Роман Мельников пишет свои отзывы на книги, которые занимают важное место в его жизни. "Путешествия Гулливера" Джонатана Свифта - одна из таких книг.
«Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта – одна из самых важных для меня книг, и она очень сильно повлияла на формирование моего пессимистического мировоззрения. Мое представление о человеке как о деструктивном по своей природе существе, не способном ни к социальному, ни к нравственному прогрессу (хотя и способном к прогрессу научно-техническому) и не руководствующемся соображениями разума при осуществлении многих стратегических выборов, очень близко взглядам Свифта, прежде всего изложенных в описании главного в «Путешествиях Гулливера» четвертого путешествия в страну разумных лошадей гуигнгнмов.
Адаптированный детский вариант, включающий только первые два путешествия, я впервые прочитал примерно в 1985 году, но гораздо более глубокий и содержательный неадаптированный взрослый – в конце 1991 или начале 1992 года, когда мне было 14 лет. Тогда для меня очень остро и очень болезненно стояла проблема потери любимой Родины (Советского Союза) и того, что взрослые воспитывали меня (в детском саду, школе и через советскую литературу) с ориентацией на идеалы, которые сами полностью отвергли. Но почему взрослые поступили столь неразумно, почему они учили меня одному, а сами поступили прямо противоположным образом, забросив меня совершенно не в тот мир, к которому готовили, а в мир, который является полной его противоположностью, где то, что они учили меня считать хорошим, объявлено плохим, а то, что они учили меня считать плохим, объявлено хорошим? Свифт ответил на этот вопрос наиболее убедительным для меня образом – потому, что на самом деле взрослые (да и люди вообще) по своей природе гораздо ближе к еху, чем к гуигнгнмам, они эгоистичны, а не альтруистичны, иррациональны, а не рациональны и в принципе не способны к построению гармоничного общества.
Основная задача «Путешествий Гулливера» – показать, как человеку и человечеству не следует поступать (точно так же как и «Часа быка» Ивана Ефремова – книги в моем понимании сопоставимого плана и уровня). Но Свифт, конечно, гораздо ближе к пессимисту Шопенгауэру, чем оптимист Ефремов, он в гораздо меньшей степени верит в способность человека, прежде всего правящей элиты, исправиться и преобразиться. И с этой точки зрения Свифт в какой-то мере близок Достоевскому, который тоже видел и ярко показывал уязвимость человека по отношению к иррациональному деструктивному началу и поэтому весьма скептически смотрел на перспективы социального и нравственного прогресса. Человек (лилипут, еху) Свифта не вполне разумен и рационален, как и многие герои Достоевского, но если для рационалиста Свифта это трагично, то для иррационалиста Достоевского (который смотрит на войну прямо противоположным образом, чем Свифт) – в принципе естественно.
Нужно отметить, что при всем своем пессимизме и антипатии к порокам и недостаткам власть имущих сам Свифт был человеком исключительной доброты и нравственной чистоты, пользовался огромной любовью своих прихожан (на пике карьеры он был деканом кафедрального собора Святого Патрика в Дублине, а до этого – более скромным священником) и делал невероятно много для их как моральной, так и материальной поддержки. То есть сам Свифт был во многом полной противоположностью еху, показанных в «Путешествиях Гулливера». Но его наблюдения, прежде всего за действиями власть имущих, не внушали ему оптимизма, и он не очень рассчитывал, что система управления и правящая элита когда-либо смогут измениться к лучшему.
Интересна также параллель между поведением Гулливера после возвращения с острова гуигнгнмов и реализацией идеалов христианства в современных Свифту Ирландии и Англии. Насколько я понимаю позицию Свифта, с его точки зрения учение Христа, как и учение гуигнгнмов, призывает не столько к каким-то формальным обрядам, сколько к нравственному перерождению. Однако после возвращения с острова гуигнгнмов Гулливер начинает заботиться о лошадях (которые гуигнгнмами не являются и их моральными и интеллектуальными качествами не обладают, но он создает их культ), а не о своих ближних, подобно тому, как «верующие» строят храмы и пишут иконы, но подлинной любви к ближним, к которой призывал и которую демонстрировал Христос, не проявляют. Это то, что позже будет очень волновать Толстого, который видел в Российской империи государство, берущее от христианства форму, а не содержание, а Свифт задолго до «Воскресения» и других произведений Толстого видел это в современных ему Англии и Ирландии.
В моем понимании Свифт пишет не только о современном ему настоящем, но и предупреждает человечество о его будущем – том будущем, в котором мы находимся сегодня. Научно-технический прогресс человечества, конечно, имеет место, и люди «Путешествий Гулливера», несмотря на все свои нравственные недостатки, существенно превосходят в плане доступных им технологий не только гуигнгнмов, но и великанов, не располагающих сопоставимыми с людскими средствами массового уничтожения. Но на нравственный и социальный прогресс человечества рассчитывать не приходится, научно-технический прогресс не коррелирует с развитием высоких моральных качеств (по своим нравственным качествам люди существенно ниже гуигнгнмов, которые не располагают продвинутыми технологиями). Люди, как это вообще свойственно еху, продолжат не только обманывать и презирать друг друга (а не доброжелательно поддерживать, как гуигнгнмы), но и вовлекать друг друга в кровопролитные вооруженные конфликты и создавать диктатуры, опирающиеся на насилие. Они не способны понять, что насилие всегда порождает новое насилие, что жестокость всегда порождает новую жестокость, и будут дальше обманывать, грабить и убивать.
В начале XVIII века, когда были написаны «Путешествия Гулливера», да даже и в XIX веке, было не вполне очевидно, что интеллектуальное развитие человечества, распространение массового образования и развитие технологий не приведут к лучшему и более гармоничному миру – более справедливому, более безопасному, менее конфликтному, менее деструктивному, менее жестокому. Но XX и XXI столетия с их чудовищными и невероятно кровопролитными военными конфликтами и массовыми репрессиями показали, что Свифт был абсолютно прав. Человек XX и XXI столетий показал себя именно как еху, способный создавать средства массового уничтожения, но не способный понять, что разумное существо не должно их применять, что насилие и агрессия не является допустимым способом решения возникающих проблем. И у нас нет никаких оснований надеяться на то, что когда-нибудь человек станет ближе даже не к гуигнгнмам, не способным на ложь и недоброжелательность по отношению к ближним, а хотя бы к великанам, правитель которых предпочитает потерять половину своего королевства, нежели быть посвященным в тайны создания и использования оружия массового уничтожения, которыми с ним готов поделиться Гулливер.
Большое спасибо Роману Мельникову за предоставленный отзыв.
Марафон "Открой школьную Вселенную" (от нашего квартета: "С книгой в обнимку", "Ветер в книгах", "Аннушка и масло|книжки📕" и "Кот-книголюб") продолжается. В этой четверти, которую курирует Юлия, автор канала "Ветер в книгах", читаем иностранную литературу.