Баба Тома оказалась полной противоположностью бабушки Агнюси. Маленькая, сухонькая, вся какая-то сморщенная, сгорбленная, она в первую встречу живо напомнила Васятке страшную и злобную бабу Ягу из детской сказки. Однако вскоре он понял, что ошибался.
НАЧАЛО ЗДЕСЬ;
Нрав у бабы Томы был весёлый, добрый, она встретила их очень радушно и, казалось, была искренне рада новым своим жильцам.
Тоскливо было старушке доживать свой век одной в большом добротном доме, который давно, еще перед свадьбой, поставил ее муж в надежде на то, что будет у них большая, крепкая семья, детишек много. Не оправдались его надежды, так и не услышал старый дом детских голосов.
~ Не дал нам Господь ребятишек, так путь, хоть, Васенька мое сердце порадует! - вздыхала Тамара, с умилением глядя на правнука своей давней школьной подруги, - Живите, сколько надо, вы мне только в радость. Соскучилась я, Агнюша, по живому общению.
Уже через пару дней они с Василием стали чуть ли не лучшими друзьями, вместе проказничали, придумывали всякие шалости и громко смеялись, когда бабушка Агнюся начинала на них ворчать и ругаться. Смех у бабы Томы было такой звонкий, такой заразительный, что подруга ее не в силах была долго сохранять серьезный вид - почти сразу начинала улыбаться.
В первый же понедельник бабушка отвела Васю в новую школу, большую и светлую, совсем не похожую на ту, которая была в их селе.
- Учись, Василек, старайся! - напутствовала она внука, прощаясь с ним у дверей, - Нынче без образования - никуда! Даст Бог, отучишься, в город поедешь, в люди выбьешься, известным человеком станешь!
Мальчик лишь молча кивал, опустив глаза в пол. Заходить в это огромное по его меркам, величественное здание ему было боязно. Но он пересилил себя, вспомнив слова своей первой учительницы, Валентины Ивановны, и то обещание, которое он ей дал перед самым отъездом.
В новой школе Василию не понравилось. Он довольно сильно отличался от своих одноклассников: был хуже одет, поначалу отставал почти по всем предметам, а ещё говорил, по здешним меркам, странно. В их селе все окали, и он с самого рождения привык разговаривать так же, на деревенский манер, переучиваться теперь ему было сложно.
Ребята из класса сразу обратили внимание на непривычный для них говор и сделали эту особенность речи Василия поводом для насмешек. Подтрунивали они и над его растерянностью, медлительностью, над стареньким пальтишком и потрёпанным ранцем - в общем, приходилось ему ох, как несладко.
Он терпел, старался не обращать внимания на зубоскальство одноклассников, не жаловался ни учителям, ни, тем более, бабушке, опасаясь прослыть стукачом и ябедой.
Однако, рано или поздно всякому терпению приходит конец, настал такой момент и в жизни Василия.
Как-то на перемене самый задиристый парнишка из их класса, Ромка Смирнов, увидев, как Вася идёт по коридору, громко сказал, так, чтобы слышали все, кто находился поблизости:
- О, смотрите, сиротка наш причапал! Что, опять бабушка за ручку до школы провожала?
- Сам ты сиротка! - буркнул Василий, намереваясь пройти мимо, - А у меня, так-то, мамка есть!
- Да? И где ж она, твоя мамка? Все же знают, что ты с бабкой живёшь!
- Да бросила она его, как родила, так и оставила! - включился в разговор вечный спутник Ромки, Алёшка Потапов, - Я сам слыхал, как про это мамка с батей мои промеж собой говорили!
- Бросила? - Ромка от такой новости даже присвистнул, - Оно и понятно! Кому такой заморыш нужен?
И он громко рассмеялся прямо в лицо Васе.
Все, кто стоял рядом с ним, услужливо подхватили, боясь гнева своего лидера, и вскоре уже коридор огласился все нарастающим хохотом. Они тыкали в Васю пальцами, толкали, и то и дело, сквозь смех, повторяли:
- Заморыш! Вот, точно!
- Ой, не могу! А ведь правда, кому нужен такой?!
В голове у Василия от злости и обиды зашумело, к ро вь прилила к лицу, и он, не помня себя, с диким криком бросился на своего главного обидчика, сжав кулаки.
Ромка, не ожидавший от тихого забитого новичка такой агрессии, не удержался на ногах, упал. А Вася, воспользовавшись моментом, уселся на него и продолжал мутузить, пока их не растащили подоспевшие учителя.
Ох, и влетело ему тогда от бабушки! Если б не заступилась баба Тома, неизвестно ещё, чем бы все закончилось.
- Ты, Агнюся, не кипятись, дай мальчонке высказаться! - всегда веселая и смешливая, баба Тома была в тот день непривычно серьезной, - Просто так в драку не лезут, да ведь, Васятка? Тут разобраться нужно, причина должна быть!
Мальчик упрямо молчал, то и дело потирая ярко-фиолетовый с и н я к под глазом. Он твердо решил, что жаловаться не станет, пусть лучше накажут.
Однако, Василий плохо знал бабу Тому. Она, как опытный разведчик, ловко и непринужденно выпытала у него нужную информацию, а он и не понял, как это произошло.
- Ну, что? - победно глядя на подругу детства, спросила пожилая женщина, когда причина неприглядного поведения Василия была установлена, - Теперь что ты скажешь? Бранишь его, стыдишь, не разобравшись, а парнишка, между прочим, правильно поступил, по-мужски! И свою честь отстоял, и за мать заступился!
- Все равно, неправильно это - силой проблемы решать! - упрямо, но уже менее уверенно повторила Агния Петровна, хотя сердце ее щемило от несправедливости и жалости к внуку.
