Модификатор

Вагон московского метро катился по своему привычному маршруту от станции к станции. Люди ехали по своим делам. Кто-то смотрел в телефон, кто-то спал, кто-то думал о своих бытовых мелочах. Они жили в своем мире, в таком каким он был для них всегда. Простым. Обычным. Понятным.

А я, от нечего делать, смотрел на этих людей. На каждого по отдельности и на всех одновременно. Каждый из них сам по себе. И в тоже время я видел, что все они составляют что-то большое, что-то общее. Общество? Цивилизацию.? А может Нейросеть?

После той первой встречи с Катей я начал воспринимать все по-другому. Все люди были в одной большой системе. Системе, подчиненной какому-то закону. Чему-то. Или кому-то. Чему-то большому. Кому-то, кто управляет цивилизацией.

И я был одним из этих кто-то. Я знал о жизни людей больше, чем они сами. Знал их предназначение. Для чего создан каждый. Что у него получается лучше всего. И я мог на все это влиять.

Я ехал на свою первую инициализацию. Первую в моей жизни.

Под ровный перестук колес я улыбнулся и вспомнил как все это началось.

***

Был обычный будничный вечер. Я возвращался с работы. День выдался удачный. Программный код, долго не дававшийся мне, наконец заработал. А значит я запущу свою часть проекта вовремя. Шеф будет доволен. Да и премия, скорей всего, обломится.

Я вышел из метро, застегнул поплотнее куртку, спасаясь от набежавшего ветерка, и направился по привычной дорожке. В парке, как всегда, резвилась детвора под пристальным взглядом суровых мамаш, вечерние ЗОЖники бежали за своим здоровьем, алкашня разного возраста тусовалась у пивных павильончиков, а многочисленные владельцы собак, наверняка, выясняли какая порода лучше для счастливой московской жизни.

Она поднялась со скамейки навстречу мне и решительно подошла.

- Здравствуйте, - радостно улыбнулась мне девушка, снимая перчатку.

Девушка как девушка, среднего роста, симпатичная, в стильном осеннем пальто и беретке под цвет. На плече сумочка, на ногах сапожки. Обычная такая московская девушка. Смелая, уверенная, веселая.

- Я Катя, - протянула она мне руку.

Странно, обычно девушки у нас не здороваются за руку. Наверное, откуда-то из заграниц, там это принято. Или может работает в инофирме?

- Тимур, - я автоматически пожал протянутую руку, - а мы где-то виделись? - удивился я неожиданному знакомству.

-Нет. Но у меня к вам дело. Я должна немного рассказать вам о вашей будущей жизни.

-Нет, нет, нет! Покупать я ничего не буду, кредиты мне не нужны, а страхует меня мой работодатель! – сразу отпрянул я.

- Да нет же! Это не то, о чем вы подумали! – рассмеялась Катя.

Я присмотрелся. Держится уверенно, хорошо одета. Ну не похожа на простых приставал, пытающихся впарить всякую ерунду заученными фразами. И еще она была какая-то… не могу сказать точно… счастливая что ли.

- Ваша жизнь скоро изменится, Тимур. Я могу немного помочь понять эти изменения.

Слова девушки звучали уверенно и искренне.

- И что же со мной будет? – решил поддержать я разговор. - Выиграю в лотерею? Стану президентом? Или, может быть, влюблюсь? – улыбнулся ей в ответ.

- Хм… интересные у вас варианты. А знаете, наверное, что-то общее: и первое, и второе, и третье.

- Вот уж спасибо! - рассмеялся я в голос, - веселые у вас предсказания.

Я развернулся и зашагал к дому. Но Катя догнала и пристроилась рядом.

- Давайте пройдемся вместе и вам расскажу подробнее.

