Добрый день, дорогие мои читатели.
Начало этой истории можно почитать здесь:
***
Эдуард Коровин ничего не знал о том, что происходит с Мариной, но его не особенно волновала судьба этой девицы. Все его мысли крутились вокруг денег, и не только потому, что им двигала жажда наживы, но и по той причине, что в текущем моменте под угрозой оказалось материальное благополучие женщины, к которой он испытывал нежные чувства.
"Если министр наложит лапу на все ресурсы сделки с Мухиным, то Валентина останется на бобах, - размышлял он, - а если я пойду против него и попытаюсь отстоять ее и свою долю, то могу лишиться головы."
Он прекрасно знал, как делаются дела в том мире, где вращался уже не один десяток лет. Изначально задумывая сделку с Мухиным, он преследовал две цели. Во-первых, отомстить Марине, а во-вторых, вернуть в свое владение французское поместье, которое так лихо отнял у него в свое время Анатолий Суворов. И неизвестно, какая из этих целей была важнее для него на том этапе. Тогда он еще не был так близко знаком с Валентиной, и у него не было сомнений в том, что она может лишиться части своего имущества. Нет, Эдуард считал, что ведет праведную войну за возврат своего поместья. Однако, эта женщина сумела завоевать его сердце, каким-то непонятным образом, поселилась в нем и теперь влияла на его решения. По крайней мере, на этот раз Коровин не столько сожалел об ускользающей из его рук возможности обогатиться, сколько переживал за Валентину.
Обдумав сложившуюся ситуацию еще раз, он решил поговорить с министром и прояснить его позицию, чтобы понимать, чего следует ожидать в дальнейшем. Назначить встречу не составило труда, но как правильно вести разговор с этим человеком, облеченном почти безграничной властью, Коровин плохо представлял себе. В прежние времена он позвал бы на помощь друга Бориса, но не в этот раз, потому что разговор им предстоял щепетильный, и в присутствии третьего лица ОН не стал бы откровенничать. Эдуард положился на волю судьбы и решил действовать по ситуации.
Георгий Дмитриевич ожидал его в приватной комнате известного московского ресторана, имевшего безупречную репутацию среди бизнесменов высшего эшелона, желавших не только хорошо отдохнуть, но и по-деловому обсудить наболевшие вопросы с коллегами и партнерами. Здесь можно было не бояться, что их услышит кто-то, кому не следовало бы совать нос в чужие дела, и персонал умел казаться невидимым и ненавязчивым.
-Приветствую тебя, Эдуард, - сказал ОН, привычно разминая в руках толстую кубинскую сигару. - Присаживайся, закажи себе, что хочешь.
Напряженно прислушивавшийся Коровин не уловил в его голосе ни радушия, ни угрозы, ничего. По первым словам было не понятно, как настроен министр, и как следует говорить с ним. Они с удовольствием раскурили сигары и с блаженным видом наблюдали за колечками дыма, поднимавшимися к потолку. Эдуард ждал, когда министр начнет разговор.
-По твоему вопросу, - произнес, наконец, Георгий Дмитриевич, - можно сказать, проблема решена. Деньги зависли на транзитном счете, и банк ждет отмашки.
-Очень хорошо, - оживился Коровин, - я был уверен, что Вам по силам такая задача. Благодарен безмерно, любезный Георгий Дмитриевич.
Он склонил голову в благодарственном поклоне перед собеседником, но тот небрежно прервал его.
-Погоди радоваться. Вряд ли тебе понравится то, что я тебе скажу.
Ленивым жестом ОН погасил сигару и проводил взглядом расторопного официанта, принесшего им закуски.
-Давай перекусим, а потом перейдем к делу.
Эдуард чувствовал, что аппетита у него нет, но отказаться не мог. Понимая, что его ожидают неприятные новости, он пытался успокоиться и принять ситуацию, не ропща. Наблюдая за тем, как Георгий Дмитриевич неторопливо выбирает устриц из раковин и поливает их лимонным соком, он заставил себя съесть бутерброд.
-А что, Коровин, не нравятся тебе гады морские? - усмехнулся министр, отправив в рот очередного моллюска.
-Я, знаете ли, больше по русской кухне, - прокашлявшись, отозвался Эдуард. - Люблю щучьи котлетки и квашенную капусту, а вся эта роскошь мне не по нраву.
