Полковник Уэлч и хункпапа Гоняется за Мухой (Солен, Северная Дакота, резервация Стэндинг-Рок, 4 июля, 1920 год)
Полковник Уэлч рассказал, как вождь Джон Трава при нем разъяснял вред виски и супружеской измены: «Однажды двое индейских мужчин и одна женщина находились в тюрьме Бисмарка: один из мужчин сидел за конокрадства, а другой и женщина - за супружескую измену. После того, как мы прошли через камеру и снова оказались в офисе, Джон Трава послал за заключенными-индейцами, и начальник тюрьмы приказал привести их в офис. Трава дал им много полезных советов. В разговоре с ними он сказал: “Есть две вещи, с которыми дакотам следует быть осторожными. Это два худших зла из всех: побег с женой другого мужчины и виски. Если бы мужчина не пил виски, он, вероятно, не сбежал бы с чужой женой, поэтому пьянство, пожалуй, худшее из двух зол. Когда ты почувствуешь, что хочешь женщину другого мужчины, иди в лес, где растут маленькие деревца. Затем срежь какое-нибудь хорошенькое из них и поменяй его местами, и он не будет так стремиться уйти».
Примечание (А.К.).
Здесь, видимо, Джон Трава в шуточной форме посоветовал мужчине засунуть себе палку в штаны, дабы пропало влечение к чужой жене.
Джон Трава, вождь сихасапа-лакота, 1917 год.
Сидящий Бык и бутылка с хреном.
О нем (Сидящем Быке) рассказали, что однажды, будучи гостем на званом обеде у какого-то офицера (вероятно, в форте Йейтс в середине 1880-х годов), он увидел на столе бутыль со свежим хреном. Недолго думая, он помог себе сам, подцепив ножом хороший кусок и отправив его целиком себе в рот. Затем он передал бутыль другим индейцам, каждый из которых отхватил от содержимого по полному лезвию ножа и съел. Крупные слезы катились по их щекам, но никто из них не произнес ни слова, пока последний из них не попробовал этот вонючий корень. Затем все они начали смеяться, болтать и подшучивать друг над другом.
Маленький Храбрец (воин) и его пони-пинто.
После визита в 1921 году в Форт-Бертольд, Уэлч написал: «После прогулки по разрушенной деревне, мы направились к захоронениям скаутов к северо-востоку от старого места раскопок. Эти могилы 102 скаутов, которые в свое время служили в армии США, находятся на ухоженном участке. В праздничные дни на высоком древке развевается флаг, и каждая могила отмечена надгробием от правительства США. Скауты Маленький Храбрец (Воин), Бык с Обрезанным Хвостом и Кровавый Нож погибли с Кастером, и их тела были похоронены там, где их нашли. Однако надгробные камни установлены в Бертольде.
Позже, во время церемонии, люди спели песню о Маленьком Храбреце, которая имела примерно такой смысл: «Пегая лошадка вернулась домой одна, но Маленький Храбрец больше не появился». Они рассказали мне, что Маленький Храбрец был в битве на Литтл-Бигхорн верхом на пегом пони, который вскоре пришел в лагерь с другого берега реки и бродил вокруг, ржал и, казалось, ищет своего хозяина. Впоследствии они очень хорошо обращались с этой лошадью и никогда больше не позволяли кому-либо ездить на ней».
Как Ощетинившийся получил свое имя.
Ощетинившийся (Хобу) - это имя, которое Вапити упомянул в разговоре с Уэлчем 12 сентября 1922 года: "Хобу (Ощетинившийся) получил свое имя следующим образом: враги выпустили в него много стрел, которые вонзились в его тело. Так он стал великим воином. За это его прозвали - Ощетинившийся. Некоторые другие люди называют его Вахинкпе Мани (Ходячая Стрела)".
Ощетинившийся, или Ходячая Стрела.
Как Кровавый Нож умер в битве с Кастером.
Эмерон Уайт, дакота, образованный, Форт-Йейтс, 17 августа 1922 года, сообщил в беседе с Уэлчем: "Народ сиу сложил песню о скауте, который погиб вместе с Кастером. Они называли его Макпиа Татанка (Облако-Буйвол). Он скакал на быстром коне, но тот был ранен, и они окружили его. Скаут умолял сохранить ему жизнь и назвал имя первенца в семьях тех сиу, которые находились рядом с ним. Для людей это святое, когда враг называет имя их первенца, и они всегда позволяют ему уйти. Но на этот раз все были очень взволнованны, и они убили его прямо там. Я думаю, что, возможно, Кровавый Нож – это его второе имя. Теперь они все сожалеют об этом и поют эту песню в его честь: «“Конь пришел один. Где его всадник? Где Облако-Буйвол? Он лежит там».
Кровавый Нож и Кастер во время экспедиции в Блэк-Хиллс, 1874 год.
Ужин миссис Уэлч с Сидящим Быком.
Полковник Уэлч рассказал следующее: "Однажды моя жена Аделаида, миссис Уэлч, была гостьей генерала Крука в Форт-Йейтс (вероятно, где-то в 1880-х годах). Сидящий Бык и несколько других влиятельных индейцев сиу сидели за столом за ужином. Сидящий Бык был одет в обычную набедренную повязку и леггины. Перед тем, как сесть за стол, он с самым серьезным видом развернул салфетку, аккуратно расстелил ее на стуле, и только тогда сел». (Миссис Уэлч была, по меньшей мере, на 10 лет старше полковника Уэлча. Уэлч, вероятно, родился в середине 1860-х годов).
Слева-направо: Один Бык и Белый Бык. Только эти двое племянников Сидящего Быка были еще живы в 1934 году (28 июля, Литтл-Игл, Южная Дакота).