Такие случайные знакомства не в моем духе. Я человек закрытый, самодостаточный и воспринимаю других людей, навязывающихся в мою компанию, сугубо прагматично. Что-то им в результате от меня всегда бывает нужно. Но настроение было хорошее, девушка подкупала своей искренностью. Ладно, пройдусь с ней до дома. Посмотрим, что эта красавица от меня в результате вытребует.

- Пойдемте, – махнул я рукой новой знакомой. – Так, и в кого я должен влюбиться? Не в вас ли? - весело подмигнул своей неожиданной попутчице.

- Нет, - ничуть не смутившись ответила та, – хотя… как получится, конечно, но это не главное, - вернула мне усмешку Катя, - вы изменитесь. В лучшую сторону. Вам понравится.

Мы шли неспешным шагом по дорожке парка. Я неожиданно согрелся и даже расстегнул куртку, ловя освежающий осенний ветерок.

- Да я и такой как есть себе нравлюсь – нескромно парировал я. Что же все-таки она от меня хочет?

- Тимур, вы же слышали, что человеческий мозг задействует для осознанной деятельности очень мало своих нейронов? – мягко продолжила Катерина, не замечая моего позерства, – это в среднем. Как говорится, «средняя температура по больнице».

- Ну слышал что-то такое. Но я программист, а не нейробиолог.

- Ну хорошо. Но вы же живете среди людей? Почему одни из них могут совершать только простую примитивную работу, заниматься только удовлетворением обычных животных инстинктов: ну там поесть, поспать, подраться, секс и все. А другие могут создавать гениальные произведения искусства, делать мировые открытия, объединять людей на войну. Почему так? Чем вторые отличаются от первых?

- Ну, не знаю. Вторым, наверное, повезло больше, – задумался я. – Ну ,там в семье богатой родились, не надо было о еде, деньгах и других заботах думать. И все такое. Твори себе сколько хочешь.

- Не сходится. Большинство людей, значительно повлиявших на цивилизацию, были из бедных семей. Были и из богатых. Не существенно. Не определяюще. Определяюще то, что они были одержимы какой-то своей идеей: будь то игра в шахматы, изобретения или завоевание чужой страны. Ну а сколько богатеньких сынков прожигает жизнь в тех же примитивных потребностях? Допустим, алкоголь или там наркотики у них получше, ну кровать помягче, девушки посимпатичней. Но цель-то все равно одна - простые плотские удовольствия. Тот орган, которые в корне отличает нас от животных, – человеческий мозг они используют по минимуму и не развивают. Мозг им, именно «человеческий», не сильно то и нужен.

- Я не психолог. Не знаю. Люди разные.

- Просто кто-то использует один процент своего мозга для жизни, а кто-то пятьдесят. Вернее, даже не так. Все сложнее. Может чашку кофе? – кивнула Ката на кафе, приветливо светящей огнями небольшой уютной террасы.

Я почувствовал запах свежемолотого кофе и пустота в животе напомнила, что обед был давно, а до ужина я пока не добрался.

- Вы же программист? - продолжила Ката после того, как мы заказали по чашке капучино, - приведу понятный вам пример. Что вы делаете, если не хватает мощности вашего компьютера для каких-то больших вычислений?

- Ну, компьютер можно апгрейдить.

- А если этого мало? Если нужна мощность в тысячу или миллион раз больше, чем может быть в одном компьютере?

- Есть сетевые параллельные вычисления. Задача дробится на тысячу подзадач и рассылается тысячам компьютеров и потом результат собирается вместе.

- Вот! Это очень близкая аналогия! - обрадовалась Катя, отхлебывая пенку с чашки, - так и вычислительная мощность нейронов мозга. Они вычисляют, а результат отдает другим. Тому, кто может его собрать, объединить.

- И вы хотите сказать, что вот эти ваши «гении» пользуются результатом расчета другого мозга? - хмыкнул я, - даже не смешно!

На террасе стало жарко, я снял куртку и повесил на спинку стула. Что ей все-таки от меня надо? Познакомиться хотела? Да я вроде не Ален Делон. И не олигарх. Да и разговоры какие-то странные ведет, не девчачьи.

- Пользуются! - без тени смущения ответила моя собеседница, – иногда не понимают, чем пользуются, а иногда знают.

- Брр… - встряхнул головой я, - что за бред! Это как должно выглядеть? Подходит такой гений к другому, вставляет из своей головы в другую «свободную для решения задач» голову сетевой кабель и дает задачку. Ты, типа, порешай пока, а я другого поищу, – хохотнул я.

Мой кофе закончился, и я заказал еще.

- Ну, кабели у это у вас, у программистов. А в остальном в целом правильно.

- А у Вас что?

- У нас Тимур, у НАС. Ты уже один из нас, просто пока этого не понимаешь.

- Катя, вы, конечно, девушка приятная во всех отношениях, но, по-моему, вы не на того напали. Я не люблю всякие там секты, в бога тоже не верю и на правительство работать не хочу.

- Мы не секта. И не правительство. Мы модифицированные люди, которые умеют чуть больше. Например, пользоваться вычислительными ресурсами мозгов других людей.

Некоторые из нас могут людей менять. Но таких мало. Мы называем таких людей модификаторами. Я - модификатор. Ты тоже.

Катя говорила это без тени усмешки, и я бы сказал вполне серьезно, если бы не большая счастливая улыбка на ее лице.

- Приехали! – вытер я испарину на лбу, – и вы это серьезно?

- Вполне.

- Ну ладно, - решил я не вступать в ненужный спор, – и как это вы, то есть мы, обходимся без сетевых кабелей и прочих соединений?

- Все гораздо проще и сложнее. Мы используем вирусы.

***

Домой я добрался только через час. Было нестерпимо жарко и хотелось есть. И спать.

Два больших гамбургера и четыре чашки кофе в кафе после того, как Катерина оставила меня, ничуть не утолили мой голод.

Доев остатки вчерашнего борща прямо из кастрюли и умяв половину батона, я, наконец, нашел в себе силы сунуть градусник под мышку. 39,1 - увидел я цифры на градуснике. Молодец! Умудрился простудиться! А завтра сдача проекта. Без меня не смогут. Или прощай хорошее расположение шефа и мечты о премии, или иди с соплями и тяжелой головой сдавать сложный проект. Черт бы побрал эту Катерину и сидение в футболке на открытой веранде в кафе! Охмурила и загрузила каким-то бредом. Хорошо хоть кошелек на месте.

С этими мрачными мыслями я завалился спать.

Проснулся засветло от нестерпимого чувства голода. Выскреб из холодильника все, что нашел, и набросился на еду. Голова, как ни странно, была светлая и легкая.

Вчерашний разговор вспоминался словно сон. Модификаторы, вирусы, вычисления мозгов, запакованная в вирусы информация… Катя не стала мне ничего больше рассказывать и только назначила встречу через два дня в этом же кафе.

Ну что же, - откопал я последний кусок старого плавленого сырка среди кучи оберток, - делать нечего, двину на работу.

***

На работу я, как и ожидалось, пришел сильно раньше начала рабочего дня. Поспешил на нашу офисную мини кухню и, не скромничая, сделал себе три больших чашки кофе и бухнул в них от души сахара.

- Силен ты углеводы потреблять, - мой начальник Виктор Николаевич тоже оказывается был уже в офисе и входил за утренней порцией капучино.

- Кто хорошо работает головой, тот нуждается в хорошем питании! - Начал я подготавливать почву к разговору о премии.

Виктор Николаевич подошел ко мне с чашкой кофе.

- Готов к сдаче проекта?

- Конечно! Все протестировано и не один раз, - начал расхваливать я себя.

И вдруг слова длинного монолога о том, какие хитрые рекурсивные алгоритмы я применил для оптимизации программы, застряли у меня в горле. Мне перехотелось их говорить. Я допил первую чашку и потянулся за второй.

