Предыдущие главы:
Глава 7. Друзья по несчастью
Как только металлическая дверь закрылась за Максимом, он сразу же попал в другой мир - больных в психиатрической лечебнице. Проходя по длинному коридору отделения, он отмечал для себя множество палат, которые располагались по двум сторонам. На каждой двери палаты был свой порядковый номер.
Счет начинался от входной двери и в шахматном порядке уходил вглубь отделения. Возле деревянной двери каждой палаты с правой стороны, висела табличка с фамилиями больных. Эти фамилии были написаны шариковой ручкой с точной датой поступления больного.
Первое ощущение солдата, что он попал обратно в армию, так здесь все было прямо и перпендикулярно. Таблички возле палат висели на одном уровне, серый линолеум в коридоре по которому они шли с верзилой отливал идеальной чистотой. На стенах покрашенных в зеленый цвет не было ни одной черточки или грязного пятнышка. Прозрачные плафоны светильников излучали ровный, белый свет.
«Не хватало еще тумбочки возле двери и дневального на ней и тогда точно армия»,-грустно подумал Максим, приближаясь к концу коридора.
Внезапно коридор закончился и они очутились в большой комнате, которая служила столовой и в тоже время комнатой отдыха с большим, цветным телевизором в углу. Восемь квадратных столов на четырех человек стояли ровно в два ряда, как-будто выверенные по нитке. Оставался еще небольшой пустой пятачок возле телевизора, где видимо больные смотрели телепередачи.
Сейчас в коридоре и в комнате отдыха никого не было и вопросительно посмотрев на медбрата, Максим хотел уже открыть рот, как тот поняв немой вопрос сразу ответил: «Тихий час у больных после обеда». В комнате отдыха была еще малоприметная дверь, которая оказалась гардеробной.
Открыв дверь своим ключом, верзила пропустил вперед сначала Максима, а потом зашел сам. Убранство гардеробной было спартанское, как в армии. На деревянном стеллаже с множеством полок лежала гражданская одежда больных с описью, комплекты постельных принадлежностей, одеяла, подушки, матрасы и комплекты формы.
«Давай переодевайся на кушетке и пойдем устраиваться в палату»,- сказал Сережа, протягивая комплект серой формы в вертикальную полоску.
По военному быстро скинув свою гражданскую одежду, Максим натянул на себя серые шаровары в полоску без карманов и такого же цвета куртку, но с двумя карманами по бокам.
«На вот тебе номерок, пришей к куртке справа»,- сказал Сережа, протягивая иголку и белые нитки Максиму.
Теперь Максиму показалось, что он на зоне, пришивая белую полоску с черными цифрами на ней к своей куртке. Сложив в хлопчатобумажный мешок одежду вновь прибывшего, Сережа прикрепил к нему опись и положил на верхнюю полку.
«Ну все, пойдем устраиваться в палату»,- весело произнес верзила, легонько подталкивая Максима к двери.
Пройдя по коридору несколько метров, Сережа остановился возле палаты с номером четыре.
«Заходи!» - радушно протянув руку вперед произнес медбрат, по внешнему виду похожий на охранника.
Проходя в комнату, Максим увидел четыре койки стоящие по двум стенам узкой палаты. На койках лежали два парня почти тех же лет, что и Максим, только с отросшими волосами.
Глаза у них были закрыты, но Максим практически сразу понял, что они не спят, а только делают видимость сна.
«Занимай эту свободную койку и ложись, еще час остался до подъема»,- тихо сказал верзила, указывая на пустую кровать.
Через секунду медбрат вышел, тихо прикрыв за собой дверь палаты, а Максим остался один на один со своими новыми знакомыми.
Глаза спящих больных, как по команде открылись и они стали молча наблюдать за новеньким. Через минуту осмотра вошедшего, первым подал голос парень с круглым лицом и носом пятачком.
«Слышь Паша, кажись не психа поселили, а нормального»,- тихо произнес он обращаясь к своему товарищу. Второй больной был наоборот с худым лицом и узкими глазами-щелочками.
«Вроде точно, не псих»,- отозвался Паша, обращаясь к Славе все также тихо.
