- Ты молчалив последнее время, - подметил Елизар.
- Меня предали, хотели убить, я оказался в местах, которые люди обходят стороной, видел то, от чего дар речи потерять можно, - Эрнли перечислил события, которые разделили его жизнь на до и после. – И этих тварей, о которых ты сказал, что они не самое страшное, забыть не могу, до сих пор где-то внутри холодит.
- Эти твари не явят себя там, где есть свет, - сказал Елизар. – Они навсегда заточены в Пустоши и не смогут ее покинуть. Их способна прогнать даже малейшая частичка Света. Их бояться не стоит, куда больше стоит бояться живых, я думаю, ты в этом уже убедился.
Эрнли ничего не ответил. Он продолжил ехать молча, глядя по сторонам. Они вышли из Пустоши, и их путь пролегал по просторам княжества Ардиат. Он думал над словами старика и видя перед собой Мир, наполненный жизнью начинал забывать страх, который испытал. Чем дальше они шли, тем больше он отвлекался от воспоминаний о Пустоши. Он все сильнее ощущал то, как кипит жизнь вокруг. Он слышал, как поют птицы, ощущал дуновения ветра, слышал, как шумит листва на деревьях и трава, ощущал, как его пригревает весеннее солнце.
- В ближайшей деревне пополним запасы, отдохнем сами и дадим отдых лошадям,- сказал Елизар после длительного молчания. – Потом продолжим путь. Из-за того, что мы прошли через Пустошь мы сделали большой крюк.
Они остановились в первой же деревне, что встретилась на пути, как и говорил старик. Хозяин, принявший их на ночлег, радушно встретил и сытно накормил. Эрнли был поражен гостеприимству местных жителей, немного поиграл с детишками, которые начали бегать вокруг него. Ночью он долго не мог уснуть и вышел на улицу. Его окутала темнота весенней ночи, он погрузился в ее тишину, которую нарушали звуки мирно спящей деревни. Он поднял взгляд на небо, усыпанное звездами, долго смотрел на мириады светлых огней, сияющих среди темноты.
- Не спится? – раздался за спиной голос Елизара.
- Да, не идет сон, - ответил Эрнли.
- Не удивительно, - промолвил старик. – Ты побывал в месте, где грани Света и Тьмы, жизни и смерти еле различимы.
Эрнли ничего не сказал, а лишь молча поднял голову к небу.
- Звезда упала, - сказал он, увидев, как яркая полоса света рассекла темноту ночного неба.
- Звезды это души тех, кто противился Свету при жизни, - Елизар объяснял сыну Севера природу этих огоньков среди темного неба. – Каждая живая душа это частичка Света. Создатель помещает их в темноту, чтобы они узрели то, что там дальше во Тьме. Тем душам, которые приняли Свет и осознали его, он позволяет вернуться, помогать другим душам тянуться к Свету.
- Темнота и Тьма, они разные?
- Да, мой друг, - ответил Елизар. – Темнота там, где Свет не ярок, но он есть, а Тьма там, где Света нет совсем. Тьма не принимает Свет, она боится его.
- Сколько нам еще идти? – Эрнли сменил тему.
- Наш путь еще далек, - ответил Елизар.
- Хорошо, - спокойно сказал Эрнли и сделал глубокий вдох, наслаждаясь ароматом ночного весеннего воздуха.
Он поднял голову к небу и продолжил любоваться бисером звезд, мерцающим на темном бархате ночного неба. Чем дольше он всматривался в небо, тем больше звезд видел, тем сильнее поглощал его необъятный простор и глубина. Звезды казались ближе, они начинали мерцать разными огнями и переливались, словно самоцветы в лучах Солнца. Мысли покидали его голову, он видел только звезды, только их бликующий и переливающийся свет, он растворялся в этом бесконечном темном просторе и, казалось, словно плыл среди звезд. Любуясь звездами, Эрнли не заметил, как ушел Елизар. Близился рассвет и северянина начало клонить в сон.
