Было-ли - не было, а «за что купил за то и продаю» нисколечко не претендуя на авторство, а лишь занимаю уготованное мне место пересказчика, облачающего поведанные мне рассказчиком сведения в литературную форму, при этом обладая скудной информацией об участнике происшествия и его дальнейшей судьбе, оставляю за собой право допущений и незначительных домыслов, которые по моему разумению ни в коей мере не повлияют на пересказ сути открывающегося перед нами, дорогой мой читатель, действа.
«Это же счастье-то какое!»: бурча себе под нос говорил Виктор взахлеб читая невесть откуда попавшую в его руки старую книгу сказаний, переворачивая обслюнявленным пальцем очередную страницу, а после в страшно сказать в какой раз возвращался к прочитанным строкам: «Неразменный рубль! Неразменный ру-у-убль! Это же достояние какое! Добыть бы себе сокровище такое!». Мечты простого молодого деревенского парня уносили своего хозяина в неведомую ему даль богатства и роскоши. Это же как развернуться можно его требующей простора душе! В грезах он, с удовольствием ловя на себе завистливые взгляды деревенских мужиков и восхищенные взоры местных красавиц восседая на железном коне, хотя ничего достойного своему владельцу кроме мопеда мозг не рисовал, а это нисколечко не смущало Витю, гнал на водопой свое стадо, состоящее из двух его личных коров. А зачем ему больше, если все свое свободное время он будет занят накоплением денег? А что вы думали, так пошел, взял, заплатил и купил? «Ха, глупцы!»: ухмыляясь своей щербатой улыбкой приговаривал мечтатель, представляя своих соседей по огороду: «Он хоть и неразменный, но все-таки рубль! И слава Богу, что не копейка… Вот, к примеру понадобиться мне купить корову, а она триста рубликов весит и то теленком, что делать? Не при торговце же по рублику отсчитывать, еще заподозрит чего, а так у кошель затрамбовал под завязку и айда торговаться. А если на лихих людей попаду? Так кошель бросил и стрекача задал, пущай прибыли порадуются, а так трясти как Буратино будут до второго пришествия! Во-о-от, видишь! Не все так просто и хорошо!». Да при таком козыре никто его теперь непутевым Витькой кликать не будет, только не иначе, как Виктором хотя от отчества он не отрекался, но сначала нужно накопить капитал, а после авторитетом обрастать можно! «Решено!»: и взор Виктора с кровожадностью алчущего вампира впился в строки предлагаемого рецепта приобретения несметных сокровищ: «Та-а-ак! В ночь перед Рождеством… Не долго осталось»: взгляд на короткое время переключился на заиндевевшее от мороза окно: «Сварить живьем в кипятке черного без единого пятнышка кота… А где его взять? Ладно потом… Положить в мешок… А варить его сколько? Наверное, до полного приготовления… А пробовать его надо? Тфу, пусть сами пробуют! С мешком выйти в полночь на перекресток одна из дорог которого ведет на кладбище… Жуть какая… Я с детства мертвяков опасаюсь! Подойдет человек и станет торговаться за кота в мешке… Ха, я еще котом в мешке не торговал! Ну да ладно… Что дальше? Нельзя говорить о содержимом мешка… Ага, а то еще клиента спугнешь… Какие суммы бы не предлагались требовать только рубль… Ну да сумма может закончиться, а рубль нет! Логично… А после, когда получишь рубль сунуть его в карман и не оборачиваясь бежать домой, что бы за спиной не слыхал и что бы не творилось! Ха, я тоже за такую покупку продавца бы по голове бы не погладил! Страшновато, но… выполнимо. Решено!».
К заветной ночи все приготовления были окончены. Морозный короткий зимний день на кануне Рождества передал свои шаткие права ночи. На улице было тихо, и лишь жалобно мяукающий в клетке украденный в соседнем районе черный кот нарушал идиллию предпраздничного вечера. Часы показывали двадцать два часа. Времени, по расчетам Вити, было предостаточно, для проведения описанного в книге ритуала. Взглянув в окно и убедившись, что под окнами никто не шастает, новоявленный чернокнижник закрыл ставни на окнах, добавил в топку несколько поленьев, открыл крышку большой кастрюли полной кипящей поды и одев перчатки-краги достал из клетки жертвенное животное. Кот жалобно замяукал, а с приближением к месту заклания стал отчаянно драться за свою жизнь. Сопротивление было жестоким и бескомпромиссным. Зверь кусал, царапался, кричал и снова продолжал бой раздирая в клочья перчатки и в кровь удерживающие его руки нимало при этом преуспевая. Виктор, осознавая, что с котом ему не совладать, принял тактическое решение по приведению приговора в исполнение. С боями, зверек был помещен в приготовленный мешок и уже в нем опущен в бурлящую воду кастрюли. Раздался душераздирающий вой обреченного на мучительную смерть животного, перерастая в оглушительный рев большого количества разнотональных голосов что-то говорящих, криков, стонов и шипений - перерастая в невыносимый уху акустический строй. Стены дома лихорадочно тряслись. Кухонная утварь с полок выпадала на пол. Кастрюля скакала по печке разбрызгивая по раскаленной плите воду и та, шипя, испарялась, наполняя кухню едким запахом смрада.
И вдруг все утихло… Тишину нарушал лишь треск разгоревшихся в печи поленьев. Циферблат часов показывал двадцать три часа. «Пора!»: подумал страху претерпевший Виктор, и одев тулуп подошел к окнам. Ставни, оказав ленивое сопротивление, скрипнув, отворились… впуская в дом яркий солнечный свет. Виктор протер глаза и выглянул в окно, которое на удивление хозяина с внешней стороны крест на крест было заколочено досками. Он еще не знал, что вот уже четыре месяца, как находится в списке без вести пропавших. За окном цвела вишня, палисадник был покрыт молодой зеленой травой с вкраплениями ярких бутонов маков и одуванчика радостно раскрывавшим свои соцветия на встречу восходящему из-за горизонта солнцу, а по дороге мимо дома медленно брели на пастбище коровы, изредка погоняемые сзади стада идущими пастухами.
Отгоняя наваждение, Виктор бросился к рукомойнику и захлестнув обеими ладонями студеную воду несколько раз плеснул себе в лицо. Стало легче! Обтерев полотенцем лицо, чернокнижник-самоучка взглянул в зеркало… Оттуда на него взирало морщинистое лицо седого старика…
24.06.2020 год
