Старые китайские мудрецы называли деревянную палку – матерью оружия. Это самое древнее и самое демократичное оружие. Не случайно палка-трость нравится не только мне, но и другим уважаемым людям.
Уважаемый царь Соломон в своей 26:3 библейской притче неплохо сформулировал: "Бич для коня, узда для осла, а палка для глупых".
Уважаемый А.С. Пушкин охотно копил трости, в том числе непростые. Когда в 1824 году он приехал в ссылку в Михайловское, то заказал себе железную трость. Его изготовили псковские кузнецы. Кучер обслуживавший опального поэта вспоминал:
«Палка у него завсегда железная в руках, девяти фунтов весу [около 4 килограммов], уйдет в поле, палку кверху бросает, ловит ее на лету, словно тамбур-мажор [главный барабанщик в полку]» (Пушкиногорье». Гейченко С.С.)
Почти мой боевой WORKOUT.
Не менее уважаемый поэт С. А. Есенин тоже был не дурак подраться палкой по-русски, хоть и бухал как ирландец. В своей делириозной поэме "Черный человек" он очень таки жестко бился тростью с черными глюками и зелеными чертями:
«…Я взбешен, разъярен,
и летит моя трость
прямо к морде его,
В переносицу…»
Если надо защищаться чем-то твердым типа палки, дубинки, баты, свэггера, куботана, сковородки (как на представленной картине американского художника Дэнни Галиоте "Черт, сломала ноготь") то кого-то достаточно просто бить, а кого-то "просто" бить недостаточно, помните, как у Высоцкого
«Если вам ударить в глаз,
вы конечно вскрикните,
раз ударить, два ударить,
а потом привыкните..»
Нижеследующее стоит учитывать при самообороне. Если в бытовом конфликте можно тупо лупить оппонента палкой по мягким частям тела, то в криминальной ситуации целесообразно бить противника (противников) в крупные суставы и мелкие кости конечностей, для механического ограничения враждебной подвижности. Еще 150 лет назад гениальный врач Чезаре Ламброзо в своей книге "Человек преступный" написал:
«Анальгезия (резкое уменьшение болевой чувствительности) – представляет самую значительную аномалию врожденного (профессионального) преступника. Тюремные врачи знают, что преступники часто малочувствительны к самым болезненным операциям (например, прижигание каленым железом). Один вор перенес ампутацию ноги, не испустив никакого стона, и тотчас после операции стал играть с обрубком. Один убийца, выписанный за истечением срока наказания из каторжной тюрьмы на острове С., просил директора оставить его еще на некоторое время, когда его просьбу отклонили, он себе разорвал рукояткой большой ложки живот, затем спокойно поднялся по лестнице, забрался на свою постель и спустя короткое время умер без всякого стона…
Лица, обладающие указанной способностью, считают себя привилегированными и презирают нежных и чувствительных. Этим грубым людям доставляет удовольствие беспрестанно мучить других, которых они считают за существа низшие. Таков двойной источник жестокости преступников, как это справедливо замечено Бенедиктом. Видя страдания другого, мы при помощи нашей памяти испытываем те же ощущения; на нас отражаются, так сказать, эти страдания. Отсюда рождается сострадание, которое мы считаем добродетелью. Чем мы чувствительнее, тем более мы склонны к состраданию. При врожденном понижении чувства боли и неприятных ощущений склонности к состраданию почти не замечается».
С тех пор ничего не изменилось. Наоборот, если тогда это было характерно для асоциальных психопатов и хулиганистых алкашей , то с повсеместным криминальным распространением психоактивных веществ (одним из существенных эффектов которых является снижение болевой чувствительности вплоть до анальгезии), понимание куда, чем и как бить злодеев, становиться важнейшим условием эффективности активной самообороны.
Короче, носишь твердое с собой - потренируйся.
Автор текста: Бакунин А.О.