Благодаря многолетней работы мощной информационной машины Большой Жабы, того же Голливуда etc. десятилетиями прочно держится легенда о технологическом превосходстве американской армии, её вооружениям. Попробуем на конкретных примерах разобраться с этим вопросом. Крупный скандал разворачивается в военно-морском ведомстве США. Оказывается, целый класс кораблей, на которые Америка с десяток лет назад возлагала большие надежды, оказался полностью небоеспособен. В чем именно заключаются проблемы с этими кораблями, почему они обнаружились только сейчас и какое отношение к происходящему имеет гигантская коррупция в США?
Политические события в США на тот момент затмили собой все, что происходит в Америке. В том числе одно, связанное с ВМФ событие, которое рвануло бы мощной бомбой, не переизбирайся в этот момент Дональд Трамп в президенты.
Речь идет о целом типе боевых кораблей как уже сданных ВМС США, так и еще строящихся – так называемых литоральных боевых кораблях (Littoral combat ship – LCS) типа «Фридом» (Freedom). И дело не в том, что они бесполезны. И не в запредельной стоимости. И даже не в том, что редукторы корабельной главной энергетической установки (ГЭУ) не выдерживают максимальный ход, и со скоростью 47 узлов, которая была коньком этого проекта, он не сможет ходить никогда – с этим тоже смирились. Но в конце 2020 года выяснилось, что они вообще не могут двигаться быстрее сухогруза более-менее длительное время. То есть не просто металлолом, а ещё и малоподвижный металлолом.
Замысел и реализация
На рубеже 90-х и 2000-х годов, еще до 11 сентября, в безднах американского высшего военно-политического руководства царила эйфория. Великая Америка являлась единственной сверхдержавой. Полумертвая Россия клянчила у МВФ кредиты и пыталась не проиграть войну нескольким тысячам бандитов на Кавказе. Китай уже был фабрикой мира, но у этой фабрики не было ничего такого, что могло бы угрожать американскому владычеству. Америка могла развязывать войны, нападать на другие страны, объявлять добро злом и наоборот, да и вообще делать абсолютно все что угодно. Эйфория от всемогущества, с одной стороны, привела к отказу от вложений в такие вещи, как гиперзвуковое оружие, а с другой – породила целый класс вооружений и военной техники, куда более подходящих для карательно-полицейских операций в разрушенных слаборазвитых странах, нежели для реальной войны с сильным противником.
Программа LCS, как и другое громкое фиаско Пентагона – эсминцы «Зумвалт», это продукт той эпохи, когда господство Америки казалось вечным и неоспоримым. Это средства для окончательной силовой зачистки последних очагов сопротивления на планете. В таком виде они задумывались, в таком виде их построили, но построили как раз тогда, когда задача оказалась неактуальной. Кроме того, построили плохо. И если «Зумвалт» всего лишь получил излишне дорогое радиоэлектронное вооружение (РЭВ) и пушки со снарядами по миллиону долларов за штуку, то LCS оказались куда более «неправильными».
Изначально концепция была следующая. Нужен небольшой, малозаметный и очень быстрый корабль, на котором можно быстро сменить оружие. Такой корабль можно будет бросить в бой в прибрежной (литоральной) зоне противника – и пользуясь поддержкой американской палубной авиации, он там сможет действовать как лиса в курятнике.
Надо сказать, что против стран с флотом уровня сирийского или северокорейского это сработало бы тогда, сработает и сейчас. Береговые радиолокационные станции (РЛС) этих стран обнаруживать малозаметные, «стелсовые» цели не могут. Случайное обнаружение такого корабля будет несущественно, потому что пока информация пройдет все командные цепочки и ударные силы приступят к выполнению боевой задачи, скоростной корабль просто уйдет. Против подлодок это тоже было эффективно – на большой дистанции или при стрельбе торпедой «вдогон» такой корабль почти неуязвим из-за скорости, превосходящей таковую у старых советских торпед.
