#чувства #потеря #депрессия #психологическаяпроза #сныиреальность #прошлое #отношения #конфликт #внутреннийконфликт #одиночество #невысказанныевопросы #внутренниймонолог
Даша залезла с ногами на диван (что за дурацкая привычка, — говорила мать, когда девушка делала это при ней) и протянула руку к бокалу с коктейлем (а пить обязательно, да? — поинтересовался всё тот же голос в голове).
— Ты не против? — спросила Даша у Дениса, так и не взяв бокал.
— Против чего?
— Ну… что я с ногами на диван залезла.
Во взгляде парня появилось удивление, которое почти тут же сменилось непониманием. Он осторожно улыбнулся.
— Прикалываешься, рыженькая?
— Ну… мама меня ругала за это в детстве, — пояснила Даша. Такая милая. Такая расслабленная. Такая красивая… девушка лучшего друга.
— Я не твоя мама, — ответил Денис и подумал о том, что было бы неплохо позвонить собственной матери. Он ведь обещал перезвонить.
— Ты реально думаешь, что я об этом не знаю? — спросила Даша.
— О чём?
— О том, что ты не моя мама.
— Даша, расслабься, сиди как тебе удобно, — сказал Денис, — я это имел в виду.
Девушка кивнула и взяла бокал. Он увидел на её тонком запястье небольшие кровоподтёки — следы от его пальцев. Когда он сделал это? Когда она пыталась успокоить его? Или когда он прижимал её к стене, пытаясь доказать что-то? Скорее всего, первое.
– Извини, — сказал он и пояснил, когда она подняла на него глаза, — за синяки. Я не хотел.
— Всё нормально, — негромко отозвалась она, мельком глянув на запястье, — обычные синяки. Я знаю, что не хотел. В детстве я постоянно ходила в синяках и царапинах.
— В детстве тебя часто хватали за руки? И царапали?
— Филиппов… — она устало и чуть осуждающе посмотрела на парня, как бы говоря ему «прекращай уже, достал».
— Ладно, извини.
— Всё хорошо.
— Я бы так не сказал.
— Филиппов, не нужно всё усложнять.
— Кто бы говорил, Григорьева.
Подняв на Дашу глаза он заметил, что она разглядывает шрам на его запястье.
Первой реакцией Дениса было одёрнуть рукав, но он сдержался. Смысл? Она всё знала.
Молчание затянулось.
Денис активировал умную колону и попросил включить свой плей-лист. Заиграла “Piece of hope”.
Даша продолжала разглядывать его шрам. Лера много раз спрашивала про него, но Денис молчал. Не те у них были отношения. Эту часть своего прошлого он мог доверить только по-настоящему близкому человеку.
Шрам. Рваный и некрасивый. Похожий на небрежную линию, которую начертили на песке трубочкой от коктейля. Алкогольного. Виски с колой, например.
Вечное напоминание о том, какой хрупкой может быть жизнь. Хрупкой и непредсказуемой.
Шрам — его линия жизни, только не на ладони, а на запястье. Линия жизни, которая вела к с.м.е.р.т.и.
Денис часто задавал себе один и тот же вопрос, который до сих пор оставался без ответа: можно ли было как-то избежать этой трагедии?
Марина была права, когда сказала, что Денис с Ангелиной всё равно не будут вместе. Расставание было инициативой Дениса, и оказалось намного болезненнее, чем он себе это представлял. Для неё, не для него. Ангелина так и не смогла понять и простить его за это. Им обоим было очень тяжело, но Денис не видел для себя другого выхода из этой ситуации.
— Ты меня винишь, да? — спросила Ангелина, когда Денис сказал ей, что переводится в другой университет, и они больше не смогут видеться. В тот день на ней были джинсы и бордовая рубашка, застёгнутая на три пуговицы. Ногти были тоже покрыты бордовым гель-лаком. Денис ненавидел этот цвет. Слишком уж он напоминал цвет к.р.о.в.и. Ангелина знала об этом, но ей нужно было, чтобы Денис играл по её правилам.
