Маша и Алексей всегда считали себя людьми, которые знают, чего хотят от жизни. Их представление об идеальной семье было простым: один ребенок — отлично, двое — максимум, три и больше — ни за что. Они тщательно планировали всё: от первого отпуска после свадьбы до появления ребенка. Старший сын был запланированным, долгожданным. Второй малыш оказался сюрпризом, но они приняли его, как подарок судьбы, усилив меры контрацепции, чтобы больше "случайностей" не было.
Четыре года их жизнь была похожа на картину из семейного календаря: двое счастливых детей, уютный дом, полное взаимопонимание между супругами. Но однажды, поздним вечером, раздался звонок в дверь.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила Маша, вытирая руки о полотенце после ужина.
— Нет. Может, соседи? — Алексей пожал плечами и направился к двери.
На пороге стояла незнакомая женщина с мальчиком лет десяти. У неё были усталые глаза, а в руках застиранная сумка. Она выглядела нерешительно, но говорила твёрдо.
— Вы Алексей? — её голос дрогнул.
— Да, это я. А вы кто? — он нахмурился.
— Меня зовут Ольга. Это... это ваш сын, — она указала на мальчика, который стоял рядом и молчаливо глядел в пол.
Маша подошла ближе, услышав последние слова.
— Простите, что? — её голос дрогнул. — Какой ещё сын?
— Я могу объяснить... — начала Ольга, опуская взгляд.
— Думаю, вам лучше зайти, — Алексей открыл дверь шире. В его голосе звучала растерянность.
Когда они все сели за стол, Ольга начала рассказывать свою историю. Она объяснила, что встречалась с Алексеем до его свадьбы с Машей. Узнала о беременности слишком поздно, а потом решила справляться сама. Но жизнь пошла под откос: потеряла работу, начала выпивать. Теперь органы опеки грозили забрать ребёнка.
— Я... я не знала, что ещё делать, — она сжала руки так, что побелели костяшки. — Я искала его отца, чтобы он помог. Больше у нас никого нет.
— И вы думаете, мы просто так примем мальчика? — Маша не могла скрыть возмущения.
— Я не прошу... Это... это сложно, я понимаю. Но он не виноват, — Ольга посмотрела на сына. — Просто подумайте.
Алексей сидел молча, будто не слышал разговора. Наконец, он заговорил:
— Ты уверена, что я отец?
— Тесты ДНК подтвердят, — Ольга вздохнула. — Я не вру, Алексей.
После этого вечера всё пошло не так, как планировали Маша и Алексей. Тест подтвердил отцовство, и теперь перед ними стоял выбор. Ночные разговоры не давали результата.
— Я не могу просто отвернуться, — говорил Алексей, глядя на Машу.
— Ты думаешь, мне легко? — её голос дрожал. — Мы планировали жизнь, а теперь всё летит к черту! Но я... я тоже не могу бросить его.
Они решили попробовать. Сначала мальчик приходил на выходные. Алексей помогал ему с уроками, а Маша готовила любимые блюда. Но мальчик был замкнутым, редко улыбался.
— Он привыкнет, дай время, — сказал Алексей однажды, увидев, как Маша стоит у двери его комнаты.
— Я просто боюсь, что не справлюсь, — призналась она.
Но времени на адаптацию не было. Через год в их дверь снова постучали, но на этот раз новость была хуже. Брат Алексея с женой попали в автокатастрофу. Пятилетняя девочка и двухлетний мальчик остались сиротами.
— У нас нет выбора, Маш, — Алексей держал её за руку, пока они сидели в машине перед домом брата.
— Знаю, — она закрыла глаза. — Я просто боюсь, что это нас разрушит.
— Мы справимся, — Алексей сжал её руку. — У нас есть друг друга.
С тех пор их жизнь превратилась в хаос. В доме было шумно, игрушки лежали повсюду, а бытовые проблемы казались бесконечными. Алексей заметно поседел, а Маша каждый вечер чувствовала себя на грани.
— Это не та жизнь, которую я представляла, — однажды сказала она Алексею.
