Ева неслась по ночному городу, выжав педаль газа до упора и почти не видя дороги из-за густого снегопада и застилающих глаза слёз. Проносились в бешеном темпе светящиеся неоном витрины, уличные фонари, и уже остался позади сам ярко-праздничный мегаполис, а она всё мчалась, не сбавляя скорости, будто убегала от всех бед и неприятностей, свалившихся на нее в последнее время.
Разве может с одним человеком за какие-то полгода произойти столько всего плохого? В это же просто невозможно поверить. Ева бы и не поверила, если б всё это не случилось с ней.
Начались несчастья в начале лета, с автомобильной аварии, в которой погиб отец. И это стало для Евы огромным потрясением, ведь, несмотря на свои прожитые почти тридцать лет, она считала, что в её семье подобного произойти просто не может. Умом конечно понимала, в жизни всякое бывает, но почему-то была уверена – с ней такого не случится никогда.
А через месяц новая беда, серьёзно заболела мама. Для неё уход мужа, по-видимому, был ещё бо́льшим ударом, чем для дочери. Болезнь развивалась настолько стремительно, что женщина угасла через три месяца.
Ева впала в такую глубокую депрессию, что неизвестно, когда бы она из нее выбралась, если б не не внезапная беременность.
Ребёнка она очень хотела, давно и сильно. Три предыдущие неудачные попытки выносить дитя практически лишили Еву надежды, и вот судьба дала ей новый шанс.
Муж Артём буквально носил её на руках, сдувал пылинки, оберегал, и всё шло замечательно целых два месяца. А потом история повторилась. Ребёнка Ева потеряла, да ещё и сама оказалась на больничной койке. Она настолько пала духом, что даже мужа видеть не хотела и молча отворачивалась к стене, когда он приходил. Артём после трёх посещений являться перестал, но это женщину не расстроило, даже наоборот, она испытала облегчение. Потому что вот эти речи успокаивающие, эта жалость в глазах...ей всё это не было нужно. А требовалось лишь побыть одной и смириться со своей бездетной участью.
Ближе к Рождеству Ева практически пришла в себя и покинула стационар до выписки, самовольно, не сообщив ничего даже Артёму. Может быть и зря, но поступи она по-другому, так и продолжила бы жить в неведении и обмане.
Она поняла, что муж не один ещё до того, как увидела в прихожей женские сапожки и шубку на вешалке. Бог знает, почему, почувствовала наверное. Или ждала подсознательно. И всё равно в груди резануло больно, а к горлу подкатил ком. Невероятным усилием воли взяла себя в руки, рывком распахнула дверь в спальню, откуда слышались говор и смех.
— Час, — произнесла спокойно, глядя на ошалевшего мужа. — Через час чтоб никого не было. Тебя это тоже касается.
Что там бормотал в своё оправдание бежавший следом Артем, она не слушала, мимоходом схватила ключи от машины и понеслась вниз по лестнице. Слёзы хлынули из глаз, когда автомобиль уже выехал со двора.
* * *
Местность она узнала, когда чуть успокоилась и сбавила скорость, вдалеке виднелся посёлок, где находился дом родителей. Ну конечно, видимо подсознание направило её туда, где выросла и была счастлива, а значит так тому и быть. Проведёт праздничные дни в тишине и покое и начнёт новую жизнь, без лжи и притворства.
Промелькнувший светлый силуэт на фоне куста у обочины показался причудливым, неземным, будто печальный ангел с поникшими крыльями ждёт чего-то. Или кого-то. Или случилось несчастье и он нуждается в помощи.
Порыв остановить машину появился сразу, а вот реакция запоздала и Ева нажала на тормоз лишь метров через двадцать. Медленно сдала назад, снова остановилась, совсем немного не доехав до фигуры, и продолжила наблюдать в зеркало заднего вида. "Печальный ангел" встрепенулся, поднялся и поспешил к ней.
"Да это же пес! Абсолютно белый и невероятно огромный лабрадор. Что он здесь делает, на безлюдной трассе в полном одиночестве?"
Собак Ева не боялась и потому смело вышла из машины. Пес подбежал, ткнулся носом в ладонь, гавкнул. Негромко так, осторожно, чтобы не напугать.
— Привет, — Ева присела на корточки и посмотрела животному в глаза. — У тебя что-то случилось? Неужели бросили?
Лабрадор развернулся, пробежал пару метров в обратном направлении, обернулся и гавкнул снова.
— Ты меня куда-то зовёшь? — поняла женщина. — Помощь нужна? Ну хорошо, идём.
Застегнула куртку, натянула капюшон и пошагала за собакой. Пёс больше не оглядывался, видимо чувствовал, что она идёт следом. Добежал до своего прежнего места и исчез.