Лично для него этот цвет всегда означал что-то плохое.
— Нет, — ответил он, и это была почти правда. Денис не винил её, но при этом понимал, что Ангелине не стоило так откровенно обсуждать его со своей подругой. Счастье любит тишину – эта фраза всегда казалась ему глупой, но всё было именно так.
— Тогда почему? — спросила Ангелина, — мы справимся. Вдвоём. Просто нужно время, чтобы забыть.
— Вдвоём? Ты же со всеми треплешься о нас.
— Значит, винишь меня.
Денис молчал.
— Дэн?
— Нет.
— Почему тогда?
— Потому что не хочу оставаться здесь.
— Не хочешь оставаться здесь? Или не хочешь оставаться со мной?
Денис снова ничего не ответил, но подумал. Почему она всегда и всё так усложняет? Почему нельзя расстаться спокойно? Без надрыва и никому ненужной трагедии. Рано или поздно это бы всё равно случилось.
Ночью накануне отъезда Ангелина позвонила ему. Денис ненавидел ночные звонки, потому что они всегда означали что-то плохое, и всё же он ответил. По голосу Денис понял, что девушка пьяна, но это уже были не его проблемы.
— Это я виновата, — сказала она, и Денис опустил глаза к шраму. Первое время он постоянно чесался, и это невероятно раздражало. В темноте шрама не было видно, но это не меняло ничего.
— Мы это уже обсуждали… — устало ответил Денис и добавил, — много раз. Никто не…
— Я разрешала ей смотреть на нас. Специально оставляла комнату открытой, а тебе говорила, что мы одни. Это я виновата.
Смысл сказанного дошёл до него не сразу. Кажется, нечто похожее он видел в каком-то фильме, и ничем хорошим это тоже не закончилось.
— Смотрела? — машинально повторил он, — смотрела как мы…
— Я обещала поделиться с ней тобой.
Молчание.
— Сказала, что ты не будешь против.
— Решила за меня?
— Прости.
Денис поморщился. Сообщить такое, а потом сказать «прости».
(…но снизу постучали)
— Не буду против побыть вещью? — спросил Денис.
— Вещью?
— Делятся вещами, не людьми. Заигралась?
И, несмотря на это, Денис продолжал любить её. Вернее, он так думал.
Видимо, ошибался.
— Денис, она реально помешалась на тебе, — сказала Ангелина, — бредила тобой. Мечтала о тебе. Я подумала, что если она увидит нас… тебя, то успокоится хоть немного.
— И где логика? — спросил Денис, — увидит и успокоится? Ты бредишь?
— Нет, Денис! Нет! Это как… как зависимый человек. Он принимает дозу и успокаивается, — с отчаянием в голосе пояснила Ангелина.
— На время, Геля. На время успокаивается, — Денис закрыл глаза, — а потом всё становится только хуже.
— Я думала она увидит и успокоится.
— Но она не успокоилась, и тогда ты решила поделится с ней, да?
Ангелина расплакалась, и Денис прервал связь.
— Больно было? — спросила Даша и сделала глоток из своего бокала, смешно поморщилась. Вопрос был, конечно, глупым, и Даша понимала это. Тебе было больно, когда тебя р.е.з.а.л.и?
— Добавить колы? — предложил Денис и потянулся за бутылкой.
— Нет, норм, спасибо, — она прислушалась к музыке, негромко звучащей из умной колонки, — дип-хаус?
— Угу. Не много алкоголя? Добавить колы? Ты же девочка.
Она мельком и слегка настороженно глянула на парня, проверяя, издевается он над ней или говорит серьёзно.
— Даша? — позвал он, — ещё колы?
— Норм. Классная тема, — она кивнула на умную колонку. Находиться рядом с ним ей было явно неудобно, но дело было не в Денисе, а в их вражде.
— Ещё льда? — предложил он.
— Всего достаточно, расслабься. — Даша улыбнулась ему, такая милая, расслабленная и уютная, но уставшая, и этот факт добавлял всей ситуации нечто, чему Денис не мог найти определения.
