- Я к ней больше не пойду, - сказал Сашка, уронив рюкзак у порога и присев там же рядом прямо на пол. Большие ботинки с яркими шнурками (когда, когда он успел отрастить сорок второй размер?!) торчали в разные стороны.
Лена подумала - и присела рядом.
- Не пойдешь к бабушке… А почему?
Санька скривился. Некоторое время Лена думала, что он вообще не ответит.
Она, конечно, много чего о детях читала - когда свой растет, невольно приходится вникать в тему, чтобы понять, что творится в его головушке. Всякими активными занятиями и мужскими разговорами с Сашкой занимался Никита, а вот тонкие ситуации, где требовалась деликатность, доставались Лене. И сейчас, она чувствовала, дело именно тонкое, как Восток. Потому что, во-первых, настроение, а во-вторых, бабушка.
Сашке почти четырнадцать. В прошлом году он как-то резко пошел в рост, вытянулся, теперь на голову выше нее; ну, и гормональная перестройка началась жесткая. Перепады настроения - это еще цветочки; Сашке то хотелось с хохотом носиться с друзьями по футбольному полю, пиная мячик, то закрыться, залезть под одеяло и просто лежать, глядя в стенку.
В последний месяц начались проблемы с памятью. “Мам, я сам в шоке, - говорил Сашка, - нам учитель что-то рассказывает, и пока он договаривает фразу, я успеваю забыть, о чем он вообще!” А дело непростое - седьмой класс, лафа закончилась, как говорит Никита. Объем изучаемого материала резко возрос.
Особенно с математикой было сложно. Именно поэтому Сашка ходил к бабушке.
Ирина Васильевна сорок лет оттрубила учителем математики, потом вышла на пенсию, но деятельность свою не прекратила: стала репетитором. И репетитором отличным - к ней везли “проблемных” мальчиков и девочек со всего города. С внука она, разумеется, денег не брала, занималась с ним на добровольных началах три раза в неделю. Лена заметила, что в последнее время Сашка приходил от бабушки грустный, но не могла понять, почему. А тут он, наконец, объяснил:
- Понимаешь, мам… Она вроде нормальная. И я ее люблю. Когда у меня что-то получается, она меня хвалит. Немного, но хвалит. А если не получается, говорит: “Ты что, дурак?” И все время рассказывает, как я дворником буду работать, если не сдам экзамены в девятом классе. А! Еще сравнивает с другими своими учениками. Типа вот Петя пришел, дуб дубом, а теперь чуть ли не эти решает… интегралы… вот. А Аня была как я, но взялась за ум и теперь отличница. А у меня тут же не получается ничего. И она злится, говорит, что знает как лучше. Я устал. Не могу больше.
- Понятно. - Лена обняла сына. - Хорошо, с бабушкой я поговорю. Давай на неделю прервем занятия, понадеемся, что она меня услышит.
Со свекровью у Лены были странные отношения. Вроде хорошие, но… Скорее, такой настороженный нейтралитет. В начале Лениных отношений с Никитой свекровь попробовала было заикнуться, что именно будущая невестка делает не так, однако Никита быстро и четко поставил маму на место.
- Лена сама решает, как выглядит наша квартира, когда убираться и что готовить, - сказал он Ирине Васильевне. - Ты в своей квартире живешь, мы к тебе не лезем.
Свекровь тогда надулась и не разговаривала с ними три недели, но потом обида исчезла.
Лене нравилось в Ирине Васильевне целеустремленность, профессионализм, понимание того, чего хочет от жизни, - и абсолютно не нравился негативный взгляд на мир. Для Ирины Васильевны существовало лишь черное и белое, никаких полутонов. Лена же всю жизнь жила с осознанием, что в серой зоне человек пребывает намного чаще. И Сашке об этом говорила.
- Я от тебя не требую быть отличником, - объясняла она сыну. - Мне хочется, чтобы ты был счастлив и нашел свое дело.
Сашка пока увлекался компьютерными игрушками и футболом, но Никита утверждал, что все еще впереди. Он сам лишь в десятом классе понял, на кого хотел бы учиться.
Свекрови Лена позвонила тем же вечером.
- Ирина Васильевна, здравствуйте… Саша к вам в ближайшую неделю ходить не будет.
- Привет, Лен. Это почему же?
- Ему сейчас сложно, гормональная перестройка… - начала Лена, однако свекровь ее прервала:
- Да лень это обычная, вот и все! Он просто не старается! Разбираем пример, который был на прошлой неделе, самый простой, в шестом классе такие решают - а он ничего не помнит! Ужас!
“Ужас” - это было любимое слово Ирины Васильевны.
- Не лень, - твердо сказала Лена. За своего ребенка она погрызет кого угодно. - Саша сам переживает, что у него не получается. Поэтому давайте на следующей неделе мы занятия отменим, пусть он соберется с силами.
- Сил на компьютерные игрушки у него хватает!
- А потом, - продолжила Лена, - мы вернем занятия, но одно в неделю. Оценки у него неплохие, поэтому не стоит загонять ребенка туда, куда загнать его невозможно.
- Ну-ну, - хмыкнула свекровь. - Вы с Никитой его лени просто потворствуете!
- Не всем быть сверхлюдьми, - начиная закипать, произнесла Лена.
- Вот в наше время… - завела свекровь.
Ссориться с ней окончательно и бесповоротно Лена не хотела. Поэтому довольно быстро свернула разговор - с ощущением, что все остались при своем.
Вечером, когда пришел Никита, Лена ему, конечно же, все рассказала.
- Мама в своем репертуаре, - вздохнул муж. - Давай сделаем так. Чтобы ее сильно не обижать, пусть остается то самое одно занятие в неделю. А Сашке мы еще дополнительно наймем репетитора, но маме об этом рассказывать не будем, оскорбится смертельно! Но, я думаю, через некоторое время ему станет полегче, тогда уже и репетитор не будет нужен. Помню себя в его возрасте…
- Как ты вообще выжил? - задумчиво поинтересовалась Лена.
- Ну, с мамой всегда непросто было, но меня отец защищал. Тоже ее осаживал, когда она меня хотела кормить знаниями с утра до ночи. Так что ничего, Лен, справимся. Некоторые люди не меняются, но мы можем изменить обстоятельства.
Никита с Леной сделали, как и планировали. Нашли для сына репетитора по математике, с которым мальчик теперь занимался раз в неделю и так же раз в неделю ходит на занятия к бабушке. С посторонним человеком заниматься оказалось куда приятней, чем с родной бабулей. Репетитор не позволял себе повышать на Сашу голос, оскорблять его и высмеивать, если тот понимал задание не с первого раза. Не испытывая на занятиях постоянный стресс, Сашка стал лучше запоминать материал и делать меньше ошибок.
Ирина Васильевна, естественно, считала это своей маленькой победой.
- А я говорила, что с ним просто надо построже! – говорила женщина.
Никто её не переубеждал, репетитор, у которого три месяца отзанимался Сашка, так и остался маленьким секретом их семьи. С бабушкой мальчик продолжил заниматься, правда, ей больше не позволяли оскорблять внука и наседать на него.
- Не всем быть гениями, - напоминала Лена свекрови, та вздыхала и соглашалась. В семье воцарился мир!
© Баранова А.А., 2025