Проснувшись утром, он первым делом пошел к колодцу, набрал холодной воды и, умывшись ею, прогнал легкую сонливость. Стряхивая с лица и бороды капельки воды, Эрнли внимательно смотрел по сторонам. Солнце уже высоко поднялось над горизонтом и заливало своим теплым светом деревушку, затерянную среди бескрайних просторов княжества Ардиат. Жители деревни занимались своими повседневными делами, на северянина, стоящего около колодца, никто не обращал внимания. А сам северянин пристально наблюдал за тем, как мирно протекает жизнь местных жителей. За годы в походах с караванами он видел абсолютно другую сторону жизни, ту, где людями двигала алчность, желание и стремление получить как можно большую выгоду.
- Проснулся? – добро улыбаясь спросил Елизар. – Я думаю, мы можем отдохнуть здесь еще один день. В путь отправимся завтра на рассвете.
- Хорошо, - послушно согласился северянин.
День отдыха пошел северянину на пользу. Из его мыслей ушли воспоминания о Пустоши, о тварях, которые ее населяют. Отправившись в дальнейший путь, он часто оборачивался, наблюдая, как маленькая деревушка растворяется в дали и сливается с линией горизонта. По пути они посетили еще много деревень, каждая из которых была похожа на предыдущую, но от нее отличалась. Эрнли любовался бескрайним простором, который окружал его, он любовался той жизнью, которую смог разглядеть в этом просторе, что окружал его.
- Воспоминания о Пустоши тебя больше не тяготят? – спросил Елизар, расположившись на вечерний привал.
- Я до конца своих дней буду помнить это место, - ответил Эрнли. – Но прежней тяжести от воспоминаний и мыслей у меня нет. Там мне казалось, что небо вот-вот упадет мне на голову, а тут мне кажется, что я песчинка на берегу моря. Я иначе начал смотреть на мир вокруг, на свою жизнь, на жизнь тех, кто меня окружает.
- Когда мы нашли тебя в лесу, ты был на волоске от смерти,- признался Елизар. – С такими ранами, как у тебя, долго не живут. Ты боролся со смертью, ты не хотел умирать, тебя держала по эту сторону жизни мысль о мести, ты хотел отнять жизнь того, кто отнял жизнь твоего отца, предал тебя.
- Я слышал голоса, слышал, как чей-то голос звал меня, - внезапно для себя вспомнил Эрнли. – Я словно засыпал, но проснувшись, не мог пошевелиться, всё было словно в густом тумане, звуки, голоса все было где-то далеко, только один голос я слышал явно и чётко. Потом я почувствовал, меня, словно кто-то ухватил за плечи, и вытащил из этого тумана, а открыв глаза, я очутился в хижине в том лесу.
- В тебе очень сильна воля к жизни, ты сам не представляешь на сколько, - Елизар лукаво улыбнулся. – Ты прошел по той самой грани, которая разделяет жизнь и смерть. Твоя жизнь, ты сам уже не будете прежними.
- Я не поблагодарил тебя за то, что спас меня, - произнес Эрнли, в интонации которого слышались извинения за свою грубость. – Спасибо!!! Я жив благодаря тебе, я здесь благодаря тебе.
- Не стоит, - Елизар ответил на благодарность северянина. – Твои раны залечил не я, я мой давний друг и соратник. Уверен, ты и его помнишь, он был со мной в Линденгерне.
- Он представлялся твоим сыном?
- Да, то именно он, - Елизар кивнул в ответ. – Он отправился в Ардиат раньше, поэтому ты не встретил его в Лесу.
- Тот легионер, ты сказал, что он брат Императора?
- Да, он брат Императора Эдвина, - подтвердил Елизар. – В событиях, которые происходят сейчас, он играет огромную роль.
- Я сразу понял, что он не простой легионер, тот второй, что был с ним, его сразу выдало его поведение, - сказал Эрнли, вспоминая события, произошедшие несколько лет назад.
- Ты все правильно сделал, - сказал Елизар. – Отнять жизнь просто. Подарить жизнь гораздо сложнее. Ложись спать, я послежу за костром.