Как кубики льда в коктейле, — подумал он, откровенно любуясь девушкой, — можно, конечно, без них, но с ними лучше.
Она посерьёзнела.
— Как это было? Она просто… просто достала стекло и п.о.р.е.з.а.л.а тебя?
Денис молчал.
— Или я… зашла на частную территорию?
No trespassing, — подумал Денис, у которого теперь с английским всё было в порядке.
Он выпил, потом перевёл взгляд в окно, за которым набирал силу ветер. Его звук — мрачный, тревожный, даже слегка угрожающий — странным образом успокаивал. Вайб их вечера, состоящий из одних противоречий, сомнений и «а вдруг», «может быть», «стоит или нет»? Денис был расслаблен, потому что Даша была рядом, и вместе с тем напряжён, причём по той же самой причине. Терять контроль над ситуацией и нельзя было ни в коем случае. Но разве это уже не случилось в тот момент, когда он передал ей бокал с виски и колой.
(и кубиками льда, — шепнула за окном игла)
И кубиками льда, — согласился с ней Денис. Контроль над ситуацией он уже потерял, но контролировать себя пока ещё получалось.
Она — девушка его лучшего друга — была слишком близко, а тот факт, что Вадим доверял им обоим, делала всю ситуацию ещё более хрупкой и деликатной.
— Никаких больше частных территорий, — сказал он, — по крайне мере… для тебя.
— Что это значит? — осторожно спросила она.
Он сам не знал, что это значит.
— Ты ведь с Вадимом. Я доверяю ему. Доверяю тебе.
— Я с Вадимом? Ты…
— Я был в шоке, не чувствовал боли, — сказал Денис, потом подумал немного и добавил фразу, о которой тут же пожалел, — в тот день, когда босс… тренер… узнал, что я не еду на соревнования, было гораздо больнее.
Она удручённо посмотрела на парня, и он ободряюще улыбнулся ей, давая понять, что всё «норм», как сама Даша определила своё отношение к коктейлю, который он для неё сделал. И всё на самом деле было норм. Даже лучше. Ну, если не считать синяков на её запястье.
Прости меня, — подумал он, но произносить этого вслух не стал. Зачем? Она и так простила.
— Досталось от тренера, да? Сильно? — спросила она. Примерно такой же вопрос задал ему Вадим в тот день.
Тот день…
Погружённый в свои мысли Денис не услышал, как на кухню зашёл Вадим, и очнулся только когда друг положил руку ему на плечо. Денис вздрогнул и оглянулся.
— Бухаешь? — спросил Вадим. Денис молча кивнул.
— Что с губой?
— Ничего.
— Ничего?
— Составишь компанию?
— Всё так плохо? Что на этот раз? Досталось от босса? Это он тебя так?
— Да.
— Что ещё?
— Выкинули из команды. Из-за какой-то девчонки.
— Из-за прогулов.
— Без разницы.
Но разница была, он это понимал.
— Договориться не получилось? — уточнил Вадим, хотя и так всё было понятно.
— Договориться не получилось. Как будто могло быть по-другому.
По-другому быть не могло.
Ну, и выкинули его не из-за девчонки. Неужели он сам не догадывался, к чему в итоге приведут постоянные прогулы, опоздания и неудовлетворительные оценки? К чему приведёт его фраза «выставляй все прогулы, только отстань от меня»? Догадывался.
Виски в коле оказалось недостаточно, и Денис подлил себе ещё.
— Водку возьми, — сказал Вадим, — как ты пьёшь этот самогон.
Денису было всё равно, что пить. Водка, виски. Что первое попалось под руку, то и взял. Но он не стал говорить об этом Вадиму.
Напряжение начало понемногу отпускать. На место глухой злости пришла такая же глухая апатия.
— Не трогай Дашу, — негромко попросил Вадим, — это уже всё равно ничего не изменит.
Изменит, — подумал Денис, — мне станет легче.
— И легче тебе от этого не станет.
Денис поднял не него глаза.
