Кое-как поправив одежду, я перешёл в сидячее положение. Все терпеливо ждали, когда я закончу.
-Ну, и как оно? - спросил отец.
-Видимо, днём, и правда, легче превращаться в человека. Ну, или, в принципе, в человека превращаться проще. Ну... Естественный облик и всё такое... В общем, сейчас я не чувствую никакой усталости, - ответил я, после секундного размышления.
-Ну, что же? Я пойду, пока по свежей памяти, запишу всё. А вы, пока, скоротайте чем-нибудь время. Когда начнётся выступление этой лисы, позову вас, - объявила мама.
-Я тоже вам пока мешать не буду, - кивнул отец, и родители вышли из комнаты.
-Знаешь, мне кажется, что отношение твоих родителей как-то поменялось... - заметил Саня.
Я крепко задумался.
-Если так подумать... Я чувствую их эмоции... И ничего такого... Такого - в смысле - плохого. Ничего такого нет. Но в чём-то ты прав. Возможно, они не до конца понимают, как себя со мной вести.
-Что-то вроде того, когда ребёнок - уже не ребёнок, а подросток? - предположил Юрец.
-А вот фиг его знает. Это моих родителей надо спрашивать. Но тут - похлеще. Подростком-то постепенно становишься. А тут - бац - и уже потусторонний.
-Ладно, будем считать, что так оно и есть. Ты вот мне что скажи: придумал чем время-то скоротать? А то твоё превращение, вместе с интервью, очень много времени не заняло. Может - партийку в "Героев" третьих? - поинтересовался Санёк.
-Ну, ты загнул. Как бы я тебе придумал бы, если я превращался? А в "Героев" - не вариант. До выступления - где-то час, а за час там только разогреться.
-Да ладно - не ворчи ты так...
-Да всё я понимаю. У тебя - нервы, а Барсик, который у тебя успокоительным был, ушёл.
Санёк ухмыльнулся и развёл руками.
-Может, в какую-нибудь настолку? У тебя их, помнится, много было, - предложил Юрец.
-Точно. Давай эту... "Призраки замка Фура".
-"Призраки замка Ферро". А в "Форте Боярд" - старец Фура, - поправил я.
-Вась, не нуди. Одно дело когда ты по урокам нудишь, а сейчас-то чего? Ты же меня понял?
-Знаешь, Сань, не у одного тебя нервы, - ответил я, вставая и направляясь к комоду, где лежала всякая мелочёвка с детства.