- А зачем говорить? - всплыло у меня в голове понимание бессмысленности слов. – он же не поймет ничего.

- Как это так? Это же мой начальник! Руководитель проекта! Это он начал проект, он раздает задания всей команде, он контролирует программистов! - спорил мой разум с моими чувствами.

- Да, но он ничего не смыслит в программировании! Он просто транслирует распоряжения генерального и бьется над непонятными ему отчетами! - возражало подсознание, это же очевидно! Вся его активность направлена на то, чтобы показать, что он что-то понимает, когда он ничего не понимает! Главное удержаться на этой должности, потому что его больше нигде не возьмут на такую зарплату. Это же ясно как божий день!

Я новым взглядом посмотрел на Виктора Николаевича. Теперь у меня не оставалось сомнений, что это не руководитель команды программистов, а непонятный администратор, посредник, который абсолютно никому не нужен и проект прекрасно был бы сделан без него.

- Не увлекайся кофе! Рабочий день еще впереди, - забрал из моих рук пустую чашку Виктор Николаевич, чуть коснувшись моих пальцев.

Вроде обычный жест! Но чувства, нет не чувства, какое-то понимание начало проявляться в моей голове с новой силой.

Он же рыбак! Вот и тело у него какое-то созданное для этого, пальцы правильно двигаются, внимание, оптимальное для ловли, терпение… Понимание проявлялось как фотография от общего к деталям. Он же может ловить любую рыбу, на любую снасть и охотиться. Нет, охотится он все-таки хуже. А рыбу! Удочкой, спиннингом, сетью, даже голыми руками! Чуть позже пришло понимание, что будь Виктор Николаевич на огромном траулере, вылавливающем косяки сельди в бурных морях, улов тоже был бы максимальным.

- Брр…,- мотнул головой я, - что за чушь лезет в голову по утрам!

Начальник приветливо махнул мне рукой и направился к выходу из кухни.

- Виктор Николаевич, - решился я все-таки бросить вопрос ему вслед, - а вы рыбу любите ловить?

- Конечно! - вдруг резко обернулся он, - у меня классный спиннинг! И не один. Если выдается выходной выкроить от работы, то сразу еду на озеро. А ты что, тоже рыбак? - расплылся в улыбке мой босс.

- Да нет, просто так спросил, – ляпнул я и проводил взглядом мгновенно потерявшего ко мне интерес босса.

***

- О как! - начал удивляться я себе, - и это что такое? Телепатия? Я стал телепатом? Нет, телепатия — это не то. Это, вроде, чтение мыслей. А тут не мысли. Тут понимание сути, природы человека. Бред! Совсем с головой не дружу. Мало того, что простудиться смог, так еще перед окончанием проекта на начальника бочку качу.

Время до начала рабочего дня еще было и у меня оставалась еще одна кружка кофе.

- Ну хорошо, - взял я свои эмоции в руки, - что мешает проверить?

В дальний конец кухни села с чашкой чая наш бухгалтер Раиса Семеновна и начала разворачивать принесенные с собой бутерброды. Она почему-то всегда приходила чуть раньше, приносила еду с собой и завтракала на офисной кухне. У меня даже были легкие подозрения, что она так экономит на домашнем чае или кофе.

- Ну и кто она? Что она? Хороший ли она бухгалтер? - задавал я вопросы своему чувству.

Чувство молчало. Раиса Семеновна была Раисой Семеновной. Обычной, как всегда.

- Ну вот! Говорил, что бред. Точно бред! – успокоился я.

И взялся за третью кружку.

- А вдруг? – промелькнула шальная мысль.

Я подошел к нашей бухгалтерше и сел напротив.

- Зарплата в конце месяца, премия после подачи табеля начальником, – буркнула бухгалтер, даже не поздоровавшись.

- Спасибо, - кивнул я, прислушиваясь или, может быть, принюхиваясь к ней. И «фотография» Раисы Семеновны начала проявляться!

