Всем привет!
Продолжаю своё повествование, хотя вижу, что некоторых прямо штырит от моих рассказов, значит я двигаюсь в правильном направлении. Когда происходит попытка обесценить людей, которые пережили блокаду, получив медаль за оборону Ленинграда, у меня возникает только один вопрос:
Есть ли в этих нелюдях хоть что-то человеческое?
Как прабабушка Мотя посмела работать в блокаду комендантом газоубежища, ведь туда брали людей без образования. Серьезно? Вам напомнить, как война сравняла всех или вы плохо изучали историю.
Прабабушке Матрёне в 1917 году было всего 12 лет, а в 20 лет она уже родит мою бабушку Галю, занимаясь дома швейным ремеслом. Так кем она должна была пойти работать в блокаду, если до войны человек работал на себя дома. А уж после благородного поступка прабабушки, когда она взяла к себе жить ребенка от чужой женщины, только у ничтожества повернется язык сказать что-то плохое в её адрес.
Самое удивительное, что этим злыдням, кто агонизирует в адрес моей семьи о своих предках и рассказать нечего. Мой прадед Федор будучи полковником лично был знаком с легендарным летчиком Пилютовым.
Все обгадили и обесценили. Готова ли я была к этому, когда снова решила повторить историю своей семьи? Естественно готова, поэтому и продолжаю свой рассказ, несмотря на всю эту пыль за моей спиной.
Как я теряла своих родных
Как складывались отношения прабабушки Моти (с тётей Катей и её дочкой Ниной) после смерти прадеда Федора? Замечательно. Они ездили к другу домой, гостили на даче, вместе гуляли по Ленинграду. В последние годы у прабабушки Моти начнется Альцгеймер. Она будет очень спокойной бабушкой, но с явными провалами в памяти. Из воспоминаний тети Нины:
Один раз я приехала к своим на Рубинштейна. Галя открыла мне дверь. За её спиной стояла маленького росточка бабушка Мотя, выглядывая из-за спины Гали.
Мама, кто к нам приехал?
Любимая моя!
Ну, а имя у твоей любимой есть, как её зовут.
Дорогая!
Прабабушка Мотя умрет в 1985 году, а в 1987 уйдет и бабушка Галя. Я подняла архив Куйбышевской больницы (ныне Мариинской) у бабушки Гали была онкология позвоночника, а не доброкачественная опухоль, как все раньше думали. Смотрю сейчас на военные фото, как человек у условиях войны закончил школу и поступил в вуз. Вот где была стойкость, выдержка и терпение.
Ещё более трагично сложится судьба дедушки Коли.
Он погибнет в 1992 году от ноги нашей соседки, которая нанесет ему удар в живот, в результате чего разорвется толстая кишка. Через сутки разовьётся перитонит и 10 июля 1992 года дедушки не станет. Мне будет всего 17 лет и умрет он практически на моих руках.
А ещё через месяц от мамы уйдет отчим, к моей тётке (родной сестре моего отца), но это уже другая история. Сейчас я понимаю, что не хочу больше никаких подробностей и откровений. С квартирой на Рубинштейна связано много боли. Ожог дочери, убийство деда, проживание с овчаркой соседки. Всё это закалило меня настолько, что потуги озлобленных и закомплексованных теток меня давно не трогают. Вот такая история отдельно взятой Ленинградской семьи.