Мне 32 года, я родила полгода назад — это были мои первые роды. Живу в продвинутом городе, в якобы продвинутом роддоме. К родам готовилась основательно: читала и смотрела статьи акушеров, доул и даже протоколы родовспоможения. Хотела родить и уйти.
Регулярные схватки хотела ждать дома и мечтала приложить к груди прямо в родзале. Беременность носила хорошо. Дома, в 6 утра, у меня отошли воды, а схваток не было. Через 6 часов, под давлением мужа, что я наврежу ребёнку, мы поехали в роддом. В приёмном мне заставляли делать бритьё и клизму. Я отказалась, сославшись на протокол родовспоможения, где указано, что эти процедуры не являются обязательными. Мне велели показать, как у меня там побрито (впервые посетила мысль, что я приехала не на праздник жизни, а будто в тюрьму). Медсестра скривилась, что побрито не наголо.
Дальше осмотр тремя врачами — на каждом этаже по новому осмотру. Растягивали шейку руками, полилась кровь, врач сказала, что это нормально. Дали таблетку "для родов", чтобы начались схватки. Я написала отказ, мотивировав тем, что хочу сама дождаться начала схваток. Акушерка и врач подняли меня на смех, а на просьбу не перерезать сразу пуповину обозвали сектанткой и недоразвитой, сказали: "Начиталась бреда в интернете", "а ты знаешь, что это вредно ребёнку?", "всем перерезали, и тебе перережем". Угомонились только после моего письменного заявления на имя главврача о моей полной ответственности за отложенное пересечение пуповины. Фитбол? "Ты рожать сюда пришла, а не развлекаться! "Вертикальные роды? "У нас такое не практикуют, рожай дома и ставь там свои условия!"
Схватки начались сами через 10 часов после отхождения вод. Сразу регулярные, за два часа полное раскрытие. Начались потуги, мне разложили кресло, привязали к КТГ и ушли. Я звала врачей, чтобы сняли КТГ, на схватке он сильно давил, и я боялась за ребёнка. От потуг боялась родить на кафельный пол, залезла на кровать на четвереньки. Врач пришла, сказала, что рожать рано, и снова оставила меня одну. Потуги прекратились. Это позже я прочитала, что если женщине небезопасно, гормоны стопорят роды, чтобы она могла найти безопасное укрытие. Но мне негде было его искать.
В 12 ночи резко сбежались все врачи и принялись меня "разрожать" — эпидуралка, капельница, выдавливание на схватке. Мой живот превратился в один большой синяк. Обвиняли, что я плохо дышу и тужусь, угрожали вакуумом. На вопрос, что в капельнице (ясно, это был окситоцин), ухмыльнулись: "живительный коктейль". Эпизиотомия, сказали, мне не нужна, рожу сама. Я обрадовалась. Я родила дочку, дали на руки, подержали пуповину 15 секунд и забрали. Хотела попросить с собой плаценту, но побоялась, что за такое хулиганство вообще выгонят из роддома. Потом пришли меня шить, оказалось, акушерка всё-таки молча разрезала меня — 8 швов!
Хорошо, что стали писать о насилии в родах. Но почему так мало говорят о насилии после родов? Оно не менее беспощадное! Я совсем не знала, что ждёт меня там, и оказалась в полном бессилии и отчаянии.
После родов, вместо того чтобы приложить дочку к груди, ей засунули в носик электрический аспиратор (в простонародье "кукушка"). Кто пробовал, знают, что ощущения будто тонешь и задыхаешься. Она громко кричала и ручкой пыталась оттолкнуть трубку, я кричала, чтобы прекратили — ведь показаний не было, и воды были светлые. После аспиратора дочка замолчала и перестала кричать. Сбежались неонатологи. Дочку молча унесли в ПИТ.
В послеродовом я лежу в слезах — всем приносят деток, они сладко чмокают грудь, а я одна и не знаю, где мой ребёнок, что с ним и жив ли он? Спрашиваю у всех, кто заходит в палату: "Что с моим ребёнком?" Пожимают плечами. ПИТ на другом этаже, я не могу встать, у меня онемевшие ноги после эпидуралки и "вертолеты", но под утро дежурной надоедает мой рев, и на инвалидной коляске она везёт меня в ПИТ.
Дочка в кювезе с трубкой со смесью во рту и капельницей в ножке. Мне запретили кормить грудью, запретили брать на руки. Я ничего не понимала, и мне ничего не объясняли. Послеродовая палата — это какой-то ад. В 5 утра будят на измерение температуры, в 6 утра — обработка швов, в 7 утра — забор крови, в 8 утра — гимнастика (а ты не можешь до туалета дойти), не роддом, а натуральная тюрьма. За 7 дней пребывания у меня была полная депривация сна. Однажды, возвращаясь от дочки в свою палату, я не смогла дойти: повысилось давление. На посту на мою просьбу дать таблетку от давления ответили, что лекарств нет, посоветовали выпить чаю.
Вместо опыта материнства — опыт унижения. Всех заставляли сцеживаться после кормления и показывать, сколько у тебя осталось в груди молока. Медсестры накармливали детей смесью из шприцов, давая им сосать узкий кончик шприца (куда надевается игла). В итоге — путаница сосков, все девочки с трещинами сосков и кровью. Тогда им предлагали надевать накладки для сосков. При том, что кругом плакаты ВОЗ о поддержке ГВ. Мне говорили, что маленькая грудь (у меня 3-й размер), плоские соски (это не так), и я не смогу кормить — заставляли давать смесь. Когда ребёнка положили со мной в одну палату, я выливала всё в раковину и кормила грудью, как чувствовала сама. Каждый желающий врач мог из коридора зайти в палату, схватить за грудь грязными руками и понажимать на неё — это называлось "проверка молока".
Ребёнку тоже не давали спать: в любое время врывались в палату — то взвешивание, то сердечко послушать, то укол, то проверка пупочной ранки, то другой укол. Приходилось будить, а потом по три часа укладывать. К этому времени приходили с новым осмотром или уколом — и так по кругу. Почему нельзя все осмотры собрать в одно время? Из-за низкого гемоглобина меня заставляли сделать переливание крови, угрожали, что если откажусь, то меня оставят в роддоме ещё на 12 дней, запретят посещать ребёнка и вообще "тогда у тебя сгниёт матка".
Мы вернулись домой с нарушением привязанности, сбитым материнским инстинктом, депривацией сна и со всеми ВБИ из-за того, что была смесь с антибиотиками вместо груди. Я родила здорового ребёнка, и всё должно было пойти по моему плану, но и тут врачи нашли, во что вмешаться. Последствия расхлебываем до сих пор.