Моника, вся в муке и заботах о новом рецепте, нервно возилась на кухне. В дверь раздался уверенный, ритмичный стук.
— Это Шелдон Купер. Это Шелдон Купер. Это Шелдон Купер, — донеслось из-за двери.
Чендлер, лениво перелистывая газету, лишь бросил через плечо:
— Кто?
Дверь открылась, и на пороге появился высокий мужчина с невыразимым выражением лица.
— Ученый, теоретик, обладатель двух докторских степеней и интеллектуальной харизмы, которую вы вряд ли сможете постичь, — представился он, заходя, словно его пригласили.
Чендлер поднял бровь:
— О, так ты из другого измерения? Как раз вовремя, наш мир скучал.
Шелдон, проигнорировав сарказм, начал осматривать квартиру.
— Простите, но я должен выразить своё удивление. Это… вы называете это жилым пространством? Почему диван расположен под таким углом к телевизору? Вы нарушаете все принципы эргономики.
Рейчел, вбегающая из своей комнаты, чтобы успеть на работу, застыла, увидев незнакомца.
— А это ещё кто?
— Шелдон Купер. Я, вероятно, случайно оказался в вашем… альтернативном мире, — заявил он, поправляя рукава. — Надеюсь, ваш Нью-Йорк обладает хотя бы базовой логикой.
Моника вытерла руки и подошла ближе.
— Что значит "альтернативный"? И почему ты критикуешь мою квартиру?
— Потому что это вызов для здравого смысла, — серьёзно ответил Шелдон. — Например, вилка лежит справа от ложки. Это противоречит основам симметрии.
Моника, поджав губы, смерила его взглядом.
— Ты выбрал не ту женщину, чтобы спорить об организации.
Чендлер, усмехнувшись, устроился на диване:
— Это будет интересно.
Тем временем Росс вошёл, не сразу заметив нового гостя. Но, услышав знакомый голос, он остановился как вкопанный.
— Подожди, я тебя знаю! Ты выступал на конференции в Колумбийском!
— Совершенно верно, — сказал Шелдон, едва заметно улыбнувшись. — Я был там, чтобы напомнить коллегам, кто из нас действительно достоин называться учёным.
Росс застонал:
— Господи, ребята, держитесь. Этот парень говорит сложными словами, которые ничего не значат.
Тут в квартиру зашла Фиби с гитарой через плечо. Окинув взглядом Шелдона, она тут же выдала:
— Ты инопланетянин, да?
Шелдон на миг задумался:
— Я человек, но, признаюсь, часто чувствую себя чужаком среди менее одарённых.
— Я так и знала, — задумчиво кивнула Фиби.
Она начала напевать что-то странное под аккорды:
— "Шелдон из звёзд прилетел, порядок всем нам навел…"
Тем временем Джоуи, разминая шею, вышел из своей комнаты с кусочком пиццы. Увидев нового человека, он просто кивнул:
— О, привет. Пиццу хочешь?
— Ни в коем случае, — ответил Шелдон, бросив взгляд на его руки. — Учитывая отсутствие салфеток, я предпочту голодать.
— Добро пожаловать в Нью-Йорк, — отрезал Джоуи, садясь на диван.
Несмотря на явные разногласия, к вечеру Шелдон неожиданно нашёл общий язык с каждым из "друзей". Он долго дискутировал с Россом о палеонтологии, научил Монику сортировать кухонные принадлежности по материалу и весу, а Чендлеру доказал, что сарказм — это форма психологической защиты.
В "Central Perk", сидя за столиком, он внезапно произнёс:
— Знаете, вы все… странные. В вашей жизни отсутствует порядок. Но у вас есть что-то… необъяснимо привлекательное.
— Это называется дружба, — улыбнулась Моника.
Шелдон задумался на мгновение, затем кивнул:
— Возможно, это объясняет ваше… хаотичное, но терпимое существование.
Он встал.
— Ладно, я должен покинуть вас. Ваш мир нарушает мой распорядок дня.
Когда он исчез за дверью, Чендлер откинулся на спинку дивана:
— Странный парень. Но, знаете, в нём что-то есть.
— Главное, пиццу не съел, — добавил Джоуи, обнимая коробку.
А где-то в другом измерении Шелдон рассказывал Леонарду:
— Эти люди… невероятно нелогичны. Но… они забавные. Я даже не пожалел, что попал туда.