Вчера мне захотелось пересмотреть Субстанцию, поскольку после первого просмотра впечатления были неоднозначные и финал так и остался открытым. Я все никак не могла понять роль и смысловую нагрузку монстра, который стал производным от Элизабет и Сью. Его тело больше похожее на жвачку, на которую налепились в хаотичном порядке грудь, глаза, уши и лицо Элизабет, показалось мне необъяснимым в первый раз. Но вчера пришла в голову мысль, что эта непропорциональная до блевоты масса есть гиперболизированное последствие пластической хирургии.
Интересы Элизабет крутились вокруг камеры и изменчивой любви зрителя. Она верила только в телесную красоту, но не духовную. Поэтому никак не могла принять физические изменения в своем теле и решила создать улучшенную версию себя. В жизни она пошла бы к пластическому хирургу, как многие звезды Голливуда. И скорее всего, не смогла бы вовремя остановиться и перекроила бы себя до неузнаваемости. Но в фильме этот момент обыгран интереснее. Элизабет так хотела жить в молодом теле и пользоваться его преимуществами, что потихоньку перестала замечать, как пластическая версия высасывает узнаваемые черты лица, привлекательность и еще больше ее старит. Вместо вечной молодости она получила непропорциональное лицо/тело и преждевременную старость.
Жертв пластической хирургии среди звезд немало. Многие сознательно уродовали себя до неузнаваемости. Взять ту же женщину-кошку или Микки Рурка.
В конце от Элизабет осталось лишь лицо, которое символично растворялось в каменной звезде на аллее славы, пока она пыталась уловить свет настоящих звезд. Возможно они не идеальны и не имеют четкой формы, но зато они излучают свет, недосягаемы и вечны. И их точно никто и никогда не сможет затоптать ногами. Также и человек может хранить в себе звездный свет, духовно развиваясь и ориентируясь на высшие ценности. Этот внутренний свет позволяет человеку без помощи пластической хирургии продлевать свою молодость.