Но, дальше - хуже. Было принято решение универсализовать проект, корабли строить модульными. Предполагалось, что замена модулей позволит быстро и недорого менять назначение корабля – от противолодочного до базирования десанта. Это и стало катастрофой проекта. Модули потребовали внутренних объемов, объемы увеличили корпус, большой корпус потребовал более мощной ГЭУ, а она в него не помещалась, корпус пришлось еще увеличить, и опять потребовалась новая, еще более мощная ГЭУ... Плюс ко всему, модули эти были не какими-то изделиями, а комплексами оружия и техники, в том числе и ударный вертолет. А вертолет, это ангар для него, и диспетчерская, и запасы топлива, а это опять объемы и, следовательно, изменение обводов...
То, что произошло дальше, у шахматистов называется «цугцванг». Это когда любой следующий ход только ухудшает текущее положение. Что, в итоге и произошло с проектом LCS.
Мощная ГЭУ, очень дорогая и расходует слишком много топлива для такого корабля. Водометы, чтобы получить нужную скорость – следовательно, ограничения по району плавания в северных водах: водометы не любят ледяной шуги, их сопла обледеневают. Высочайший уровень автоматизации и минимальный экипаж – как следствие, личный состав перегружен работой. Каждый матрос и младший офицер имеют две должности, которые на больших кораблях занимают два человека, переутомление страшное. А самое главное – в бою просто некому будет вести борьбу за живучесть.
Далее, крайне слабая вооруженность: орудие 57мм, пара автоматов малого калибра и ракетная установка малой дальности. Всё это может годиться для обороны от каких-нибудь террористов на моторках или отстрела БНА (морские беспилотники). Если их будет немного. Единственное средство - заранее поднять вертолёт и бить с безопасного расстояния. Но, для этого вертолёт должен быть заранее заправлен и готов подняться в воздух. И погода чтобы позволяла. Иначе взлёт/посадка превращается в "русскую рулетку", игру со смертью. Даже при небольшом волнении.
А вот с модулями ничего не вышло. И сейчас эти корабли могут выполнять только 2 функции - прибрежное патрулирование и перевозка сил спецназа. Но его на чём угодно можно переправлять.
Дальше - больше. В бой за проект вступили гиганты Lokheed Martin с концептом тримарана Independence (Независимость) и General Dynamics с Freedom (Свобода). Чудовищная коррупция позволила пойти против всяких правил строительства флота и заказать параллельно постройку сразу 2-х концептов. И начался циничный"распил". Оказалось, что на замену модуля вместе с походом за ним в порт (в тот, где он лежит, а не в любой), его извлечением с хранения, расконсервацией, проверкой, установкой на корабли и возвращением на театр военных действий может уйти до месяца, что лишало идею модульности всякого смысла. Оказалось, что сокращенные экипажи зачастую не справляются с нагрузками, автоматизация не спасает. Оказалось, что у кораблей «Индепенденс» быстро гниет корпус. Но главная беда пришла, откуда не ждали. В 2016 году в сенатском комитете по вооруженным силам разбирали проблемы этого типа кораблей. Оказалось, что «Фридом» более нежный, чем «Индепенденс», и ломается чаще, так имели место отказы водометов и поломка редуктора на корабле «Милуоки», пятом в серии. ВМФ валили все на личный состав, но с «Милуоки» так не получилось.
Осенью 2020 года, в ходе выполнения операций по борьбе с наркотрафиком в Карибском бассейне, сначала у «Детройта», а потом у «Литтл Рок» (оба типа «Фридом») разлетелись редукторы – так же, как и у «Миулоки» ранее. Проблема была в том, что они и не пытались развивать проектную скорость. Но редукторы развалились все равно. Все корабли типа «Фридом» небоеспособны. Без турбин они не могут ходить быстрее 12 узлов, а это скорость старенького сухогруза. Неплохо для корабля ценой 362 млн долларов за штуку!