Уэлч подписал это фото: Сидящий Бык с шляпой (на голове). Необычный для него вид".
Хейока.
Интервью Уэлча, без даты (вероятно, середина 1920-х), с Его Священной Дорогой (янктон): «Хе-Йо-Ка - это имя мифического персонажа дакотов, своего рода «духа» со странным поведением. Он - полная противоположность естественному порядку вещей. В жаркую погоду он носит тяжелую бизонью шкуру, а зимой ходит обнаженным. Когда люди плачут от горя, он радостно смеется. Он скорбит, когда люди счастливы. Считается, что он небольшого роста и живет на холме под названием Хейокати (Хижина Хейоки), что имеет отношение к небольшому холму примерно в десяти милях к востоку от Лак-ки-парль (Говорящее Озеро). Другие небольшие холмы также считаются его обителью.
Ударяет по Ри (арикара), вождь янктонов, 1859 год.
Месть сиу.
Джим Весь Желтый (или Весь в Желтом) сообщил в 1915 году следующее: «“Однажды один человек ушел на охоту. Когда он вернулся, то обнаружил, что его отец, мать и еще несколько родственников убиты солдатами из форта Райс. Он был очень зол и пообещал убить много белых. Его звали Серый Медведь. Сейчас он мертв. У него был друг, который тоже поклялся убивать белых. Когда они увидели белого человека, то убили его. Они убили одного, потом другого, потом еще. Пролетающий Мимо был тем другом. Сейчас он жив. Серый Медведь убил тридцать одного белого человека, а Пролетающий Мимо убил около пятидесяти белых людей за то, что те сделали. Они оба были очень храбрыми».
Вышеприведенное утверждение Всего Желтого проверялось в течение нескольких лет, и было выяснено, что в его высказываниях есть доля правды. Оба этих человека были хункпапа-дакота старых бизоньих времен. Пролетающий Мимо был большим другом писателя, и он часто ехал верхом рядом ним на различных парадах в Мандане и танцевал с ним на церемониях в резервации.
“Осенью Серый Медведь установил охотничий лагерь неподалеку от холма Птичьего Билла (Бердс-Билл) на реке Маленькое Сердце (Литтл-Харт). С ним был его друг, которого звали Пролетающий Мимо или Стремительная Погоня. У них там было несколько типи из шкур, и с ними находились несколько женщин с детьми, а также старики, которым уже не на кого было охотиться. Они отправились к реке Маленькое Сердце, чтобы добыть шкуры вапити на зиму и приготовить много васны (белые часто называют это пеммиканом). Солдаты из Лонг-Лейк-Плейс (Mde Hanska - Длинное озеро), которое белые люди называют Форт-Райс, выследили их и прогнали дичь. Убивать было особо нечего. Поэтому Серый Медведь и Пролетающий Мимо взяли несколько лошадей для перевозки мяса и отправились вверх по реке в сторону Плохих Земель (Бэдлендс). Они пересекли Маленькое Сердце и, пройдя по прерии, добрались до реки Сердце (Харт-Ривер). Они миновали Холм Молодых Мужчин, и затем обнаружили много вапити в лесу вдоль реки Сердце. Они убили много дичи. Когда они получили все, что хотели, то нагрузили своих лошадей мясом и шкурами, чтобы дубить их для одежды. У них также было много костного жира (костного мозга). Они направились обратно в лагерь, следуя вдоль реки Сердце. Когда они добрались до холма Бердс-Билл, то не увидели ни одного типи и забеспокоились.
Серый Медведь пошел вперед, чтобы посмотреть, в чем дело, и, добравшись до места, сел и стал ждать, когда к нему присоединится Пролетающий Мимо. Вот что они обнаружили: все типи были изрезаны и сожжены; вокруг лежали мертвые старики; они вытащили из пепла тела своих детей; исчезли все шкуры, заготовленные на зиму, и повсюду валялись тела их жен – их всех застрелили. Серый Бык вытащил пулю из одной из своих женщин, и это была пуля из форта Райс. Она была гладкой и не мятой, как индейские пули. Индейцы брали свинцовые бруски, отрезали от них кусочек и обгладывали его, чтобы получилась пуля. Оба этих человека были очень разозлились. Какие-то солдаты, возможно, охотившиеся, пришли и убили их всех только потому, что они были индейцами. Оба мужчины поклялись отомстить за убийство своих семей. Они были добровольными членами практически любого военного отряда, совершавшего набеги вблизи фортов, или на окраинах поселений, или в непосредственной близости от инженерных лагерей Северной Тихоокеанской железной дороги или сортировочных лагерей. Они достаточно насытились и успокоились.
По-видимому, когда они взяли достаточную плату с белых людей, - рассеянных по всей стране от Ниобрары до Йеллоустона, - для компенсации потери своих семей и родичей, то прекратили свои набеги и убийства. Действия, подобные тому, что совершили жесткие, закаленные солдаты-пограничники старой армии, сильно будоражили индейцев, и, поскольку они являлись «коммунистами» в самом строгом смысле этого слова, исповедуя принцип “один за всех и все за одного“, то убивали белых в первые дни не из-за того, что те несли личную ответственность за насильственные действия в отношении их сородичей, а просто из-за того, что они являлись белыми и должны были страдать за действия других белых. Жизнь любого белого была той ценой, которую требовали индейцы за любой акт убийства и вероломства".
Сидят впереди: Красная Рыба, Уэлч, Гоняется за Мухой, Его Святой Конь.
Стоят в заднем ряду (только индейцы): миссис Красная Рыба, миссис Призрачная Ворона, миссис Джим Весь Желтый.