Новогодние каникулы закончились, и вместе с общим пробуждением от праздничной спячки потихоньку возвращается в рабочее русло и политическая жизнь. И не только связанная с Дональдом Трампом. Но и местная, суровая, челябинская.
Наступивший 2025-й год — середина трехлетнего избирательного цикла. В нынешнем году главные выборы — выборы в Законодательное собрания региона. Которые, с одной стороны, не должны принести вообще никаких серьезных проблем. Но с другой — без определенных трудностей не обойдется.
Первыми от спячки очнулись, как им и положено, политтехнологи-фандрайзеры. Чья задача не только провести выборы «от и до», но и найти на это деньги. Нет, я сейчас не про финансирование деятельности избирательных комиссий — с этим государство справляется. Я про деньги, которые партии и кандидаты должны будут потратить на свои кампании.
Задача поиска денег «на выбора», надо сказать, с каждым годом все более трудная. Тем более что околовластные предвыборные технологи-фандрайзеры — люди, что называется «с аппетитом». Да таким, что позавидует даже «жирные коты»-девелоперы.
Кое-кто из коллег-медийщиков, опирающийся в своей работе на информацию от разного рода «инсайдеров» да «слухмейкеров», уже озвучил вброс — что, мол, «цена» избирательной кампании в ЗСО в одномандатном округе составит примерно 30 миллионов рублей. Для тех, кто действующий депутат, известен и избираем — поменьше, для «первоходов» и малоизвестных — побольше (вплоть до 50 млн). Ну, и, разумеется, речь шла о тех, кто пойдет от имени и при согласовании «Единой России». Ну, или попадет в «проходные» места по ее партспискам.
Но если кто-то думает, что общие затраты на избирательные кампании только по линии ЕР на самом деле будут в районе миллиарда рублей (30 округов по 30 млн. рублей с кандидата плюс партийная кампания в интересах списка) — да нет, конечно.
Во-первых, «хотелки» фандрайзеров — это одно, а возможности и желание самих «кандидатов в кандидаты» — совсем другое. И если финансовые возможности, особенно у предпринимателей, еще можно оценивать по-разному, то вот с желанием все не так просто.
Во-вторых, опытные, идущие на свой далеко не первый депутатский срок народные избранники прекрасно знают, где и во что (и в кого) именно действительно стоит вложиться в избирательную кампанию, а какие затраты — «влажные мечты» политтехнологов, из разряда райкинского «пива не брали — три двадцать», и на них (и на затратах, и на политтехнологах) можно спокойно сэкономить.
В третьих, все больше кандидатами (а потом и депутатами, причем на любом уровне — от сельсовета до Госдумы) становятся «в рамках квот», спущенных по разнарядке «сверху». Те же участники СВО, или просто важные и нужные для партии или руководства региона люди, или те немногие, на ком будет держаться реальная законотворческая деятельность в парламенте. И, как правило, если человек попадает в такие «квоты» — все, денег на выборы от него не дождешься. Или их просто нет, приходиться просить кого-то ресурсного «помочь еще и вот этому парню».
Еще один вариант — представители крупных финансово-промышленных групп, идущие в парламент либо по своей «квоте», либо по договоренности с партийным и политическим руководством. С одной стороны, у них есть ресурсы, с другой — даже они предпочитают тратить их самостоятельно.
В общем, сложно нынешним околовластным политическим фандрайзерам. Это вам не Трампа выбирать, с поддержкой в лице Маска и прочих мультимиллиардеров.
С другой стороны — а «движуха»-то вроде бы все равно началась. И желающих (пока что) вроде все еще больше, чем мандатов в областном парламенте. И не только от «Единой России», но и от других политических партий, парламентских и не очень.
И вообще — на самом-то деле уже вовсю идут сразу две избирательные кампании. И по выборам в Заксобрание области, и — по выборам в Государственную думу. Да, до вторых еще более полутора лет. Но ведь и приз в случае победы куда как более серьезный. Как, видимо, и грядущий «ценник»…
Калигула. Челябинск. Наши дни. Нехорошие вопросы по одному приговору