— Ты где? — громко спросила озадаченная Ева, оказавшись там же.
И только тут заметила, что снежный отвал по краю обочины изрыт и перепахан, по всей видимости, здесь слетела с трассы машина.
— Гав, — послышалось из кювета. — Гав, Гав.
— Поняла, иду.
Женщина включила фонарик на телефоне и начала спускаться вниз.
Чёрное пятно, хорошо различимое на белом снежном ковре, оказалось опрокинувшимся на бок, большим легковым автомобилем. Никаких критичных вмятин на кузове Ева не заметила, хотя может просто не разглядела из-за слабого освещения. Дверца багажника была распахнута, видимо из нее и выскочил пёс, а вот где находился водитель, пока было неясно. Ноги утопали в снегу выше колена и добраться до водительского места оказалось затруднительно. Ещё и потому, что как раз на ту сторону машина была опрокинута. Вдобавок ко всему, обе дверцы правой стороны не открывались, скорее всего их элементарно заклинило. Выход оставался один – попасть в салон тем же путём, каким его покинула собака, а именно – через багажник. Что Ева и сделала.
За рулём находился мужчина лет пятидесяти, без сознания, хотя слабый пульс прощупывался, а из видимых глазу травм была только ссадина на лбу, из которой сочилась тонкая струйка крови.
Помня о предостережениях, трогать пострадавшего Ева не стала, просто позвонила в скорую, спасателям и стала ждать, примостившись на краешке багажника. Уселся рядом и пёс и так и просидел до приезда медиков, не шелохнувшись, лишь изредка тихо поскуливая. А когда хозяина увезли, рванул было за автомобилем скорой, но, будто осознав, что силы не равны, вернулся к машине Евы и уселся перед капотом.
— И что мне прикажешь с тобой делать? —обращаясь не то к себе, не то к собаке, пробормотала женщина. — Зовут- то тебя хоть как, ангел?
— Гав, — пёс поднял голову и вильнул хвостом.
— Значит, Ангел, — по-своему поняла реакцию Ева и открыла заднюю дверцу. — Запрыгивай. Не бросать же тебя здесь.
Лабрадор улёгся на сиденье, положил морду на передние лапы и жалобно заскулил.
— Не переживай, — постаралась успокоить женщина. — Всё с твоим хозяином будет хорошо, вот увидишь. Ему очень повезло с таким другом, как ты.
И пёс будто понял, замолчал сразу и закрыл глаза.
Зайдя в дом, Ева первым делом включила отопление и посмотрела на Ангела, который так и стоял у порога, словно ожидая позволения.
— Какой ты, однако, воспитанный, — удивилась женщина. — Проходи, не стесняйся. Скоро ужинать будем.
И тут она вспомнила, что продукты то как раз и не купила, даже не вспомнила за всё время. Из съестного в доме нашлась только гречневая крупа, да бутылка растительного масла.
— Ну и ладно, — ободряюще подмигнула псу. — Обойдёмся сегодня кашей. А завтра сходим в магазин и устроим рождественский ужин. Ты же не против?
Лабрадор гавкнул в ответ и снова вильнул хвостом.
— Вот и ладненько. А ещё завтра узнаем, куда отвезли твоего хозяина и может быть даже навестим.
Кашу поделили по-братски: третью часть женщине, остальное собаке. Удивительно, но Ева вдруг поняла, что за всеми событиями почти забыла о своих несчастьях. По крайней мере, ощущала их не так остро, а предательство мужа практически перестало причинять боль. И похоже способствовало этому присутствие рядом живого существа, молчаливого, но на удивление понятливого.
Звонить на подстанцию, чтобы узнать, куда отвезли хозяина Ангела, Еве не пришлось. Молодой фельдшер, который взял у неё номер телефона, оказался на редкость ответственным и позвонил сам, рано утром. Рассказал, что с мужчиной практически всё в порядке. Лёгкое сотрясение, не представляющее опасности, но какое-то время ему придётся провести в районном стационаре. Попросил также Еву известить родных пострадавшего, если таковые имеются.
Есть ли родные у водителя слетевшей с трассы машины, Ева не знала, но навестить больного посчитала обязательным, ну хотя бы для того, чтобы успокоить по поводу собаки. И на другой день они с Ангелом отправились в больницу.
— Жди здесь, — велела лабрадору Ева, остановившись неподалёку от главного входа. — Собакам в такие заведения нельзя. Я всё узнаю и расскажу.
Пёс послушно уселся возле скамейки, но, не успела девушка отойти, подскочил и, с громким лаем, бросился к двери.
— Ангел! — раздался радостный мужской голос.
