В июле 2018 года в музей-заповедник «Прохоровское поле» на экскурсию приехали гости из Санкт-Петербурга. Это были дети войны, пережившие блокаду. Среди них была женщина, которая держала в руках небольшой газетный свёрток. Она передала его сотрудникам музея со словами «Такой кусочек хлеба спас жизнь мне и моему брату в блокаду».
Этой женщиной оказалась Людмила Дмитриевна Шматова. В беседе с работниками музея она поделилась своей историей.
Когда началась война, ей было всего 3 года. Она помнит, как в самое трудное время блокады, ноябре-декабре 1941 года, её мама Анна Алексеевна, обессиленная от голода и холода, ходила сдавать кровь, чтобы получить дополнительный паек и сохранить жизнь своим детям – ей и 4-летнему брату Борису.
Я очень хорошо помню, когда мама резала хлеб на маленькие кусочки, мы с братом держали указательный палец во рту, чтобы он был мокрый. Если есть крошки, кто из нас первым эту крошку схватит.
Так делали все ленинградские дети. С начала блокады суточная норма выдачи хлеба снижалась 4 раза. С 20 ноября 1941 года рабочие получали по карточкам 250 гр., а служащие, иждивенцы и дети – по 125 гр. Он был горьким на вкус, поскольку муки там было мало, его делали из солода, жмыха, целлюлозы и обойной пыли.
Когда мама уходила на работу, нас с братом сажала на кровать укутанных, и мы сидели. Поговорим и спать ляжем, снова встанем. Только произнесёшь слово – сразу хочется есть. А еды нет. Мы ждём, когда мама придёт, когда она сможет буржуйку затопить, нас на пол спустит, потому что всё трудное, холодное время мы в основном проводили на кровати.
Четырёхлетний Борис очень тяжело переносил блокаду, находился в таком состоянии, что уже не вставал, умирал от дистрофии.
Однажды мама пошла на рынок и выменяла своё золотое кольцо на живую щуку. Она скормила брату эту щуку, он выжил, прожил до 81 года. Хотя соседка говорила не кормить его, всё напрасно, он умрёт. А мама сказала: «Пусть он умрёт, но я буду знать, что он умер сытый».
В июне 1942 года семью вывезли в эвакуацию по Ладожскому озеру. Они уехали в Калининскую область к бабушке Люды.
Мама добилась, чтобы нам разрешили плыть по Волге. А 1942 год, уже начиналась Сталинградская битва. Мы плыли в район Твери, тогда Калинин, потому что в Калининской области находилась мать моего отца. Дорога уже была не из хороших. Уже во всю шли обстрелы, но мы добрались.
Домой они вернулись в 1944 году, к тому времени отец Люды уже был в Ленинграде и добился разрешения вернуть семью обратно. Людмила Дмитриевна хорошо помнит Ленинградский Парад Победы.
Мы жили на Бронницкой, где сейчас кинотеатр «Космонавт». Сада тогда не было, а на разборке работали пленные немцы. Мы вышли на тогда Международный проспект и встречали наших солдат. Не описать, какая была радость.
Сегодня Людмила Дмитриевна также проживает в г. Санкт-Петербурге, является председателем общественной организации «Жители блокадного Ленинграда».
Хлеб, который она передала в музей, был изготовлен Кушелевским заводом по рецептуре 1941 года. Ежегодно в городе к 27 января, ко дню полного освобождения города от немецко-фашистских захватчиков, проходила такая акция.
И сегодня этот кусочек хлеба является экспонатом музея «Битва за оружие Великой Победы», посвященного труженикам тыла.
…О, мы познали в декабре —
не зря «священным даром» назван
обычный хлеб, и тяжкий грех —
хотя бы крошку бросить наземь:
таким людским страданьем он,
такой большой любовью братской
для нас отныне освящен,
наш хлеб насущный, ленинградский...
Ольга Берггольц