«Давай знакомиться, меня Паша, а его Слава зовут»,- представился парень в тоже время показывая пальцем на товарища.
«Меня Максим зовут», - чуть громче проговорил солдат.
"Тихо ты, тише!"- зашикали на него друзья, иначе Сережа услышит и мало всем не покажется.
Теперь Максим понял, что ласковое отношение медбрата было только на первый взгляд, а на самом деле он жестко требовал порядка, зачастую применяя в отношении больных свои огромные кулаки. Кратко рассказав свою историю Максим понял, что таиться перед парнями не стоит, они тоже «косили» под дураков, только еще не призывались.
В их случае все было просто. Не желая идти служить в армию, они просто имитировали заболевание. А на самом деле их мамы и папы заранее побеспокоились о таком лечении, которое давало возможность получить «правильную» справку из псих-лечебницы об отклонении в здоровье. И в конечном итоге, армия для них была закрыта навсегда.
Это была хорошая новость, потому что теперь законным путем парни освобождались от службы в армии и получали военный билет в военкомате. Ну и что, если будет запись в военном билете, что есть отклонения в психике или что-то подобное, что напишут в этой псих-лечебнице! Главное - не служить.
А после пяти лет есть возможность медицинского переосвидетельствования, где врачи псих-лечебницы признают тебя здоровым и тогда прежнюю запись подредактируют, но в армию больше не возьмут. Все эти моменты, как «откосить» от армии ему быстро пересказали его новые друзья, которые лежали на соседних кроватях.
«Век живи, век учись, а все равно дураком помрешь»,- подумал Максим слушая рассказы ушлых москвичей.
«Теперь понятно, почему москвичей так не любят люди из других городов нашей бескрайней страны. Но, как бы то ни было, он сам вскоре станет москвичом, получив паспорт с пропиской в Москве!» - открывая для себя философскую страничку познания, подумал Максим.
В коридоре прозвучал звук колокольчика и его новые знакомые одновременно повскакивали со своих коек.
«Давай вставай, сон закончился и после умывания будет полдник»,- обращаясь к Максиму сказал одеваясь Слава.
«Здесь все нужно делать быстро и безропотно, а также выполнять приказания с первого раза, иначе получишь удар по почкам от медбрата»,- тоже одеваясь проговорил Павел.
Максим все схватывал на лету и теперь он был вооружен знаниями, которые преподали ему новые друзья. Схватив вафельное полотенце висевшее на перильцах металлической кровати с панцирной сеткой, как в армии быстро, он устремился вслед за Пашей. «Ничего себе дураки живут, здесь просто санаторий»,- оглядывая белоснежные умывальники с зеркалом перед собой подумал Максим, входя в помещение умывальной комнаты.
Коричневая плитка на полу комнаты была идеальна вымыта и блестела чистотой. Теперь в умывальной комнате он видел всех больных, которые проходили лечение в отделении. Здесь были молодые парни, как он, среднего возраста мужчины и несколько выживших из ума стариков. Основной контингент составляли молодые парни, которые в силу нежелания служить проходили здесь обследование.
Бросив мимолетные взгляды на новенького, они молча подмигивали ему, давая понять, что не дураки. Первый день в псих-лечебнице прошел на удивление плодотворно, где Максим познакомился со всеми здоровыми парнями.
Вечером его вместе со всеми больными покормили вкусным ужином состоящим из картофельного пюре и большой аппетитной котлеты. Завершил ужин стакан компота с булочкой.
«Вот это еда у дураков!» - в очередной раз восхитился Максим, вспоминая армейскую столовую.
А потом все больные взяв стулья уселись возле телевизора, где транслировался военный фильм.
«Лепота-то какая!» - укладываясь после отбоя в кровать сказал Максим.
Два его друга разом заржали, понимая значение этих слов. Обследование Максима началось уже на следующий день, когда Сережа позвал его и они поднялись вместе на третий этаж, где находились кабинеты врачей.
Глава 8. Теперь, ты мой
Находясь уже вторую неделю на обследовании в дурдоме, Максим почти привык к строгому распорядку дня и окружению. Особо покладистым больным санитар Сережа разрешал выходить на улицу и сидеть полчаса на скамеечке возле клумбы или ходить вперед-назад по аллее.
Это был маленький глоток свободы и Максим узнав от своих приятелей по палате о таком бонусе от верзилы, решил быть очень покладистым. Теперь он яростно тер тряпкой полы в туалете и коридоре, отмывал едва заметные пятнышки на стенах.
И подобное отношение к своим обязанностям было не только у него одного, но и у многих больных, которые желали иметь немного свободы.
А конкретным дуракам и психам доставались пощечины и удары по почкам от санитаров, которые таким образом воспитывали своих подопечных.
«Как-же хорошо посидеть на скамеечке до обеда, когда летнее солнце немного обжигая кожу на лице наносит на него свой непередаваемый колорит загара»,- думал Максим, сидя на скамейке раскинув руки в стороны.
Редкие походы к докторам в кабинеты на третьем этаже здания для обследования, совсем не тяготили его, а только смешили своими глупыми вопросами. Например: «Расскажите, как вы относились к домашним животным в детстве и какие цвета Вам нравятся больше?»
Или: «Какие сны Вам обычно снятся и что там происходит?»
Перестав удивляться подобным вопросам докторов, Максим честно отвечал на них не переставая глупо улыбаться, как ему советовала Марина Ивановна.
Конечно, дипломированных докторов не провести с кратковременными провалами в памяти и тихим помешательством, но соблюдать легенду было нужно. Чаще, Максим ходил на прием к доктору Иванцову, который курировал его и от которого зависело само заключение.
Но тут Марина Ивановна уже заранее все решила за солдата, обговорив детали с Иванцовым. Цена вопроса по справке из данного учреждения была твердой и выражалась в сумме двести пятьдесят рублей. И надо признать эта сумма была адекватной, за возможность «откосить» от службы в армии навсегда!
«А что делать, у каждого свой бизнес и возможность заработать деньги»,- говорила Марина Ивановна.
Вспоминая краткий разговор с женщиной перед тем, как ложиться в дурдом, Марина Ивановна тогда сказала: «Полежишь две недели, потом выйдешь со справкой на руках и мы пойдем в военкомат».
"За деньги не беспокойся, в дурдоме все схвачено и цена вопроса двести пятьдесят рублей. Но тебе придется отработать эти деньги, а также одну тысячу рублей за новый паспорт с пропиской. Ты должен меня правильно понять, потому что деньги на дороге не валяются, а я должна их вытащить из бизнеса, которым занимаюсь. Поэтому, теперь ты мой!" - твердо сказала женщина.
При этих словах солдат почувствовал себя немного рабом, которого купили и теперь он должен много и часто работать.
"Не волнуйся, эти деньги не очень большие и ты сам в этом убедишься работая на меня, как Виктор, которого ты видел и наверняка говорил с ним", - увидев гримасу на лице солдата, сказала Марина Ивановна.
Теперь солдат наконец понял, что увидев в первый раз ласковую женщину у которой погиб сын, он жестоко обманулся.
Прожив пятнадцать лет с вором в законе, Марина Ивановна из хрупкой и нежной девушки приехавшей из далекой деревни под Красноярском в Москву поступать в институт, превратилась с годами в другого человека.
Теперь, после восемнадцати лет проживания в Москве и общаясь с подпольными «цеховиками» и махровыми уголовниками, которые «крышевали» данный бизнес, она превратилась в жесткую и хитрую женщину.
«Даже больше скажу, кто хорошо у меня работает, тот хорошо и живет! А жить пока ты будешь у меня, хотя прописку я тебе сделаю в другом месте, у одной одинокой бабушки в Москве», - многозначительно пояснила Марина Ивановна.
Еще не понимая такого хитрого расклада с пропиской у одинокой бабушки, Максим только кивнул в знак согласия головой. Бабушка жила одна в двухкомнатной квартире на севере Москвы и ближайших родственников у нее не было, потому что единственный ее сын в прошлом месяце умер на зоне.
Вот к ней и решила забросить солдатика пронырливая торговка, в дальнейшем имея большое желание прибрать к рукам государственную квартиру. Незаметно прошли две недели пребывания в дурдоме, когда после завтрака его отозвал в сторону санитар Володя, сменщик Сережи.
«Сейчас пойдем на медицинскую комиссию, так что приведи себя в порядок и через десять минут я тебя жду у двери в отделение»,- наклонившись к Максиму тихо проговорил Володя.
Через десять минут солдат стоял у двери и нетерпеливо ждал санитара.
Через пару минут тот вальяжно вышел из своей каптерки и они вдвоем вышли из отделения. С замиранием сердца Максим остановился перед массивными дверями на третьем этаже. Теперь должно произойти событие, которого так ждали все нормальные пациенты учреждения.
Постучав в дверь, санитар зашел первым и через секунду махнув рукой позвал войти Максима. Войдя в просторный кабинет в котором стоял посередине длинный, деревянный стол из красного дерева, солдат увидел перед собой членов медицинской комиссии. За столом сидели четыре человека в белоснежных медицинских халатах разного возраста. Среди них был доктор Иванцов, профессор Сергиевский и еще два незнакомых ему человека.
Углубившись в бумаги профессор Сергиевский, что-то читал, тогда, как доктор Иванцов мило улыбаясь смотрел на Максима.
«Ну что-ж, начнем. Вам первое слово»,- поднимая глаза от бумаг произнес Сергиевский.
Лечащий врач не вставая из-за стола зачитал историю болезни Максима и проведенное обследование, которое отображалось в нескольких медицинских фразах.
Общее заключение было еще более непонятным для слуха Максима, но тем не менее все сидящие за столом сразу же закивали головами в знак согласия.
«Ну что голубчик, в армию Вам не нужно идти»,- произнес профессор, по отечески ласково глядя на солдата.
«Идите и готовьтесь к выписке»,- теперь уже произнес доктор Иванцов, хитро глядя своими маленькими глазками на Максима.
Не помня себя от радости, Максим вышел за дверь кабинета. Все, что говорила Марина Ивановна свершилось!
Через полчаса Максим стоял перед вертушкой в проходной КПП и показывал охраннику бумагу о выписке. Выйдя на улицу он увидел Марину Ивановну, которая заранее пришла его встречать.
«Здравствуй мой дорогой, мой хороший. Пойдем домой, я супчик вкусный сварила!» - ласковым голосом пропела женщина.
С этого момента жизнь дезертира пошла по-другому.
Глава 9. Другая жизнь
Нахваливая домашний супчик, который приготовила Марина Ивановна, Максим никак не мог перестроиться на другой распорядок. Ему казалось, что все это сон и проснувшись после обеда в своей кровати, но в психиатрической лечебнице он снова будет натирать полы в коридоре и говорить про жизнь со своими приятелями по палате.
Тряхнув головой и на миг закрыв глаза он сразу-же открыл их и уставился на женщину. Но она, как сидела на своем месте напротив него, так и сейчас сидела, только подозрительно смотрела на него. «Может ему там в психиатрической лечебнице каких-то уколов наставили, что он головой трясет?»,-подумала женщина.
Нет, Марина Ивановна реальная и это не сон, сейчас он сидит в ее квартире на кухне и ест вкусный супчик. «Никак не перестроюсь на домашний лад после лечебницы»,-сказал Максим женщине. «А-а-а, ну тогда понятно»,-обрадованно проговорила женщина, а то я уж начала беспокоиться за твое умственное состояние.
«А у меня для тебя подарок, сейчас принесу»,-сказал Марина Ивановна и быстро поднявшись со стула упорхнула в гостиную. Через минуту она важно положила на стол перед Максимом красную книжицу с надписью паспорт. Открыв паспорт Максим увидел свою фотографию, которую сделал знакомый фотограф женщины и гербовую печать, которая перекрывала низ фотографии.
На фото был изображен Максим, но с волосами зачесанными набок, тогда как фотографировался он почти лысым. Это был профессионально откорректированный снимок про который говорил участковый.
Рядом с фотографией красовалась фамилия владельца паспорта, Рожков Максим Игоревич. «Ну хоть имя оставили правильное»,-тихо проговорил Максим рассматривая новый паспорт с чужой фамилией. Перелистнув несколько страниц паспорта он увидел свою прописку: «Г. Москва ул. Лианозовская д. 23 квартира 56».
Данный адрес был в районе Лианозово, что на окраине Москвы и который был по их ветке метро.
«Прописан я там, а жить значит буду у Вас?»-спросил Максим женщину. Да, все правильно, по тому адресу живет старенькая бабушка и она согласилась тебя прописать, как дальнего родственника.
«А вот когда бабушку приберет Господь, то ты станешь там жить один»,-пояснила Марина Ивановна подмигнув одним глазом. Перспектива быть хозяином двухкомнатной квартиры в Москве приятно согрела грудь.
Углубившись в изучение новенького паспорта Максим увидел свои данные по месту рождения и предыдущей прописки, а также данные по году рождения. Из сведений паспорта выходило, что он Рожков Максим Игоревич 28.02.1965 года рождения.
Местом предыдущей прописки был город Пенза, Проспект Мира 32, квартира 17. Прописан в городе Москва, ул. Лианозовская д. 23-56, 20 июня 1983 года. «И когда она все это успела сделать?»,-лихорадочно думал дезертир пытаясь запомнить данные своего паспорта.
Год рождения соответствовал его реальному году рождения, а с местом рождения и датой рождения была выдумка. «Ну а как ты хотел, чтобы я тебе паспорт сделала с твоими- же данными?»,-смеясь проговорила женщина глядя на солдата. «Скажи спасибо, что фамилия правильная, а то был-бы сейчас по паспорту, какой-нибудь Пупкин Ваня»,-уже серьезнее проговорила Марина Ивановна.
А то, что из Пензы, то это нормально, сейчас все в Москву рвутся, как-будто она резиновая. Так что все в порядке, не переживай и начинай новую жизнь с новым паспортом и новой работой. «А чтобы нам легализовать тебя правильно, то ты должен поступить на вечернее отделение в какой-нибудь институт»,-немного задумавшись произнесла Марина Ивановна.
В армию тебя уже не возьмут, а вот в институт какой-нибудь скромный без военной кафедры, возьмут обязательно. Поэтому и будет твоя легенда, что ты приехал к своей дальней родственнице поступать в московский вуз из Пензы.
Про институт Максим совсем не думал и предложение Марины Ивановны показалось ему заманчивым. Но ведь придется подавать документы при поступлении об окончании средней школы и свидетельства о рождении и несколько других мало значимых»,-сосредоточившись на паспорте проговорил Максим.
«А-а-а, это такая ерунда, есть у меня знакомый «мазила», он такие документы на раз-два делает»,-махнув рукой сказала Марина Ивановна. Как раз сейчас начались подачи документов в вузы, так что не волнуйся и вскоре поступай, как только «мазила» сделает аттестат и свидетельство о твоем рождении.
«Проверить такие данные сразу очень сложно, поэтому не попадай в милицию или вытрезвитель и не будь свидетелем»,-пояснила вдова умершего вора в законе.
А теперь поговорим о твоей работе, иначе зачем все это, показывая глазами на паспорт произнесла вдова. Будешь постоянно ездить в два места, где шьют вещи и потом развозить этот товар по точкам, которые я тебе буду говорить. Работа не сложная и тут главное не попадаться в поле зрения милиции, а спокойно и не боясь делать свое дело.
Кофточки, брюки, пиджаки, галстуки-вот твой товар, который ты должен возить и отдавать людям, которых я тебе назову. «На первый взгляд ничего криминального»,-подумал Максим еще не догадываясь в какой омут его засасывает жизнь.
А завтра сходим с тобой в военкомат и отдадим справку из псих-лечебницы, чтобы тебе выдали военный билет и поставили печать в паспорт о негодности к воинской службе. «Все, теперь ты мой»,-ласково произнесла женщина, но при этом в ее глазах зажглись нехорошие огоньки.
Продолжение:
Предыдущая часть: