Минута, и между мной и Троем возникла пропасть и молчание. Я не знала, что ответить человеку, потерявшему память и пытающемуся вспомнить, кто он и что он у меня делает. Взгляд парня не был ни злым, ни сердитым, скорее он был затуманенным и потерянным. Иногда амнезия возникает для того, чтобы забрать под замок и выбросить ключ от всего плохого, что было с нами, так наша память сохраняет нас. Только самые мелочные и слабые люди используют злую память как оружие против тех, кто их обидел, обычные живут дальше, но у Троя она забрала всё, даже его имя, там не было хорошего, там была тьма, и она заперла на замок всю тьму.
Может быть, я покажусь злой или бессердечной, но, может быть, это и к лучшему, что Трой потерял память и он забудет всю ту боль, которую причинили ему некогда родные люди. Забудет всё это безумие, которое творилось в игре, и сможет начать новую жизнь здесь со мной.
— Меня… зовут… Трой? — снова спросил он у меня, он говорил на английском, и это частично сняло камень с души.
— Да, Трой Калипсо, — так же на английском ответила я.
— Я… я… не помню, — замотал он головой.
Я не знала, что ему ответить, он ещё больше казался потерянным. Тот мальчик с низким весёлым голосом и горящими глазами предстал передо мной потерянным и раненным. Он сейчас пытается вспомнить, и если вспомнит, то вся эта боль разорвёт его сердце и душу на части.
Я знала, что ему очень много врали в жизни, и отец — нарцисс, и сестра — стерва, и он не любит лжи, надо было ответить, но скажи я ему правду, и я его потеряю навсегда. Я села рядом с ним и, нежно обняв по-матерински, сказала:
— Скажи, а если твоя прошлая жизнь была похожа на ад, ты хотел бы к ней вернуться?
Трой замотал головой и лёг обратно в кровать. Ему было неудобно лежать на спине, поэтому я, проверив его ногу, помогла ему повернуться к стенке так, чтобы не было больно. На несколько минут он уснул. Наверное, чтобы восстановить часть сил, а я, пока он спит, вернулась к своему комиксу. Пыталась его перерисовать, хоть на эмоциях у меня ничего не выходило, я не сводила глаз с Троя, переживая о нём ещё больше. Но всё же пришлось взять себя в руки, теперь нужно прокормить не только себя, но и своего инопланетного гостя, а он, судя по росту, явно много ест.
Закончив часть работы, я положила альбом в стол, а карандаши и ластик в специальный пенал и решила немного перекусить. От всего происходящего у меня разыгрался аппетит. Калорийную еду я оставила для Троя, а сама решила сделать себе небольшой бутерброд, который умяла в одночасье.
«Так, если он быстро пойдёт на поправку, то нужно раздобыть для него одежду на прокат, хорошо, что в городе ателье полно, и сейчас лето, ещё бы желательно медикаментами запастись на всякий случай», — думала я.
Вновь вернувшись в комнату, я проверила Троя, и, убедившись, что он жив, вздохнула с облегчением. Он спал как убитый, растянувшись на моей кровати, вот только за время моего небольшого отсутствия он сбросил с себя одеяло.
«Нет, так никуда не пойдёт», — подумала я и накрыла его снова.
Шея потихоньку заживала, кроме ноги, она не кровоточила, но пока не заживала, и парню явно было неудобно с этой раной.
Заснуть я так и не смогла, всё время вскакивала с дивана и проверяла, как там Трой. Ни то чтобы я боялась за себя, пусть он король-бог, и пусть он главарь одной из банд на Пандоре, я не вижу в нём опасности, особенно сейчас, когда он ранен и без памяти, я волновалась за него. За этого двухметрового гиганта с человеческой душой и сердцем. Я заметила, что он начал двигаться в кровати, словно пытаясь сбросить с себя невидимые оковы. Ещё бы. Шея чесалась и зудела, а боль в ноге была похожа на извергающийся вулкан.
Я только села рядом и легонько погладила его по голове, только тогда он смог заснуть окончательно. Он словно понимал прикосновения того, кто его любит и реагировал на это, только сказать ничего не мог.