Да, аналитическая работа это ее. Да, кропотливая, системное копание и разбор деталей. Да, складывание из мелочей мозаики целое… Но что-то было негармонично, шероховато, цеплялось.

Целостность картины наступала очень медленно.

Вот! Цифры! Или буквы? Нет. И цифры, и буквы – это не ее. Не любит она их. Это какие-то ненужные образования, посредники смысла, среди них надо продираться до сути. Может она делать свою работу? Может, но не любит. А кто же она? Что любит?

Раиса Максимовна кинула на меня недобрый взгляд. Видимо, слишком долго я таращился на нее. Быстренько собрала остатки своего завтрака и вышла из-за стола.

Я смотрел на салфетку – единственное, что осталось от сурового бухгалтера и думал. Почему с Виктором Семеновичем я быстро и сразу понял его способности, а с Раисой Семеновной нет?

- А, ну-ка? – пришло ко мне какое-то прозрение, и я взял салфетку в руку. Пару секунд ничего не происходило, а потом чувство или знания начали наполнять меня с новой силой. Так тут понятно же все! Как я раньше не догадался. Картины, краски, образы… они сразу дают правильную информацию без посредников цифр и букв, без этих ребусов!

Через минуту я уже точно знал, что стань Раиса Семеновна художественным критиком или как там называются эксперты, которые картины анализируют, и ей, возможно, не было бы равных на этом поприще. При этом, когда «фотография» женщины или что это? Аура? Нет. Портрет? Не важно. В общем, когда портрет бухгалтерши полностью созрел, я стал понимать, что именно в картинах, написанных живыми красками, она была бы специалистом, особенно если картины старые. Эксперт в фотографиях из нее вышел бы посредственный. Лучше, конечно, чем бухгалтер, сильно лучше, но не то, что по картинам. В анализе картин наша Раиса Максимовна была бы гением.

- Хм, полезный у меня навык появился, - смирился со своими необычными открытиями я. Теперь хоть понятно будет, что людям на день рождение дарить.

***

За время рабочего дня я развлекался с сотрудниками нашей компании. Анализировал кто они и совпадает ли их текущие занятия с их предназначением. И пришел к удручающим выводам. Практически никто не занимался тем, что бы он мог делать хорошо. Практически — это если не считать нашу секретаршу Генерального - Машеньку, которая имела таланты женской обольстительницы, проститутки, гейши, ну не знаю, как это описать. В общем, соблазнять мужчин и доставлять им удовольствие от общения с собой, и не только в постели, она действительно могла. Но в моем понимании ее обязанностей в компании она этим и занималась. Других талантов Машенька, как я понял, не имела.

Кстати, среди многих моих коллег и не было-то особых гениев. Ну, охранник дядя Миша мог хорошо жевать мясо. Да, странно звучит, но именно такое чувство у меня появилось, когда я прикоснулся к его одежде. И все. Наверное, если бы были такие соревнования, дядя Миша был бы чемпионом. Но таких соревнований, по-моему, нет.

Да. Еще важный момент. В процессе своих экспериментов я понял, что чувство проявляется, когда я нахожусь рядом с людьми. В метре или ближе. А если касаюсь тела или одежды, то проявление портрета сильно ускоряется. При этом это проявление как бы конечно. То есть, когда все проявилось и я все узнал, больше никаких знаний не приходило. «Фотография» как бы полностью показалась и больше ничего нового не было. Но! Если она один раз проявилась, то потом уже была навсегда со мной. Я понимал и чувствовал, на что лучше всего настроен организм этого человека и забыть этого, видимо, уже не мог.

***

Катя пришла в кафе чуть раньше, но я ее уже ждал. Чувство голода чуть поутихло, но это не мешало мне доедать пятый большой бургер. Часть стола была завалена пустыми коробками от бутербродов и пустыми большими стаканами от колы.