Когда Ева обернулась, мужчина и собака уже обнимались, если так можно выразиться, на крыльце больницы. Пёс энергично вилял хвостом, то и дело облизывая лицо хозяина, а тот, сидя на корточках, смеялся радостно и трепал животное по загривку.
— Ну всё, всё, хватит, Ангел, — мужчина наконец поднялся и спустился по ступенькам. — Михаил, — улыбаясь, протянул Еве руку. — Это ведь Вам я должен сказать спасибо за наше спасение, моё и Ангела. Примите искреннюю благодарность.
Он склонился над протянутой для пожатия рукой и коснулся её губами. Еве стало неловко, она убрала обе руки в карманы и сменила тему разговора.
— А собаку действительно зовут Ангел?
— Он ведь Вам представился? — глаза Михаила смеялись. — Думаете обманул?
Ева рассмеялась тоже, вслух.
— Нет, не думаю. У него глаза честные.
— У Вас тоже...красивые, — мужчина неожиданно посерьёзнел, даже погрустнел и после небольшой паузы спросил. — Вы нас с другом не подвезёте? Меня через час выписывают.
Конечно, Ева с готовностью согласилась. Ей это совершенно незатруднительно, а человек после больницы, да и к Ангелу она успела привязаться, как будто это был её пёс.
Всё оказалось проще некуда, Михаил жил в том же посёлке, где временно обитала она сама и даже на той же улице, только в конце.
— Вот мой дом, — кивнула головой Ева, когда они проезжали мимо. — Пробуду здесь ещё несколько дней, так что обращайтесь, если чем-то помочь нужно. Вы же пока без колёс.
Она остановила машину у двухэтажного особняка, на который указал Михаил, и вышла осмотреться.
— Большой дом, — сказала подошедшему мужчине, разглядывая жилище. — Наверное и семья большая?
— Мы тут вдвоём обитаем, — Михаил указал глазами на резвящегося пса, — с Ангелом. А семья... Была. Давно, лет двадцать назад. Больше желания не возникало. До сегодняшнего дня.
При последних словах в глазах мужчины запрыгали озорные чёртики и Ева тут же смутилась.
— Поеду, — сказала поспешно. — Рождество всё же.
Стук в дверь раздался, когда за окном уже практически стемнело. Ева сидела на накрытым столом, с бокалом полусладкого в руке и думала. Странная всё-таки это штука – жизнь. Ещё вчера настроение было хуже некуда и она думала, что все праздники так и пролежит на диване, размышляя о предательстве Артема и своей пропащей судьбе. А уже сегодня из головы не выходит совершенно посторонний мужчина, и его глаза со смешливыми чёртиками постоянно перед лицом. Глупость несусветная, как девочка - подросток, ей-богу.
Она даже стук не сразу услышала, настолько была занята своими мыслями. А когда постучали громче, вздрогнула и отправилась открывать.
— С Рождеством! — выкрикнул Михаил, как только дверь распахнулась, и шагнул, не дожидаясь приглашения, через порог. — В такой праздник одной оставаться нельзя, это ещё моя бабушка говорила.
Поставил на стол шампанское и конфеты и посмотрел на всё ещё стоящую у входа, ошарашенную женщину.
— А если бы я была не одна? — наконец произнесла Ева. — Вы же не могли этого знать?
— Я нет, — мужчина прищурился, усмиряя чёртиков. — Это он мне сказал, — кивнул на лабрадора, который тут же гавкнул, словно в доказательство слов хозяина. — А ещё он сказал, что ты – моя судьба. И что если я тебя упущу, буду полным дураком. И как я мог не поверить, когда сам Ангел вещает? Это воля небес.
Пёс опять гавкнул, и Ева...рассмеялась. Судьба не судьба, время покажет, но праздновать сегодня Рождество в одиночестве ей уже точно не придётся.
* * *
Заявление на развод Ева подала, когда поняла, что тянуть дальше уже некуда. Артём, названивающий каждую неделю несколько месяцев подряд, в этот раз самолично встретил её у выхода из офиса с букетом.
— Может не стоит спешить? — протянул цветы. — Всё исправимо, я ведь раскаялся.
Улыбка мужа, которая ей всегда так нравилась, теперь казалась неестественной и фальшивой.
— Извини, — ответила равнодушно. — Ничего не получится.
И поспешила к джипу, у которого, облокотясь о дверцу, стоял Михаил.
— Ты идиотка! — раздался за спиной злой окрик. — Он же старик! У тебя с ним никогда не будет детей!
Ева замедлила шаг, остановилась, развернулась и положила руку на свой живот.
— Будут, — сказала, улыбаясь. — Уже есть.
И почти побежала навстречу Михаилу, мужчине, с которым её свели небеса благодаря белому, четвероногому ангелу.
* * *
Дождалась январский номер. Спасибо, что не в мае)