Школа 1984 рассказывает Володя Двинских
Областной клуб в 1983-1984 году проводил школу для туристов-водников. Занятия в Мытищах проходили всю зиму. Мы приезжали туда вечером в пятницу с ночевкой. Занятия проходили в субботу и воскресенье. Посещения занятий было обязательным. Как только потеплело, проводились и практические занятия на реке Воря недалеко от Пушкина. На практических занятиях Солод оценивал наше снаряжение. Запрудненцы в болотных сапогах вызвали его возмущение. В результате на время похода Дубна снабдила нас (как минимум меня) гидрокостюмом из серебрянки.
Всего в школе обучалось примерно 60 человек. Все участники должны были погрузиться в поезд Москва-Душанбе. Поезд подали под посадку за 40 минут. Оказалось, что весь наш груз за это время просто невозможно внести в вагон. На наше счастье в вагоне оказалось разбитым одно окно, которое выходило на перрон. Благодаря этому удалось наладить круговую цепочку погрузки снаряжения. Успели погрузиться как раз к отправлению. До Рязани раскладывали снаряжение по полкам и ящикам, после чего уже можно было комфортно ехать.
Занятия не прекращались и в поезде. Один вагон был полностью наш. Все участники были разбиты на группы. В каждой группе проводились свои занятия. Из веселого вспоминается попытка натяжения переправы между стойками. Одну из стоек выломали. Ехали долго, поезд пересекал Кара-Кумы и Кызыл-Кумы. Не знаю как в остальной части этих великих пустынь, но вдоль полотна железной дороги не было видно ни барханов, ни верблюдов. Зато было много небольших водоемов. Как нам рассказали, это были солончаки, на которых ничего путного не растет. Днем в вагоне было очень жарко, все ходили в купальных костюмах. Попытка открыть окно ничего не давала- за окном было еще жарче чем в вагоне. Зато ночью было довольно холодно, за ночь вагон остывал.
В Душанбе прибыли рано утром, еще по темному. Как и на всем маршруте движения, на время разгрузки был назначен дежурный. Им оказался я. Моей задачей было обеспечить полную разгрузку вагона, чтобы ничего не забыть. Разгрузка длилась часа полтора. Нас не торопили. После разгрузки на перроне высилась гора нашего снаряжения. Так как мы ехали в края, где леса мало, то значительную часть снаряжения составляли рамы.
В Душанбе к нам присоединились несколько ребят из числа местных водников. Они обеспечили заброску всего водного снаряжения к точке старта. Все это было погружено в машину. Мы сели в автобусы и нас забросили в горы, откуда мы были должны пешком дойти до точки старта. Этот переход тоже был частью нашего обучения.
Как я уже отмечал, весь отряд обучающихся был разбит на группы. Не уверен, что перечислю весь состав точно, но вот наша группа.
Остальных членов группы постараюсь вспомнить, но за точность сведений не ручаюсь.
Из Душанбе мы ехали вверх по реке Варзоб. Выше селения Калон, не доезжая перевала Анзоб (дорога на перевал была хорошо видна) расположились лагерем. Высота этого места была приличной и меня хватила горняшка. Может, кто еще страдал-не помню. Я был первый раз в Средней Азии в горах. Поразило то, что трудно найти сухое место для установки палатки. Площадка была насыщена водой. В этом лагере у нас проводились горные занятия перед пешим переходом.
Стояли там минимум три дня (две ночевки). Ходили по склонам, учились грамотно падать.
Переход к стапелю. Примерное расстояние по карте около 40 км. Учитывая горный характер местности, была как минимум одна ночевка. Шли мы налегке, запас продуктов только на переход. Сначала был перевал из долины Варзоба в долину Сардаи-Миены. Фото на перевале приведено выше. Некоторые красивые виды (к сожалению в черно-белом исполнении) ниже.
Переход нам дался нелегко. Мы шли в привычном для средней полосы временном расписании. Сравнительно ранний выход (насколько это возможно) и движение в течение дня. В нашем случае надо было начинать движение по холодку (то есть еще на рассвете) и отдыхать днем. На переходах очень хотелось пить. Были у нас небольшие емкости, которые мы пополняли в ручьях. Но ручьи встречались редко. Поэтому мы при подходе к очередному ручью буквально падали в него лицом и пили до одурения. После чего наполняли уже пустые к этому моменту емкости. В первый день Женя неудачно подвернул ногу, и меня и еще пару человек отрядили сопровождать его независимо от остального отряда. Шли в темпе, который мог Женя поддерживать. Перевал был только один, в первый день. Затем мы обходили по верху ущелье, где, скорее всего, и протекала Сардаи-Миена.
Стапель. Дошли и расположились на правом берегу Сардаи-Миены немного выше ее левого притока. А возможно это даже не левый приток, а слияние двух рек, образующих Сардаи-Миену.
