Туман был стеной. Густой, непроглядный, он обволакивал автомобиль Эмили, когда она сворачивала с главной дороги на пыльную проселочную, ведущую в Силвервуд. Городок, казалось, не принадлежал этому миру, затерянный где-то на задворках цивилизации, окутанный вечным маревом серого, лишающего красок. Словно он был запятнан трагедией, которую время не могло смыть. Местные говорили, что туман не просто природное явление, а живое, дышащее существо, которое бережно хранит свои мрачные тайны.
Эмили, амбициозная журналистка, специализирующаяся на паранормальных явлениях, приехала сюда, гонимая нездоровым любопытством и желанием раскрыть загадку. Полиция, как и всегда в таких случаях, придерживалась рациональных объяснений, списывая исчезновения на обычные несчастные случаи и добровольные побеги. Но Эмили чувствовала, что здесь кроется нечто гораздо более зловещее. Что-то в этой угнетающей тишине и сером безмолвии подсказывало ей – Силвервуд скрывает ужасную правду.
Городок встретил ее мертвенной тишиной. Звук мотора ее машины казался оскорбительным диссонансом в этом царстве молчания. Лица немногочисленных жителей были бледными и отрешенными, словно они не жили, а существовали в полусне, в ожидании неведомой участи. Их взгляды, скользящие мимо Эмили, были пусты и безжизненны, как у марионеток. Разговаривали они вполголоса, как будто боялись разбудить что-то, таящееся за пеленой тумана.
Единственная гостиница в Силвервуде, “Серый гусь”, оказалась мрачным, запущенным зданием с облупившейся краской и скрипучими половицами. Ночами Эмили не могла заснуть: ей казалось, что кто-то неотрывно наблюдает за ней из туманной тьмы за окном. Холодный, пронизывающий воздух, казалось, проникал сквозь стены, словно ледяное дыхание смерти. Она часто просыпалась от чувства, будто чья-то ледяная рука коснулась ее щеки.
Эмили начала свое расследование с разговоров с местными. Они, казалось, боялись говорить на эту тему, отводя взгляды и шепча уклончивые фразы. Но одно имя звучало чаще других – старая шахта на окраине города. Ее забросили много лет назад, и с тех пор она стала местом дурной славы. Местные рассказывали о криках, доносящихся из-под земли, и тенях, скользящих вдоль ее стен.
Поддавшись своему любопытству, Эмили отправилась к шахте. Здание было окутано туманом, словно саваном. У входа она почувствовала тяжесть и угнетение, словно ее давило на землю неведомой силой. Она вошла внутрь, ее фонарик едва пробивал густую, застоявшуюся тьму. Влажные стены были покрыты странными символами, словно древними рунами, которые, казалось, пульсировали в приглушенном свете. Она шла все глубже и глубже, и чувство тревоги в ее груди росло с каждым шагом.
Внезапно туннель впереди нее словно разорвался, и перед ней открылась совершенно иная картина. Она словно прорвалась сквозь ткань реальности и оказалась в мире, который был воплощением ночного кошмара. Искаженные фигуры, окутанные полупрозрачным мраком, бродили по бескрайней пустоши. Их лица были исполнены ужаса и отчаяния, их тела были словно разорваны на части неуловимой болью. Эмили с ужасом поняла, что шахта – это не просто старый заброшенный туннель, а портал, соединяющий мир живых с потусторонним. А Силвервуд – не обычный город, а перевалочный пункт для заблудших душ, которые не могут найти покой. Туман – это их покров, вуаль, скрывающая их мучения от мира, который они покинули. И все, кто исчез, стали частью этой мучительной процессии.
Ужас сковал ее тело ледяным обручем. Она развернулась, чтобы бежать, но проход позади нее исчез, растворившись в туманной дымке. Она была заперта в этом кошмарном месте, окруженная призраками, обреченными на вечные страдания. Туман начал окутывать ее, затягивая в их вечную агонию. Она чувствовала, как что-то внутри нее ломается, а реальность вокруг нее искажается и размывается. Ее отчаяние росло с каждой минутой. Она пыталась кричать, но голос не выходил за пределы туманного мрака.
Она стала такой же, как они - еще одной тенью, призраком, обреченным на вечное блуждание в потустороннем мире Силвервуда. Ее история стала лишь еще одной мрачной легендой, которую туман, укрывший собой город-призрак, бережно хранил в своих недрах. Туман продолжил свое вечное безмолвное дежурство, храня от мира свои страшные тайны, и не было никого, кто мог бы рассказать о том, что произошло с Эмили. Только густой туман, вечный спутник Силвервуда, знал истинную цену любопытства.