, станет расстановка сил в Западном мире. Увеличение мусульманских общин в Западной Европе и США либо приведёт к власти западных националистов, которые будут рассматривать Израиль как союзника, либо укрепит позиции промигрантских либеральных сил, которые откажут Израилю в поддержке; либо вовсе приведёт к смене этнокультурного ландшафта Европы и к распаду Западной цивилизации, без помощи которой прекратит своё существование и еврейское государство.

Подписывайтесь на Телеграм-каналы Института РУССТРАТ и его директора Елены Паниной!

Напоминаем: Дзен отключил для подписчиков автоматическое оповещение о публикациях. Чтобы не пропустить новые интересные статьи нажмите в настройках на колокольчик.

-2