– Миша, будь осторожен, – напутствовала бабушка внука, – на Невском полно хулиганов и девиц легкого поведения! Если что-то случится, немедленно возвращайся домой!
В самом центре Санкт-Петербурга, там, где Невский проспект встречается с Фонтанкой, возвышается бывший Аничков дворец, а рядом с ним раскинулся одноименный мост, украшенный знаменитыми скульптурными группами "Укрощение коня человеком". Согласно замыслу ваятеля Петра Клодта скульптуры отображают всю историю укрощения дикого коня человеком: от абсолютного неподчинения до полной покорности.
Когда в Стране Советов развернулась борьба с пьянством, родилось фольклорное выражение: "В Ленинграде не пьют только четыре мужика с Аничкова моста. И не пьют лишь потому, что держат коней, и руки у них заняты".
Скульптуры должны были стоять на одном из новых причалов на берегу Невы, но фигуры так понравились императору Николаю I, а, следовательно, и Академии художеств, что их установили на Аничковом мосту. В день торжественного открытия моста император соблаговолил похлопать Клодта по плечу и громогласно заявил: "Ну, Клодт, ты лошадей делаешь лучше, чем жеребец!" Кстати, первоначально мост был деревянным и разводным, чтобы ночью из ближайших лесов в город не могли пробраться волки.
В наше время в Аничковом дворце располагается городской Дворец творчества юных, который в советские времена именовался Дворцом пионеров. Идею создания Дворца пионеров предложил первый секретарь Ленинградского обкома Сергей Киров. Два года шла реконструкция здания, в которую были вовлечены 228 городских предприятий, учреждений науки и культуры. Каждый коллектив внес свой посильный вклад в общее дело: машиностроительную лабораторию строил Кировский завод, кабинет физики – "Электросила". Телефонную станцию установил завод "Красная заря", а судомодельную лабораторию с бассейном – Балтийский завод.
Рабочие текстильных фабрик выткали шелковые обои для золотой, красной, фисташковой гостиных. Эрмитаж и Русский музей передали Дворцу пионеров редчайшие люстры. Бригада художников (бывших иконописцев) расписала потолки и стены двух комнат в стиле Палеха. При этом краски замешивались на яичных желтках по сухой штукатурке. Чтобы белки не пропали, в подвале дворца организовали кондитерский цех по изготовлению безе.
В преддверии юбилея пионерского движения, а именно 12 февраля 1937 года состоялось торжественное открытие Дворца пионеров. Были организованы отделы техники и художественного воспитания, куда входили театр кукол и оркестр баянистов, кружки по шахматам, шашкам, фехтованию, клуб бальных танцев и др. Одних роялей во дворце было пятьдесят штук. В физическом кабинете стоял настоящий рентгеновский аппарат, а в оборонной лаборатории – пушка и пулемет.
В стенах Дворца выступали академики Василий Струве и Лев Берг, лекции по искусству читал Иосиф Орбели. Ансамбль песни и пляски возглавил Исаак Дунаевский, а занятия по шахматам в бывшем кабинете Александра III вел Михаил Ботвинник. Двадцать семь воспитанников клуба шахматистов стали международными гроссмейстерами.
Сразу в трех кружках: вокальном, балетном и драматическом занималась Алиса Фрейндлих, в балетном кружке и студии художественного слова занимался актер Михаил Козаков, секцию бокса посещали писатель Сергей Довлатов и олимпийский чемпион Геннадий Гладков, а в автомотоклубе занимался будущий космонавт Георгий Гречко.
Клуб юных космонавтов посещал отец русской приватизации Анатолий Чубайс, впоследствии уверявший, что за придуманный им ваучер можно будет приобрести два автомобиля "Волга".
Поэтому, когда Мише исполнилось двенадцать лет, родители решили записать его в математический кружок Дворца пионеров. В этом кружке занимались лауреаты престижной премии Салема будущий американский профессор Федор Назаров и ныне работающий в Швейцарии Дмитрий Челкак.
Между тем в дело вмешалась бабушка, пережившая блокаду и сохранившая в памяти чрезвычайно напряженную криминогенную обстановку в послевоенные годы. В то время воров в городе боялись больше, чем милиции.
Семья Миши проживала на Васильевском острове, и бабушка с глубоким волнением терзалась мыслями о внуке, которому пришлось бы одному ехать в центр города.
– Пусть лучше ездит по городу, чем болтается во дворе, – решительным голосом прекратил все споры отец.
Для большей убедительности он рассек рукой воздух, подобно Юлию Цезарю, отдающему приказ легионам переправляться через Рубикон. Бабушка тут же умолкла, а на следующий день Миша засобирался во Дворец пионеров.
– Миша, будь осторожен, – напутствовала бабушка внука, – на Невском полно хулиганов и девиц легкого поведения! Если что, сразу беги домой!
Мальчик смутно представлял себе кто такие девицы легкого поведения и зачем он им был нужен, поэтому не придал особого значения последним словам бабушки, сосредоточившись на хулиганах. Без всяких приключений он доехал на метро до Гостинки (Гостиный двор – Д.А.) и пешком отправился по Невскому проспекту к Аничкову дворцу.
Однако, как только он приблизился к входу во Дворец пионеров, его тотчас окружила толпа девочек примерно его возраста или чуть старше. Некоторые из них были выше мальчика и вели себя довольно агрессивно: они начали хватать его за руки и требовать, чтобы Миша пошел с ними.
"Бабушка была права! Вот они – девицы легкого поведения", – словно молния промелькнула мысль в голове у мальчика.
С трудом вырвавшись из окружения девочек, Миша бегом устремился к Аничкову мосту. На этом все его занятия во Дворце пионеров были завершены, а мечты родителей о том, что Миша станет великим математиком навсегда похоронены.
Однажды, будучи уже студентом пятого курса, Михаил познакомился с девушкой Светланой. Как-то раз, прогуливаясь по набережной реки Фонтанки и проходя мимо Аничкова дворца, девушка рассказала Мише, что в годы учебы в школе ей очень хотелось заниматься в танцевальной студии Дворца пионеров. Но она никак не могла туда попасть, так как в студию принимали только тех девочек, у которых были партнеры для танцев. Поэтому девочки дежурили перед дворцом и караулили мальчиков, посещающих другие секции, чтобы заманить их на танцы. В ответ Михаил рассмеялся и рассказал о своем неудачном походе в математический кружок.
– Как интересно! – воскликнула Светлана, – мы могли познакомиться с тобой на десять лет раньше и вместе посещали бы танцы!
– Это вряд ли, – ответил Михаил, – если бы я тогда знал, что меня хотят затащить в танцевальный кружок, я бы убежал еще быстрее.
Книги о Петербурге и его жителях вы можете прочитать или прослушать на Литрес:
© 27 января 2025г.
© 27 января 2025г.