Эрнли не стал перечить. Он уснул быстро и крепко спал до того самого пока старик не разбудил его. Заняв место у костра, он подбросил в него дров. До самого рассвета он сидел, наблюдая за тем, как играючи пламя пожирает хворост. Его мысли витали вокруг событий, которые изменили его жизнь. Оказался бы он здесь, если б согласился с тем, что раненного легионера нужно добить. Его смерть могла привести к тому, что он сам бы сгинул в том лесу. Когда легионеры сбежали, он позволил им уйти, не отправив погоню. Все время его преследовало чувство, что он обязан поступить именно так, что жизни этих двоих важны для него в первую очередь.
- Я все вспоминаю тех легионеров, - Эрнли первым начала разговор, как только они тронулись в путь. – В бою я сам ранил его, но добивать не стал, словно что-то, или кто-то остановил мою руку. Я сохранил ему жизнь, позволил вылечить, позволил сбежать. Все это время меня словно подталкивали к этим решениям.
- Создатель никогда не оставляет своих детей, - сказал Елизар, повернувшись к своему попутчику и посмотрев ему в глаза. – Он даровал нам свободу воли, но всегда предостерегает нас от неправильных поступков. Незаметно, подавая знаки, подсказывая нам. Не всегда мы можем правильно понять, истолковать посылаемые знаки и подсказки. Любой человек, которого ты встречал в своей жизни, любое событие, как радостное, так и плохое это часть Его Замысла. В тот день, когда у раненого началась лихорадка, ты ведь был готов согласиться с Хеймладом и убить его, но появились мы. Я видел, что ты отчасти был рад нашему появлению, ты не хотел его смерти. Мы появились именно тогда, когда ты был максимально близок к неправильному решению. Ты до последнего не решался, ты прошел это испытание. Помнишь, как шли дела, когда ты только начал зарабатывать трудом наемника?
- Да, помню, - ответил Эрнли. – Заказов было мало, нам не доверяли, нас не знали. Я был готов сдаться, но заказы пошли.
- Ты же видел, что Хеймлад метил тебе в шею? – спросил Елизар.
- Да, видел, - ответил Эрнли. – В тот день меня словно пронзило ощущение того, что произойдет что-то, я ощущал что-то не так, но понять не мог. Когда я дрался с Хеймладом, я понимал, что не смогу его победить. Но я не верил, что умру в тот день, я не ощущал того, что мой путь пройден.
- Возможно, ту стрелу тебе в грудь направили специально? – спросил Елизар, не подразумевая, что получит ответ на свой вопрос.
Эрнли ничего не ответил. Старик дал ему понять, что в текущих событиях и ему отведена роль, которую он должен сыграть. Он понял, что старик не раскрывает ему и малой толики того, что знает сам о происходящем. Он не стал донимать старика расспросами о том, что ему известно и чем он не делится с ним. Через несколько дней пути северянин почувствовал, что Солнце стало заметно горячее, что воздух стал более знойным и наполнился другими запахами.
- Мы на границе со Степью, - Елизар объяснил заметные изменения в природе вокруг. – Там за рекой начинаются владения ханов, их пастбища и угодья. Завтра утром найдем брод, а пока отдыхаем.
Пока Елизар разводил огонь и готовил скромный дорожный ужин, Эрнли напоил и стреножил лошадей. Ему нравился теплый вечерний воздух, наполненный ароматом разнотравья. Он любовался закатом, мягкий свет которого отражался в тумане, лежащем над водной гладью. Казалось, будто заходящее за горизонт Солнце плавится и растекается вокруг. Природа этих земель разительно отличалась от природы его родины, суровой и негостеприимной. Он побывал во многих уголках Мира, но ни один из них не произвел такого впечатления как Ардиат. Возможно, что окажись он здесь раньше, то просторы княжества не произвели бы на него такого впечатления. Он нащупал на груди шрам от стрелы, поймав мысль о том, что это клеймо, которое ему оставила сама смерть, давая понять, что его время еще не пришло.