-Это ты зря, - с видом знатока заявил ОН. - Чтобы знать цену изобилию, надо его иметь!
Он многозначительно выставил указательный палец вверх и заулыбался своей же шутке.
-Короче, не буду тянуть интригу, - сказал ОН, вытирая руки о белоснежную салфетку, - поскольку обстоятельства твоего дела изменились, то и гонорар придется пересмотреть.
-Понимаю, - согласно кивнул головой Коровин, - готов обсудить.
Он старался говорить как можно меньше, чтобы не злить министра и не разжигать его аппетиты, но то, что он услышал далее, все же поразило его масштабами запросов говорящего.
-Процент меняется. Теперь мои восемьдесят, а тебе двадцать.
Сказано это было тоном, не подразумевавшим возражений, но согласиться Эдуард не мог, потому что при таком раскладе он не только ничего не выигрывал, но и терял практически все вложения Валентины и часть собственных средств. Пока он обдумывал, каким образом можно повлиять на решение Георгия Дмитриевича, тот сам ответил на его сомнения.
-Вижу, что тебе не по нраву мои условия, но ты сам знаешь, что по-другому не будет.
Итак, эта встреча развеяла сомнения, но оптимизма не прибавила.
-Знаешь, Боря, - сказал Коровин другу в тот же вечер, - я не желал Валентине подобного краха.
Услышав эти слова, Антонов призадумался. Он прекрасно помнил, сколько надежд возлагала Суворова на те средства, что достались ей в наследство от покойного супруга. Притом ею двигала не алчность, а желание увековечить память о безвременно погибшем сыне. А теперь ей придется расстаться с мечтой о Розе Артура.
-Я передам последние новости Татьяне а она пусть сама решит, как сообщить подруге, - пообещал он Коровину.
Так информация о коварстве Георгия Дмитриевича докатилась до двух подруг ожидавших новостей с родины в далеком туманном Лондоне.
-Я же говорила что дело плохо кончится! - в отчаянии воскликнула Татьяна глядя на Валю.
-Да ты была права, - хмуро качнула та головой. - Но у нас не было другого выхода. Кто же мог подумать что так все закрутится? Жалко Андрюху, все же мы с ним полжизни были знакомы.
-Да, да! - согласилась Таня. - Мне и Игоря жаль. Как он там в тюрьме? Ему даже вещи никто не принесет. Что ж, он в пиджаке там сидит что ли?
Валентина удивленно вскинула взгляд на нее.
-Прекрати! Он тебя не жалел, когда пытался отобрать у тебя все и шлялся по девкам. Забудь о нем. Лучше позвони Милане и попроси, чтобы ее дочка вышла на связь.
Таня испуганно уставилась на нее, спросила, едва шевеля непослушными губами:
-Думаешь, пришло время воспользоваться запасным вариантом?
-Да. Я бы сказала, не запасным, а крайним, и других у нас нет. Пусть Юлика запускает информацию в эфир. Пусть расскажет о проделках министра, и тогда он сам постарается избавиться от незаконно нажитых активов. Что уж говорить про эти деньги! Они должны вернуться по назначению согласно условиям сделки к Коровину.
-А потом? - нерешительно поинтересовалась Татьяна. - Что с ними будет потом?
Валентина с сожалением вздохнула.
-Ну, поместье он точно мне не вернет. Остается надеяться, что хоть все остальное останется мне. Пора бы уже, потому что через месяц пора высаживать саженцы в открытый грунт. Моя Роза Артура должна жить!
-Хорошо, я сегодня же позвоню Милане, - решилась Татьяна. - Заодно попрошу ее сходить к Игорю в изолятор и узнать, как он там. Может, его содержат вместе с уголовниками и убийцами? И ему нужна наша помощь?
Вдруг за ее спиной раздался приглушенный вскрик.
-Что с папой?! Он что, в тюрьме? - испуганно прокричала Лиана.
Обернувшись на ее голос, подруги увидели, как она, схватившись за живот, медленно сползает вдоль стены. Лицо ее было искажено гримасой боли, а глаза странно закатились, пугая своим видом окружающих.
-Лиана, детка! - воскликнула Татьяна, бросившись к ней.
В то же время Валентина немедленно схватилась за телефон и принялась набирать номер скорой помощи.
-..осталось два месяца до назначенного срока! - кричала она в трубку. - Приезжайте скорее! Спасите мамочку и малыша!