- О! Смотрю усиленно питаешься? – Катя кивнула ну кучу мусора на столе. - Молодец, правильно. Модификация быстрее пройдет. Температура спала уже?

- Спала! Модификация? Предупредить что ли не могла? - не очень вежливо встретил я свою знакомую.

- Ты бы и не слушал. Или не поверил, - пожала плечами она, - зато сейчас у тебя наверняка есть куча вопросов и мы можем продолжить наш разговор.

- Что со мной происходит? - не стал я тянуть быка за рога, - что это за температура и почему я понимаю суть людей или как это правильно назвать?

- Все просто. Вирусы, выращенные специально для модификации тебя, делают свое дело и твой мозг перестраивается. Отсюда аппетит и температура. Скоро это закончится.

- Вирусы? Да они же простуду вызывают, как они что-то могут менять?

- Нет, - улыбнулась Катя, - вирусы – это, по твоей компьютерной аналогии, файлы. Конечная цепочка данных. И, кстати, достаточно вместительная. Один маленький вирус в своей цепочке генов умещает информацию, сравнимую с вместительной флешкой. Хотя там немного по-другому, но не суть. А в файл ты можешь любые данные закачать и программу. Вот сейчас программа твоей модификации тебя и изменяет.

- Чушь какая-то. А как же иммунитет и всякие там барьеры организма, которые не допускают вирусы?

- А они и не допускают. Знаешь сколько вирусов вокруг? Ну, наверное, как файлов в интернете. Миллионы, миллиарды, триллионы. Не знаю. Много в общем.

- Как же я заразился?

- Ну заразился – это не правильный термин. Заражаются стандартными вирусами простуды, если организм сбоил и что-то там пропустил. Это не проблема вируса, это проблема организма. И вообще вирусов простуды сотни миллионов видов вокруг. Иногда что-то и прорывается.

- То есть меня специально заразили?

- Ну не заразили, хотя и так можно сказать. Просто была создана программа, которая тебя изменит. И создана специально под тебя. Индивидуальная. Чтобы она прошла через все твои «иммунитеты».

- Ну, спасибо! А меня спросить не забыли?

- А ты не доволен?

- Не знаю еще, - буркнул я девушке, - и кем теперь я буду? Зомби? Мутантом?

- Нет, ты будешь модификатором, я говорила уже.

- А кто такие модификаторы? – наконец чуть поостыл я.

- Ну вот, молодец. Ты начал задавать правильные вопросы.

Катя заказала чашку кофе. А я поспешил попросить еще два гамбургера и две больших сладких колы. Официантка с сомнением посмотрела на заваленную обертками и заставленную пустыми стаканами часть стола, но заказ приняла.

- Модификаторы - это люди, которые могут менять других людей. Они могут анализировать, чувствовать, не знаю, как сказать, сканировать вирусы других людей и создавать свои вирусы под них. Персональные. Для конкретного человека для определенной задачи.

- Как это… создавать?

- Не знаю. А как наш организм клетки создает? Такие, какие нужны ему сейчас. А потом в органы объединяет. Есть, наверное, какая-то движущая сила пока нам неизвестная. Вирусы тоже каждый человеческий организм создает. Тысячи вирусов в секунду. Но только модификаторы могут создавать вирусы под конкретного человека.

- Уф, час от часу не легче, - проскрипел я. - И кто создал вирус для моего изменения?

- Я, - ничуть не смутившись ответила Катя, - я же говорила, что я модификатор.

***

Интерес к работе я потерял. Новый проект по словам Виктора Николаевича сулил большие перспективы и хорошие премиальные. Но работать под его руководством не хотелось вообще.

Я пытался применить свои новые знания о сущности людей и не только людей.