- А как он должен был их решать?! Молча сносить?! Такие слов нормальных не понимают, только кулаки. Там, как в дикой природе - кто сильнее, тот и прав! Молодец, Василий! - похвалила она мальчика, - Не струсил, хоть и один против всех стоял! Смог отпор дать! Все, не полезут больше! И всегда так поступай, Василёк, никому и никогда не давай в обиду себя и своих близких!
- Поучи ещё! - проворчала бабушка Агнюся, - Мало получил?
- Он - мужик, должен уметь постоять за себя! - не сдавалась баба Тома.
- Пойдем, мужик! Фонарь твой лечить будем! - пожилая женщина, кряхтя и охая, поднялась с табурета, - А то так светит, глядишь, ночью спать не сможем, вместо лампы нам будет!
Весь вечер она колдовала над внуком, прикладывая к синяку то половинку сырой картофелины, то капустный лист, а то и компресс из лука с солью.
К утру лицо мальчика выглядело уже вполне сносно, однако в школу его бабушка не пустила, оставила "отлежаться". Зато отправилась туда сама, пылая праведным гневом и желая восстановить справедливость.
Вернулась она нескоро, уставшая, раскрасневшаяся, но вполне удовлетворенная результатом.
- Все, Васятка, теперича учись спокойно, никто больше тебя не тронет! - сообщила с порога.
Василий, сидевший над учебниками, лишь понуро кивнул. Он был сердит на бабушку, ведь просил же не ходить, не позорить его! Теперь точно житья не дадут!
Однако он ошибся. После той памятной драки ребята, действительно, перестали его задирать. Может, визит бабушки Агнюси так подействовал, а может, просто испугались они. Вон, как заморыш Ромку-то отделал! А ведь тот чуть не в два раза его больше.
Однако с тех пор учиться стало гораздо проще, ведь больше не призодисоть терпеть бесконечные насмешки и издевательства.
Нет, дружить с Василием никто не ринулся, его просто оставили в покое, перестали замечать, однако он и такому исходу был рад. Хоть не лезут больше, и то ладно, а без друзей он проживат как-нибудь. Да и какие из них друзья? Смех один.
Да и не затем он в райцентр приехал, чтобы друзей заводить. Не до этого ему было. После окончания уроков в школе, Василий почти каждый день спешил на другие занятия, гораздо более близкие его душе.
В небольшом домике на окраине поселка жил тот, кто обучал его, простого деревенского мальчишку, настоящему пению, открывал двери в завораживающий мир музыки . Звали этого чудесного человека Михаилом Эдуардовичем. Раньше он преподавал в городе, в музыкальном училище, а после выхода на пенсию перебрался в поселок, подальше от городского шума и суеты.
Именно о нем говорила в свое время Валентина Ивановна, ведь они были давно знакомы - женщина когда-то сама посещала уроки этого талантливого преподавателя.
С этим степенным, важным старичком Василий проводил долгие часы, постигая азы музыкального образования. Вокал, сольфеджио, история музыки, игра на фортепиано - все это завораживало, уносило мальчика в какой-то незримый волшебный мир, где он, наконец, мог отвлечься от повседневных забот и быть самим собой.
За уроки свои Михаил Эдуардович с Агнии Петровны денег не брал - прослушав впервые Василия, ахнул и заявил, что готов сам доплачивать, чтобы заниматься с таким бриллиантом. Он прочил мальчику великое будущее, настаивал, чтобы после школы тот непременно ехал в город, поступать в музыкальное училище, обещал договориться, поднять все свои старые связи и знакомства, чтобы его приняли даже несмотря на то, что он не закончил музыкальной школы.
- Агния Петровна, послушайте, вы обязаны, слышите, просто обязаны отправить его учиться дальше! - частенько убеждал он бабушку мальчика, - Голос Василия - это чистейший алмаз, редкость невероятная. Но, чтобы алмаз стал бриллиантом, получил соответствующую огранку, нужно много работать. Здесь я, что смогу, дам ему, но этого мало, катастрофически мало, вы понимаете?
- Да понимаю, понимаю, - вздыхала пожилая женщина, - Да только ведь Васятка ещё в четвертом классе. Мне б дожить до того, как он школу окончит. Сами ведь знаете, уж не девочка давно, за семьдесят мне.
- Да, вы правы, - вздыхал старичок, - Вы, несомненно, правы. Эк, я размечтался, куда хватил, старый пень! Всегда забываю про свой возраст, а ведь, если разобраться, то я даже ещё старше вас. Давайте, доживём, Агния Петровна! Мы с вами просто обязаны дожить. А там видно будет!
Он с грустью смотрел на своего ученика, такого талантливого, такого старательного, и размышлял о том, почему так случается, почему так несправедлива порой бывает жизнь? В ту пору, когда он ещё преподавал, давал частные уроки, к нему частенько приводили детей, совершенно не склонных к музыке, не имеющих ни слуха, ни голоса. Про таких говорят обычно, что им медведь наступил на ухо. И, хотя Михаил Эдуардович всегда честно сообщал родителям о способностях их отпрысков, однако они настаивали на занятиях, готовы были платить любые деньги.
Дети же их, которым музыкальное образование было совсем не по душе, ленились, отлынивали, прогуливали...
А здесь настоящий талант, жемчужина, и что? В этой глуши даже школы музыкальной нет! А на то, чтобы заниматься в полную силу, у бабушки, воспитывающей Василия, недостаточно средств. Да и откуда бы им взяться у бедной деревенской старушки?
- Нет, неправильно устроен этот мир, несправедливо! - вздыхал Михаил Эдуардович, расхаживая из угла в угол вечерами, - И поэтому я должен помочь мальчику найти свое призвание, пока ещё в силе, пока ещё есть время!
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом