Я из Воронежа. На момент родов мне было 25 лет. Беременность была желанной, но очень тяжелой. Изначально пришли месячные, но немного не такие, как обычно — это было похоже на небольшое кровотечение. Через месяц сделала тест и увидела заветные две полоски. Столько счастья!
Несколько раз мне приходилось лежать на сохранении. Токсикоза не было, но отеки одолели. В 22 недели попала в патологию с угрозой преждевременных родов. Живот тянуло так, что с работы домой дойти не могла, просто выла.
В больнице постоянно капали, отеки не спадали, а, наоборот, только прогрессировали. В день иногда набирала по килограмму. Потом появился белок в моче. Подлечили и выписали. В женской консультации на меня кричали, что надо меньше есть. Отеки их не интересовали. Ноги были, как ласты, наступить не могла.
В дате родов мы с врачом не сошлись. Она упорно считала от последнего раза, когда было кровотечение, а заключения УЗИ для нее не были аргументом. По моим срокам я переходила две недели. Пошла рожать с гестозом, анемией II степени (гемоглобин перед родами был 74), низкой плацентацией.
В ночь на 7 июля в полночь у меня отошли воды. Мы вызвали "скорую", и я уехала рожать во второй роддом. Там спросили, с кем я договаривалась, и удивились, что ни с кем.
Долгое оформление. Так как у меня схваток не было, принимали других, кто уже со схватками, а я ждала своей очереди. Потом — куча бумаг. Воды все еще иногда подтекали: зеленые, мутные, как тина. Клизма. В предродовую попала в 2:30. Пришел врач, осмотрел, полное раскрытие. Схваток нет. Дали какую-то таблетку и ушли.
Пыталась заснуть. Рядом девушка после родов стонала, просила обезболить, но на нее не обращали внимания.
К 6 утра у меня начало потягивать живот раз в 15-20 минут. До 8:30 ко мне никто не приходил. Потом пришла новая смена. Врач осмотрела на кресле, поставили окситоцин и КТГ. И начался ад. Непрерывная боль, хоть на стену лезь. Иногда приходили и добавляли еще окситоцин. Зав. отделением зашёл, осмотрел и сказал, что рожу через час.
Стала впадать в беспамятство. Не понимала уже, что происходит. Хотела, чтобы просто все закончилось, и прекратилась эта боль. Попросила эпидуралку, но мне отказали, так как "уже рожать идем, пойду готовить родовой стол". И ушла на час.
В 6 вечера пришел врач с другого отделения, осмотрел. Моя врач хотела еще окситоцин добавить, но он не разрешил. Стали тужиться на кровати, пытались выдавить ребенка (он все не опускался), но не получилось. Ушли.
Пришла акушерка и посоветовала поговорить о кесаревом с врачом с другого отделения, так как моя врач категорически была против: "Мне два трупа не нужны, уже поздно делать кесарево".
С врачом С.В. согласился. В 19 часов отключили КТГ, капельницу, ввели какие-то уколы, и все боли прекратились. Ребенок не шевелился, его сердце я больше не слышала.
Подписала согласие на операцию. Переодели. Пошли в операционный блок. К лифту я ползла по стенке, идти не могла, от лифта помогли дойти. Анестезиолог был добр, все время говорил со мной, комментировал, что делают.
В 20:35 родился мой мальчик. Тишина. Теперь я знаю, что время может останавливаться. И этот крик! И сейчас его слышу! Плакали вместе. Но я знала, что больше с ним ничего не случится. Акушерка поднесла и показала: "Танька, смотри, как на тебя похож!" И правда.
Ребенка унесли, и я стала задыхаться. Провал. Очнулась, когда меня везли в палату. "Думал, не спасем", — первое, что я услышала.
Потом пришла неонатолог, подписывать согласие на госпитализацию ребенка. Его по "скорой" перевели в областную больницу, где боролись за его жизнь. Безводный промежуток составил 20,5 часов.
Мы выдержали все: насмешки, хамское отношение, оскорбления. Чего стоит фраза: "Скажи 'Аааа'", когда отрывают пластырь с живота, и дикий хохот, потому что больно.
Шов разошелся, сочился, болел. Так и выписали с дыркой. Заживало все очень долго.
Ребенок выжил. Долгое лечение, но, вопреки всему, он ходит и говорит (правда, еще не все звуки ему даются). В июле нам будет 5 лет. Это наш с ним день рождения, один на двоих. Но та боль так и не отпустила. Я долго винила себя, пыталась понять, в чем была ошибка. Может, следовало дома дожидаться схваток. Столько вопросов, и все без ответа.
Я благодарна врачу С.В. — он сделал невозможное. Я родилась дважды!