— Но это наша жизнь. И у нас есть дети. Это главное, — он обнял её, и она впервые за долгое время почувствовала себя немного спокойнее.
Прошло два года. Маша едва узнавала свою жизнь: шестеро детей, постоянный шум, нескончаемые обязанности. Их дом был полон смеха, плача и беспорядка. На месте прежней, упорядоченной жизни остался лишь хаос. Алексей старался помогать, но усталость сказывалась и на нём. Каждый день был похож на марафон, где не видно финиша.
Но именно в этот период, когда они едва сводили концы с концами, жизнь приготовила ещё одно испытание.
— Маш, тебе звонят, — Алексей протянул телефон, прикрывая микрофон. На нём была рабочая видеоконференция.
Маша взяла трубку, не глядя на экран. На том конце провода раздался взволнованный голос:
— Это Лена. Маша, у меня плохие новости... — голос подруги сорвался. — Это Оля. Она... она умерла.
Маша с трудом переваривала услышанное. Оля, её подруга детства, была как сестра. Они вместе росли, поддерживали друг друга в самые трудные времена. А теперь... всё закончилось.
— Её малышке нужен опекун. Я знаю, как это звучит, — продолжила Лена, голос дрожал. — Родителей Оли нет, её отец ребёнка... Ты знаешь, он женат. Он не хочет брать девочку. Но я вспомнила, как ты однажды говорила, что всегда поможешь.
Маша молчала. Она не знала, что сказать. В этот момент в голове вихрем проносились мысли: "Ещё один ребёнок? Шестой? Мы и так на грани. А если не возьму? Кто её спасёт?"
Вечером, когда дети уснули, она рассказала Алексею.
— Маша, ты понимаешь, о чём говоришь? — Алексей обхватил голову руками. — Мы не справляемся и с тем, что есть. Я уже не говорю о деньгах...
— Это дочка Оли, Лёша, — перебила Маша, её голос дрожал. — Она была мне как сестра. Ты бы оставил?
Алексей поднял взгляд, в котором читалась усталость, но и понимание.
— Я не знаю. Но если мы сделаем это, пути назад не будет.
Документы оформили через три месяца. Малышке исполнилось всего три месяца. Когда её привезли домой, дети окружили сестрёнку, заваливая вопросами.
— Её зовут Лиза, — сказала Маша, качая младенца. — Она будет с нами. Теперь мы её семья.
Но жизнь с новорождённым оказалась ещё сложнее, чем они думали. Бессонные ночи, беспокойство за старших детей, которые недополучали внимания, финансовые трудности — всё это било по их браку. Однажды ночью Алексей не выдержал.
— Маш, я больше так не могу, — сказал он, стоя в дверях спальни. — Мы разрушаем друг друга. У нас уже нет ни нас самих, ни отношений.
Маша молча стояла. Он был прав, но отказаться от детей? Это было невозможно.
— Ты хочешь уйти? — её голос звучал спокойно, но глаза выдали боль.
— Нет, — ответил он, устало садясь на край кровати. — Просто мне нужно время. И тебе тоже.
Спустя недели тяжёлых разговоров, компромиссов и редких моментов счастья, они начали привыкать к новому ритму жизни. Утро начиналось раньше, заканчивалось позже, но в этом хаосе всё ещё было место любви.
Однажды вечером, когда младшая уже уснула, Маша открыла коробку с письмами Оли. Среди них было одно, адресованное ей. Маша развернула бумагу и начала читать.
"Маша, если ты читаешь это, значит, меня уже нет. Я знаю, что у тебя своя жизнь, семья, заботы, но если ты сможешь, помоги Лизе. Она — всё, что у меня было. Ты всегда говорила, что жизнь не спрашивает нас, готовы ли мы к испытаниям. Ты права. Ты сильная, и я знаю, что ты справишься."
Слёзы застилали глаза, но внутри стало легче. Она закрыла письмо, взглянула на мирно спящую малышку и улыбнулась. Это было их решение, их жизнь. И она была готова сделать всё, чтобы дети были счастливы.