Людмила стояла у плиты, помешивая суп, когда в коридоре раздались бодрые голоса. Она вздохнула и вытерла руки о полотенце. Эти выходные обещали быть шумными: приезжала двоюродная сестра мужа Алексея – Светлана – с сыном Юрой. Два дня, сказала она по телефону. Ну, два так два.
— Ну вот мы и тут! — Светлана ворвалась в квартиру, сгребая Людмилу в объятия. Позади неё семнадцатилетний Юра молча вошёл в гостиную, уставился в телефон и плюхнулся на диван.
— Проходите, чувствуйте себя как дома, — улыбнулась Людмила, но внутри что-то тревожно дрогнуло.
В первый день всё шло более-менее. Светлана громко рассказывала истории, Юра ел за троих, Алексей радушно шутил. Вечером Людмила, убирая со стола, успокаивала себя: скоро уедут.
Но утро началось с тревожной нотки. За завтраком Светлана, понижая голос, сообщила:
— Люд, знаешь… у нас с квартирой проблема. Там ремонт… стены штукатурят, пыль жуткая. Мы тут немного задержимся.
Людмила застыла с чашкой кофе в руках. Она посмотрела на мужа, но Алексей лишь пожал плечами.
— Ну… ладно, конечно.
Так начались долгие недели «совместного быта». Которые плавно превратились в месяцы.
Юра облюбовал диван и постоянно сидел в телефоне. Светлана днями что-то смотрела на планшете, иногда разыгрывая усталость. В холодильнике еда исчезала быстрее, чем обычно. В гостиной стало тесно.
Поначалу Людмила старалась быть терпеливой. Она пыталась намекнуть Алексею, что ситуация выходит из-под контроля.
— Они скоро уедут, — неизменно отвечал он.
— Когда? — сдерживая раздражение, спрашивала Людмила.
— Ну… как ремонт закончат, — уклончиво говорил муж.
Но ремонт почему-то затягивался.
— Люд, ты не представляешь, как я устаю на работе! — жаловалась Светлана. — В офисе завал, клиенты просто с ума сводят. Я прихожу домой и хочу просто тишины.
— Свет, я всё понимаю, но, может, тогда не стоит оставлять за собой такой беспорядок? — осторожно ответила Людмила.
— Ой, ну не начинай, — отмахнулась Светлана. — Давай не будем превращать всё в скандал.
Алексей в этих ситуациях предпочитал отмалчиваться. Он любил свою жену, но также не хотел конфликтовать с родственниками. Каждый раз, когда Людмила пыталась обсудить проблему, он отвечал:
— Люд, ну это же временно…
— Временно?! — её голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Полгода, Алексей! Это уже не «временно»!
— Ну, не на улице же им жить… — пробормотал он, опуская глаза.
— Ага, конечно. Только у меня такое чувство, что на улице живу я!
Со временем Светлана начала вести себя как хозяйка. Однажды Людмила обнаружила, что в её шкафу появился чей-то халат. Оказалось, Светлана решила, что «он удобнее» и просто забрала себе. В другой раз Людмила не нашла в холодильнике свой йогурт — его съел Юра.
Проблемы накапливались. Светлана заняла любимое кресло хозяйки дома, а Юра теперь включал громкую музыку по ночам. Они расплескивали воду в ванной, оставляли беспорядок в кухне, а Людмила каждое утро обнаруживала пустой чайник – гости любили ночные чаепития.
Алексей избегал открытых конфликтов. Он даже пару раз попытался «смягчить» Людмилу:
— Ну, они же семья. Разве мы не должны помогать?
— Помогать – да! Жить за чужой счёт — нет! — резко ответила Людмила.
Но любому терпению приходит конец.
Поздним вечером Людмила, усталая и раздражённая после тяжёлого рабочего дня, открыла дверь ванной и увидела хаос: мокрое полотенце валялось на полу, раковина была забита волосами. Она глубоко вздохнула, сдерживая раздражение, и отправилась на кухню выпить чаю, чтобы хоть немного расслабиться. Но там её ждал новый удар — гора грязной посуды, пустая коробка из-под её любимых конфет в мусорном ведре и чайник, до дна выскобленный гостями. Её терпение лопнуло. Это был предел.
Что-то в ней сломалось.
— Так, семейный совет! — громко заявила она, врываясь в гостиную.
Все замерли.
— Вы у нас уже почти полгода. И знаете что? Ремонт — это прекрасно, но пора бы вам возвращаться домой.
Тишина. Светлана нахмурилась, Юра даже оторвался от телефона.
— Люд, ну что ты… — начала Светлана, но Людмила твёрдо её перебила:
— Собирайтесь.
Алексей попытался что-то сказать, но Людмила бросила на него жёсткий взгляд:
— И ты тоже хорош. Всё это время ты стоял в стороне и ждал, что я всё решу. Ну, вот я и решила!
С недовольным видом обиженной родственницы, Света нехотя стала собирать вещи.
Через неделю квартира опустела. Людмила сделала себе чай и впервые за полгода села в любимое кресло. Тишина обволакивала дом.
Раздался звонок.
— Люд, привет! Это тётя Оля. Можно мы к вам на пару дней, а?
Людмила вздохнула.
— Ой, тётя Оля, знаешь… Нет!