Собирались и тренировались на сравнительно спокойном участке реки. Скорее всего выше моста. Для приготовления пищи использовали примуса. Не во всех группах этот процесс был налажен достаточно хорошо. К счастью у нас был мастер на все руки Валера (?) и наши примуса работали идеально. По берегам реки рос хотя и не густой, но лесок. Оказывается, это ущелье было самым лесистым местом по всему Таджикистану, там даже лесхоз работал. Наши коллеги пытались собирать сухой валежник для костра. Им объяснили, что любое дерево или ветки брать ни в коем случае нельзя. Тренировались много, отрабатывали взаимодействия на катамаране. Из забавных случаев вспоминается переворот катамарана-двойки в точке причаливания. На дальнем от берега поплавке сидела довольно крупная дама, а с ближнего поплавка резко спрыгнул на берег ее партнер. Произошел переворот.
Сардаи-Миена. Река с чисто ледниковым питанием. Поэтому в течение суток уровень воды в реке сильно меняется. Пока мы были в верховьях, то есть близко от источников воды, максимум уровня достигался днем. По мере сплава максимум сдвигался к вечеру. Изменялась и прозрачность воды. При максимальном уровне вода была мутная. Река веселая, совсем спокойных участков практически нет. Ниже некоторые фотографии.
Движение такого большого отряда можно было обеспечить, только разбив его на абсолютно автономные группы. Отряд объединяло только общее место ночевки и страховка при прохождении опасных участков. Благодаря такой автономии удавалось выходить достаточно рано. Не помню, была ли попытка поощрения группы, ранее других вышедшей на сплав.
Пороги. Проходили не все пороги. В составе отряда был один катамаран (кажется от Вольного ветра), который проходил почти все и демонстрировал другим участникам технику прохождения опасных участков. Ниже они на фото. Интересно, что они сидели практически в центре катамарана, что позволяло им совершать резкие маневры в пороге.
Ниже несколько примеров прохождения порогов.
Кажется это последний порог Сардаи-Миены перед Ромитом. Плотовики решили показать возможности своего судна и сунулись в самую большую бочку
На порогах проводились занятия по страховке с берега и с катамарана. Аварийная ситуация сложилась на одном сравнительно несложном пороге, который состоял из единственной бочки. При прохождении нашего катамарана передний правый матрос настолько хорошо «выбросилась» вперед, чтобы зацепить воду за бочкой, что порвала крепление коленных лямок и упала в воду. К счастью уже за бочкой. Ей кинули «морковку» и тут же вытащили на берег. А вот катамаран застрял в бочке. Спасти мог только Валера, который сидел впереди. Он изо всех сил вцепился в чистую воду за бочкой. Мы с Усеней ничем ему не могли помочь. Постепенно катамаран все же вышел из плена бочки. Мы тут же причалили к берегу. За нами шел сверхмощный катамаран с шестью гребцами. Они не совсем корректно вошли в бочку, видимо рассчитывая на мощь гондол. И прямо в бочке рама катамарана треснула вдоль по всем поперечинам. Так катамаран и ушел дальше. Была организована спасательная операция по берегу. На этом участке реки уже было достаточно оживленной движение и удалось поймать попутную машину. Как выяснилось, пять человек выбросились на остров. И только Люда Мирошниченко поплыла дальше. Ее догнали на машине и спасли. После этого случая бдительность на порогах была удвоена. Далеко не все участники похода сплавлялись на катамаранах. Часть шла по берегу. Так что потеря одного катамарана не сказалась на графике похода. После впадения Сардаи-Миены в Кафирниган особых порогов не ожидалось, да их и не было. Запомнился один поворот Кафирнигана, на котором образовались высокие вала. Наш катамаран развернуло лагом и мы попали точно между двумя валами. Все попытки развернуть катамаран успеха не имели. Так и дошли между двух валов до конца этого участка.
Быт. Довольно быстро все привыкли, что дождей в Таджикистане не бывает. Палатки перестали покрывать тентом. У нас была палатка из сита. Ночью сквозь сито хорошо были видны звезды. Когда спустились немного пониже, и по ночам уже не было холодно, некоторые вообще предпочитали спать на улице. Сначала несколько напрягала возможность наткнуться на что-нибудь ядовитое. Ребята из Душанбе, которые сплавлялись с нами, рассказывали про укусы скорпионов. Как-то поутру начали собирать рюкзаки, и в кармане одного из них обнаружилась какая-то живность. Позвали местного. Он немного присмотрелся и достал оттуда богомола. Больше никаких подозрительных животных или насекомых не встречали. Сначала было непривычно готовить пищу на примусах. Но к хорошему быстро привыкаешь, тем более что примуса у нас работали хорошо. Ниже несколько фотографий нашего быта.
На одной стоянке (возможно на стапеле) Наташа вылечила глаза у местного ребенка. В знак благодарности местные принесли нам целый таз баранины.
Когда мы подошли к устью Сардаи-Миены, была устроена дневка с радиальным выходом на водопады.
Рано или поздно все заканчивается. Разобрали катамараны где-то под мостом. Оттуда нас автобусами перевезли в Душанбе. Ночевали в каком-то клубе или школе, где и устроили прощальный банкет. Я никуда не ходил. Кто-то притащил с рынка огромный арбуз килограмм почти на 20. Оказалось, что арбуз совершенно белый и не сладкий!!! Это в августе в Душанбе!!!
Обратно мы тоже должны были ехать поездом. Но значительная часть состава предпочла за свой счет лететь самолетом. Всем хотелось домой. Я тоже полетел самолетом, но не в Москву, а в Ташкент. Где и провел у своего друга еще неделю.