— Ты мой друг, — продолжал Вадим, – она тоже… не посторонний для меня человек.
— Просто бывшая одноклассница.
— Дэн…
— Я понял.
— Я не хочу…
— Я понял, — мягко перебил его Денис, — не переживай. Не трону. Она же девочка.
Я не хочу делать выбор — это собирался сказать Вадим. Денису бы в голову не пришло ставить перед другом такое условие. Даше, скорее всего, тоже.
— Чем сейчас займёшься? — спросил Вадим.
— Буду готовиться к зачёту по стилистике. Чтобы не исключили. Чтобы во всём этом был… хоть какой-то смысл.
У Дениса возникло почти непреодолимое желание швырнуть бокал о стену или о пол. Ребята будут играть за первое место, а он будет учить стилистику — мрак. Лютый мрак. Денис прекрасно понимал, кто был виноват во всей этой ситуации. Он. Но ещё он понимал, что Даша могла бы не сдавать его так откровенно, и ей бы это ничего не стоило. К тому же она сама прогуливала. Не регулярно, но систематически.
(ты сам её спровоцировал. сам. и не нужно винить в своих проблемах девчонку)
— Составишь компанию? — спросил Денис у Вадима.
— Я не один. Сейчас провожу её.
— Не один? Я помешал? Почему не предупредил? Я бы подождал в машине.
— Всё нормально. Я провожу её и составлю тебе компанию.
— Угу.
— Только она не хочет, чтобы ты её видел. Можешь подождать в комнате?
Денис удивлённо посмотрел на друга, но не стал задавать лишних вопросов. Не хочет, значит, не хочет. Имеет право. Он предпочитал не лезть туда, куда не просили, хватало своих проблем.
Денис взял с подоконника свой коктейль и пошёл в комнату, но, сделав пару шагов, остановился и повернулся к Вадиму.
Алкоголь наконец-то начал действовать. Пока очень слабо и неуверенно, но это было лучше, чем ничего.
— Дэн? — позвал Вадим, — ты чё?
— Слушай, а Григорьева оказалась не при делах, да?
— Да, — ответил Вадим и достал из холодильника бутылку шампанского. Денис подумал, что это не совсем нормально. У них не всегда были продукты, но всегда было бухло. Тревожный звоночек.
— И ты считаешь, что это нормально? — продолжил он, чувствуя долгожданное лёгкое опьянение. Темнота за окном уже не казалась чем-то враждебным. Это была просто… темнота. А слова тренера… ну, это были просто слова. Sticks and stones can break my bones, but the words can never hurt me. По сути.
— Дэн, команду подвела не она, — заметил Вадим, — и не заьбывай: она — красивая девушка. Парни таких…
— Она красивая ст…а.
— Тем более. Вот ты сам и ответил на свой вопрос. У красивой девушки всегда найдутся защитники.
— Это единственное её достоинство. Красота.
— И она очень неплохо им пользуется.
— Надрался уже? — спросил Вадим, — так быстро?
— Нет.
— Ты сходишь с ума по Даше.
Денис неопределённо махнул головой, то ли соглашаясь с другом, но ли отрицая его слова, и пошёл в свою комнату.
Напиваться.
У закрытой двери в комнату Вадима он снова остановился и повернулся к другу.
— Она там? — негромко спросил он. В глазах Вадима появилось такое знакомое Денису выражение, но он не мог понять, что оно означает. То ли виски мешали, то ли нежелание принимать очевидное. Понимание? Это сейчас было во взгляде друга? Понимание и… лёгкое сочувствие.
— Дэн, тебя реально накрыло.
— Там Даша, да? Просто ответь. Она там?
— Даже если и так, тебя это не касается. Но, Дэн, мой тебе совет: не делай поспешных выводов. Просто выдохни и расслабься.
— Ты с ней с.п.и.ш.ь?
— Это так важно?
— Бывшая одноклассница? Как же…
Вадим покачал головой. Прежде чем уйти, Денис ещё какое-то время смотрел на друга, пытаясь понять что-то.
Понять не получилось.
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Прошлое»