Заснула я только под утро. Проверив своего гостя и его ногу, и убедившись, что нет изменений, я тяжело вздохнула и, быстро позавтракав, решила заскочить в ближайшую аптеку. По пути туда я столкнулась с Аней, так как её отец — бизнесмен, то его дочь может и не работать, она и так живёт на всём готовом. И если бы мой отец не спас отца Ани и её саму из-под завалов в Италии, то мы бы не познакомились. Просто я тогда помогала родителям в оказании помощи раненым.
— Надь, ты что такая мрачная? — спросила она у меня.
— Ночью плохо спала, представляешь, начальник забраковал мой комикс, вот переделываю, — ответила я.
— А в аптеку за чем идёшь?
— За успокоительным, прости, мне некогда, — ответила я и прибавила шаг.
Сейчас не до подруги, надо было позаботиться о Трое и сделать всё возможное, чтобы он начал восстанавливаться и вновь стал таким весёлым и озорным, как в игре, но вряд ли это будет скоро. Если бы я только могла, то забрала бы всю его боль и спрятала под замок, а ключ выбросила, но я не волшебник, и я могу только сделать так, чтобы моя мирная планета навсегда осталась в памяти теперь уже любимого человека.
— Кто здесь? — услышала я хриплый голос Троя, когда вошла в квартиру.
— Это я.
Услышав мой знакомый голос, он снова успокоился. Я поняла, он слишком долго был один, и каждый новый шум его беспокоит. Я быстро переоделась и, взяв медикаменты, купленные в аптеке, вернулась к Трою. Он не спал, лежал на том же боку, на котором я его положила вчера.
— Я ходила в аптеку за лекарством для тебя, — улыбнулась я ему.
— Ты… ты так ко мне добра, а я даже не знаю твоего имени, я даже…
— Меня зовут Надежда, но можно просто Надя, — улыбнулась я.
— Надежда, такое светлое имя, — проговорил он.
— Ты есть хочешь?
Трой мотнул головой.
— А пить?
Он кивнул.
— Тогда я сейчас, — сказала я.
Я мигом побежала на кухню и налила стакан воды, потом вернулась к Трою. Он попытался протянуть руку, но она дрожала, поэтому я осторожно усадила его на кровать и решила сама напоить. Он не возражал, стакан он моментально осушил и попросил ещё. Только после этого он немного улыбнулся, это заставило меня радоваться. Его озорная улыбка такая тёплая, и вовсе не злая.
— Сейчас проверю твою ногу, — сказала я ему, снимая одеяло с его ног.
— Прости, у тебя наверняка много проблем из-за меня, но я даже…
Снова настала тишина, неужели ему говорили, что все проблемы у них из-за него и заставляли всю их несостоятельность и вину взять на себя. Я помню, сестра-стерва называла его паразитом. Своего больного брата, а он это терпел. Свои скелеты она давно отрыла и пыталась их оживить. А он живой человек, и пусть он слаб и без руки, и с какой-то странной болезнью, он всё равно человек, нельзя так с ним. Запомнилось мне в игре то, что он ни разу не злился на свою сестру и своего недо-отца, как будто бы он просто старался жить.
— Что ты, вовсе не… — замотала я головой и обняла его как могла.
Я достала импортный охлаждающий и обезболивающий аэрозоль и побрызгала его на ногу Троя.
— Ну вот, это на долгое время заморозит боль, — улыбнулась я.
— Что это за место такое? — спросил он.
— Планета Земля, страна Российская Федерация, город Владивосток, ты находишься в моей квартире, и главное, в безопасности, и я тебя на ноги поставлю, — это главное, что ты должен знать, — ответила я.
— Что с моей памятью? — спросил он.
Снова молчание. Трой пытался сломать стену, за которой память спрятала его кошмары.
— Милый, со временем память к тебе вернётся, а пока не пытайся ничего вспомнить, а то голова разболится, — улыбнулась я, погладив Троя по щеке.
Ближе к вечеру Трой запросил поесть. Я пошла на кухню и приготовила свиную рульку и нажарила картошки, ещё и салат сделала, этого на сегодня должно хватить, однако рука парня по-прежнему дрожала, поэтому я кормила парня сама. Он был не против. Он снова улыбнулся мне своей фирменной улыбкой, приятно было видеть, как силы к нему возвращаются. Осталось надеяться, что вся темнота из его души сойдёт на нет, и он будет обычным парнем-иностранцем в нашем Владивостоке, ему просто нужно внимание, вот и всё.