Вернувшись в город, Тиберий созвал совет.
- Друзья мои. Мы все понимаем, что город нам не удержать. Поэтому предлагаю покинуть город и отправиться на Мальту к госпитальерам, - сказал Тиберий.
- Мы не можем бросить этот священный город. Каждый, кто останется здесь, будет сражаться за нашу веру, и мы не позволим мусульманскому миру победить, - ответил Балиан. Джон и Ален поддержали его слова.
- Тогда удачи вам, друзья. Возможно, что судьба еще сведет нас всех вместе. Своих людей я забираю, - закончил Тиберий. После его ухода в городе осталось меньше тысячи рыцарей, все остальные были простыми людьми, многие из которых никогда не держали в руках оружие.
Балиан принял на себя обязательство командовать обороной города. Он забрался на башню и решил для всех жителей сказать слово. В его подчинении осталось около 5 тысяч рыцарей.
- Жители Иерусалима. Христиане и мусульмане. Враг приближается, его уже можно услышать. Он не будет вас щадить, никого, ему нужен этот город пустым. Нам некуда отступать, и никто не придет к нам на помощь. Поэтому, все кто может держать оружие и сражаться на колени. На колени! – все мужчины, юноши, старики встали на колени. – Всегда будьте честными, защищайте слабых, защищайте свой дом и своего Бога. Ничего не бойтесь, смело смотрите в глаза своему врагу и тогда вы победите. А теперь встаньте, рыцари! Вместе мы отстоим Иерусалим. Вместе!
Балиан придал людям сильную надежду и высокий боевой дух. Джон и Ален занялись подготовкой имеющихся в городе 5 требушетов для использования их против осаждающих. Сам же Балиан вышел за стены и каждые сто метров до 400 сделал метки. Также, на башнях он разместил баллисты с копьями, к которым были привязаны канаты с грузами на случай, если на стены поедут осадные башни.
Наступила ночь. В городе никто не спал, все ждали нападения. К полуночи на холме в 600 метрах показался всадник с факелом. А за ним и вся армия Саладина. Впереди катились 30 требушетов. Мимо своей армии Саладин отдал приказ провезти на осле голого короля Иерусалима. Сарацины смеялись и забрасывали Ги отходами.
После небольшого отдыха мусульмане развернули требушеты и стали заряжать снарядами с зажигательным маслом. Начался обстрел города. Повсюду падали убитые и обожженные. Вокруг стоял такой крик людей от страха и боли, что многие могли не вынести этого психологически. Ален возвращался из храма, как вдруг из-за взорвавшегося рядом снаряда, на него упал деревянный столб. Ален отключился. Джон, пытаясь его найти, метался из одного места в другое. Балиан же отдал приказ подвинуть свои требушеты к стенам, чтобы их не сожгли. Джон нашел бессознательного Алена и помог ему освободиться, после чего отнес в храм, где разместились люди, оказывавшие помощь раненым.
Сарацинские требушеты вели стрельбу всю ночь. Утром, когда солнце взошло, все мусульманское войско ринулось под стены, неся штурмовые лестницы, таран, а также поехали осадные башни. Балиан наблюдал за их движением. И вот они преодолели отметку в 400 метров.
- Четыре сотни, огонь, - отдал он приказ. Требушеты христиан открыли огонь.
- Три сотни, огонь – Требушеты сделали второй залп.
- Две сотни, огонь – Третий залп сделан. За три залпа была уничтожена малая часть осадных башен.
- Одна сотня, лучники целься, пли, - лучниками командовал Джон. Рыцари сбрасывали со стен камни, лили масло, так они быстро сожгли таран. Потом выстрелили баллисты, и большая часть осадных башен упали на своих же воинов. Один из сарацин залез на крепость, срубил христианское знамя и решил установить свое. Джон это увидел и побежал, чтобы ему помешать. Ему в плечо попала шальная стрела, и он выронил меч. Достав второй меч, который был намного короче первого, он без труда добрался до сарацинского знаменосца и убил его, после чего скинул вражеское знамя. Салах-ад-Дин всё это видел со своей ставки. Боевой дух мусульман сильно упал. К концу дня они обратились в бегство. Такие сражения продолжались еще две недели. Рыцари гибли сотнями, сарацины тысячами. Христиане не давали захватить свой город. Обе стороны немедленно сжигали своих убитых, чтобы не началась эпидемия.
- Кто над ними? – спросил Саладин у Абдул-Халиба.
- Балиан де Ибелин, ты его уже видел. В битве при Кераке, - ответил Абдул.
- Быть может, тебе не стоило его щадить?
- Так мне больше не брать с тебя пример?
- Кладка на месте старых ворот обычно слабее, - сказал один из инженеров Саладину.
- Или крепче, - задумчиво сказал Абдул.
- Слабее! – уверенно ответил инженер.
- Тогда весь удар мы направим на старые ворота, - закончил Саладин.
Балиан тоже понимал, что итоговое сражение будет на месте старых ворот, там он и построил рыцарей.
На следующее утро мусульмане выстроились перед этим местом, а их требушеты начали прицельный огонь в одну точку. Пока стена рушилась, Балиан решил обратиться к рыцарям.
- Доблестные воины! Если суждено нам сегодня всем здесь умереть, так умрем как герои, с яростью в глазах, без страха. Бейтесь так, как будто это ваш последний день на земле. И да пребудет с нами Господь.
Через два часа стена разрушилась, и мусульмане ринулись в узкий проход, где их встретили рыцари. В узком месте число не имеет значения, поэтому мусульмане так и не смогли войти в город. Горы убитых постоянно увеличивались. Однако мусульманам так и не удалось сломить христиан...
Немного позже Джон со стены увидел сарацинского воина с белым флагом. Это означало, что Саладин хочет поговорить. Балиан надел броню и пошел на разговор.
- Ас-салам уалейкум, - поприветствовал его Саладин.
- Здравствуй, - ответил Балиан.
- Ты же понимаешь, что город тебе не удержать, так пожалей своих людей, сдай город.
- Да, у тебя больше людей, но каждый христианин перед смертью убьет немало мусульман, и ты уже никогда не соберешь столь великое войско. Также перед смертью мы сожжем все ваши святыни в городе.
- Мы можем найти другое решение.
- Ты условия предлагаешь?
- Ты, твои люди, твоя армия, и все жители города могут беспрепятственно покинуть город.
- Христиане вырезали всех мусульман, когда взяли город.
- Я не буду вам мстить. Ведь я Салах-ад Дин. Салах-ад-Дин.
- На таких условиях я сдаю город.
- Уалейкум ас-салам, - сказал Саладин и развернулся.
- И тебе того же, - ответил барон. – Что для тебя Иерусалим?
- Ничто. И весь мир, - закончил Саладин, сжав кулак, и с ухмылкой удалился. Балиан вернулся в город.
- Все жители могут беспрепятственно покинуть город! – сказал барон. Люди возрадовались и начали покидать город.
Джон и Ален отправились в Акру, чтобы нанять корабли и отправиться в Англию, где были их дома.
Саладин вступил в Иерусалим. Прогуливаясь по дворцу, он увидел лежащую на полу статуэтку в виде христианского креста. Он поднял ее и поставил на стол. Великий султан никогда так и не разрушит ни одной святыни в этом городе.