Мой одинокий безымянный цветок в горшке был окружен вирусами, которые рассказали мне, что он имеет способность при определённом спектре света вырастить более темную окантовку листьев. Цветок был бесспорно лучшим в этом деле. Но, то ли спектр в московском солнце был не тот, то ли, как все, цветок был занят своей цветочной суетой и развивать способности не было у него времени, но листья у него были обычные.

Дворовая кошка Маруська, приманенная остатком сосиски, поведала мне, что вряд ли кто лучше нее добьется большего количества котят в помете от рыжих толстомордых котов. При этом, чем более рыжим и чем более толстомордым будет кот, тем больше может быть котят. А вот от белых котов было бы все очень плохо, если бы вообще что-то получилось. И что? Что мне делать с этими знаниями? Поискать ей рыжего кота? Сомнительное развлечение. Да и увеличение популяции котят в нашем подвале не казалось мне хорошей идеей. Дворник Сулейман прошлый помет, помнится, долго раздавал в хорошие руки.

Кстати, о дворнике Сулеймане. Его талант - детский педагог, учитель, нянька. Он, конечно, не был самым лучшим педагогом, но в этом деле он бы раскрылся. Я даже попробовал что-то изменить и подарил ему пару брошюр на эту тему. Через два дня, заглянув к нему в каморку, обнаружил распотрошённые книжечки у поленницы, где они, видимо, прекрасно выполняли роль розжига его буржуйки.

Школьный друг Васька, продающий в какой-то строительной конторе то ли арматуру, то ли трубы, согласился выпить со мной пару пива. На почти честный рассказ о моих способностях и мое предложение сделать карьеру в метании молота, диска или копья, ожидаемо заявил:

- Совсем вы программисты в своей виртуальной реальности свихнулись! Какой спорт? Какое метание? Деньги кто будет зарабатывать? На работе проблем ваше крыши, машиной надо заниматься, ремонт в квартире доделать… Арматуру я с машины метаю, когда грузчики запьют! И мне этого, поверь, хватает с головой!

В общем, мне было скучно и грустно. Я не знал, куда деть себя и свои способности.

Да, я понимал, что есть люди, которые одержимы идеей и рассылают свою одержимость в виде вирусов-задач, заражая других своей целью, а потом получают уже вирусы-результаты и собирают их в виде музыки или песни, объясняя это божественным даром или случаем или правильно подобранной курительной смесью. Поэтому, кстати, одним людям нравится одна музыка, а другим другая. Просто фанаты стиля или композитора - соавторы этой музыки. Поэтому, наверное, они и любят вместе собираться на больших стадионах. Обмениваться вирусами-опытом.

Но я был не такой. Я не умел генерить вирусы-задачи, не умел писать музыку, да и программист, как я понял своими новыми способностями, я был посредственный. Я мог рассчитывать только на единственный мозг - свой. Кто я по сравнению с одержимым программистом, который может дать просчитать свою идею, скажем, миллиону человек?

Я был модификатором и в этом было мое предназначение.

***

- А как я найду своего человека? Ну того, кого надо модифицировать? – мы с Катей опять устроились на террасе кафе у моего дома.

- Ты почувствуешь. Это придёт само. Как интуиция, как любовь, как инстинкт. Не знаю, как точно описать. Все люди носят на себе миллионы вирусов других людей. Ты же слышал, что все люди знакомы друг с другом через три рукопожатия?

- Слышал что-то, но не верится.

- В целом, это так. Как собака чует запах другой собаки на одеждах людей, а потом может пойти по следу и найти источник, так и мы, модификаторы, находим своего клиента.

- И потом выращиваем для него вирус модификации?

- Да. Только сначала нужно найти его и получить его персональные генетические коды, чтобы запустить процесс именно для него. А потом вирус растет сам. Ну наверное, как ребенок растет в утробе матери.

- То есть, мы не можем этим управлять?

- А может мать управлять ростом ребенка? Это не наше творчество, мы только носители.

- Ну хорошо. А когда я узнаю, что вирус созрел?

- А когда мать узнает, что ребенку пора рождаться? Чувствует, но рождается он сам, когда ему пора. Ты поймешь.

***

Почувствовал тягу я где-то через месяц. Вдруг какие люди становились мне более симпатичны, меня тянуло к ним. Они становились мне роднее, что ли. Хотелось побыть рядом с ними, пойти за ними. Как с хорошим старым другом или любимой девушкой, когда вы вместе, близко - вам хорошо.

И я ходил. Ходил за ними, выбирая, где это чувство сильнее, кто ближе к моему будущему модификанту. Пока не пришел за какой-то старушкой в этот двор. Двор как двор, обычной многоэтажки одного из бесчисленных московских микрорайонов. Но мне было в нем хорошо! Я знал, я чувствовал, что ОН где-то здесь.

Парень шел по дорожке вдоль газона. Обычный невзрачный пацан. Но для меня это было как явление кумира безумному фанату. Мне хотелось кинуться на него, обнять, держать, не отпускать.

- Привет, Коля, - поздоровалась с парнем старушка, за которой я и пришел в этот двор.

- Добрый вечер, Анастасия Петровна.

Парень прошел к дому, взялся за ручку двери, открыл ее и пропал в темноте подъезда.

Я подошел и прикоснулся к ручке. И пришло прозрение!

Этот парень способен понимать структуру биологических сигналов и электрических импульсов компьютеров. Он понимает как срастить их. Он может сделать это лучше всех. Не знаю когда и как он это сделает, не знаю скольких людей он заразит своей идеей, вернее своими вирусами-программами и сколько времени уйдет на выработку коллективного решения. Но я знаю, что именно он сможет собрать результат и решить эту задачу лучше всех.

Я его нашел!

Осталось дело за малым. За мной. Нужно модифицировать его для этой задачи. Вырастить вирус, а потом просто принести его и все объяснить парню.

***

Поезд метро наконец добрался до нужной станции. Я не спешил. Прошлый раз Николай появился у своего подъезда около 19-ти часов. Время еще было.

Я шел к подъезду, подгоняемый волнами нетерпения. Мне очень хотелось его увидеть и передать то, что созрело во мне, что перестроит его, что сделает его мозг генератором вирусов-задач и научит воспринимать вирусы-результаты. И это через какое-то время приведет его к прорывному открытию.

Чувство, которое гнало меня на инициализацию, было сравнимо с какой-то внутренней естественной потребностью. Так голодный хочет есть, здоровый мужчина хочет секса, женщина хочет родить ребенка, а мудрый преподаватель хочет передать свои знания потомкам.

Вирусы-модификаторы созрели во мне. Они были у меня на руках и лице, были в моем дыхании, наверное, были и на одежде. Я это знал. Я это чувствовал. Мне бы только подойти, прикоснуться, побыть совсем немного рядом.

Я задумался. Инстинкт инстинктом, но кто придумал этот инстинкт? Зачем я это все делаю? Почему я абсолютно уверен, что это правильно? Что это благо?

Я - инструмент. Да, сложный и серьезный, с долей своего мнения и свободой действий. Могу ли я от этого отказаться? Да! Без проблем! Но мне будет без этого грустно, скучно. Жизнь будет бессмысленна. Нет, наверное все-таки не смогу.

Мои мысли прервало появление Николая. Он шел, как и раньше, по дорожке вдоль газона, погруженный в себя. На меня накатило благостное состояние, предчувствие завершения большой сделанной работы, какое-то чувство максимального удовлетворения. Мои губы растянулись в улыбке.

- Здравствуйте, Николай, - я протянул ему руку.

Он автоматически пожал ее.

- Мы знакомы?

- Нет. Меня зовут Тимур. У меня к вам дело. Я должен немного рассказать вам о вашей будущей жизни…

Автор: Сергей Аленин

Источник: https://litclubbs.ru/writers/8558-modifikator.html

Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!

Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.

Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.

Читайте также: