Джонатан Франзен в своем романе “Свобода” совершенно мастерски удерживает внимание читателя. Нельзя сказать, что книга захватывает с первых страниц, нет, автор любит в начале главы до самого максимума увеличить содержательность каждого предложения, чтобы нам с вами пришлось максимально сосредоточиться и даже на два раза прочитать страницу, чтобы вникнуть, зато потом попытка оторваться от чтения будет даваться очень тяжело. Повествование совершенно уникальгое, у других авторов такого не встречал - чрезвычайно динамичное.
Секс в романе
Интересный аспект книги — это развитие темы секса. Сначала об этом речи вовсе не идёт, но затем появляются неожиданно подробные, иногда довольно извращённые, со временем даже слишком частые описания. Однако, в конечном итоге, несмотря на некоторые моменты чрезмерности, эти описания добавляют глубину и многослойность к образам героев.
Свобода как центральная тема
Казалось бы, название книги явно должно быть главной темой сюжета, но… Практически до самого конца совершенно непонятно, о какой вообще свободе идёт речь и почему выбрано именно такое название. Почти всё время я думал, что автор говорит о свободе от близких людей, которые давно надоели. Но потом оказывается, что речь идёт об освобождении от ложных лежаний, иллюзий, свобода - это возвращение к истокам, к тому, что реально хочется, реально близко и приятно. Вот единственное использование слова «свобода» в романе: «Свобода - нахождение в какой-то беззвучной вечности, где важна жизнь и смерть, сам человек, где не имеют значения мелкие обиды».
«...каждый персонаж, по замыслу автора, проходит испытание свободой»
- очень точная цитата пользователя polyarinov
Персонажи и их развитие
Невероятно сочные, яркие, рельефные, харизматичные. С главными героями очень хочется познакомиться лично, обсудить какие-то свои вопросы. Или расставить их фигурки у себя на письменном столе. Больше всех запомнился Ричард. При всех минусах персонажа, его решительность и прямота, умение быстро и кардинально решить любую проблему у меня вызывали зависть.
Литературные параллели
"Перекрестки" не только напоминают Толстого или Флобера, но заставляют поверить, что большой реалистический роман конца XIX века был вершиной литературы как вида искусства.
Антон Долин
У меня тоже весьма быстро возникла ассоциация со Львом Николаевичем. Хотя до уровня Толстого ему далеко, некоторые моменты действительно напоминают об “Анне Карениной”. В “Свободе” присутствуют красивые метафоры и литературные сравнения, которые приближают Франзена к русскому классику не только сюжетом, но и красотой искусства рисования картин словом. К слову, сравнивая двух авторов, я задумывался, что великому творцу конца XIX - начала XX веков удавалось создавать шедевры и бестселлеры без сексуальных подробностей, а у современного американского писателя сцены секса - один из важнейших элементов как в структуре повествования, так и среди инструментов описания героя. Что это - слабость Джонатана Франзена, не позволившая ему написать захватывающий яркий роман без секса? Или оковы времени или возраста, не позволившие Льву Толстому столь глубокое погружение в интимную жизнь своих героев?
Заключение
Роман, безусловно, мне очень сильно понравился, произвёл сильнейшее впечатление, хоть и глубокомысленным или каким-то мудрым я его назвать не смогу. Даже цитат красивых, как из Ремарка, не выпишешь. Зато прекрасное погружение в жизнь зелёных фанатиков, малоизвестных рокеров, потрясающее попадание в меня с описанием уединённой жизни в маленьком домике на природе, без новостей, максимально уединённо и отстраненно, посвятив себя небольшому любимому делу, связанному с животными. Я много раз так представлял себе свою альтернативную жизнь, если всё будет потеряно, то хотя бы такое может меня удовлетворить.
«...по-донкихотски пронзительная история о Уолтере Берглунде, ведущем войну с соседским котом»
- цитата упомянутого мною выше отзыва.
Не могу не отметить, что роман впервые сделал для меня понятными возможные причины разводов. Раньше мне всегда казалось, что если люди прожили в счастливом браке с детьми, без насилия и страшных зависимостей больше 10 лет, значит разводятся только потому, что не нашли силы обсудить проблемы и немного двинуться друг другу навстречу. Произведение Франзена максимально ярко показывает, почему бывает, что кроме развода другого выхода и быть не может.
Забавно, что в «Свободе», что в «Поправках» того же Франзена, которые я прочитал уже спустя полгода, концовка кажется абсолютно лишней. Лично я бы выкинул последнюю главу и в первом, и втором произведении. Не обязательно все линии завершать максимально точно: этот умер, этот уехал, та развелась, а вон те счастливые переехали и родили двойню.
Таким образом, “Свобода” — это не только увлекательное чтение, но и глубокое размышление о человеческой природе и сложностях выбора в отношениях.
P. S. Отдельная благодарность за необычайно приятную, красивую, стильную и наполненную смыслом обложку Андрею Бондаренко.