«(Не) как две капли воды». Глава 2
Глава 1
Маргарита продолжала стоять за шкафом, отбывая свое наказание, а Катя ушла на кухню, успокаивать Ангелину. Женщина безумно устала от ссор дочек, которые происходили несколько раз за день. Она консультировалась с парой детских психологов на тему ревности между детьми, но те лишь призывали к терпению и равному проявлению любви к обеим девочкам.
Знакомые мамочки, у которых было от двух детей и больше, разделились во мнениях. Одни говорили, что это временно и дети «перерастут» ревность, начнут дружить. Другие утверждали, что с Марго нужно быть строже с самого детства, потому что у девочки врожденный ужасный характер, и в будущем она принесет семье только проблемы.
Катя терялась в изобилии советов и информации, которую изучала сама, когда была свободная минутка. Единственное, в чем она была уверена – она не справляется самостоятельно. Но Аделаида Георгиевна, свекровь, узнав о желании невестки в три года отдать девочек в детский сад, устроила настоящий скандал. В прошлом жена генерала, а в настоящем вдова, женщина с жестким характером и верой в шаблон «жена должна заниматься домом и детьми, а муж – обеспечивать семью» не могла допустить, чтобы невестка была не «за сыном» во всех смыслах, а девочки проводили время в «каких-то садиках». Юра, воспитанный в жестких рамках, привык во всем полагаться на родителей. Поэтому, выслушав речи матери, он убедил Катю не спешить с выходом из декрета, надеясь, что со временем все само как-то решится.
Катя выдержала чуть меньше года, а затем устроила детей на полдня в частный детский сад, о чем поставила перед фактом мужа. А спустя несколько дней об этом узнала и свекровь. Был жуткий скандал, но в этот раз Катя не уступила. Это пошло ей на пользу: у нее появилась возможность заняться своим здоровьем и иногда позволяла себе часок-другой отдохнуть.
За четыре года она вымоталась морально и физически, проводя с дочками двадцать четыре часа в сутки, похудела и побледнела. Свекровь не забывала упрекнуть в этом невестку, но и помогать не спешила.
Вообще помогать с детками было некому. При хорошем финансовом положении муж отказался нанимать постороннего человека в помощь жене, а сам возвращался с работы слишком поздно, чтобы хотя бы погулять с дочками. Свекровь любила внучек на расстоянии, навещая девочек раз в месяц, а родители Кати жили в деревне и занимались небольшим хозяйством.
Происхождение Кати было одной из основных причин нелюбви Аделаиды Георгиевны к невестке – выбор сына пал на «простушку и деревенщину». Не спасали впечатление ни хорошие манеры девушки, ни высшее образование, ни умение вкусно готовить и хорошо вести быт. Появление Марго немного смягчило женщину, так как внешностью и характером во многом напоминала ее саму. Именно бабушка настроила внучку, как только девочка научилась говорить, звать ее Марго. По мнению Аделаиды Георгиевны, Рита звучало слишком просто, и не соответствовало сильному характеру и огненному темпераменту внучки. Она же единственная всячески поддерживала упрямство и чувство гордости у внучки, чем единственная завоевала любовь маленькой девочки.
Катя посадила Ангелинку на кухонный диванчик и присела на корточки напротив нее. Девочка была точной копией своей мамы. Только глаза были папины.
– Мама, почему Рита меня не любит? Я просто хотела с ней поиграть…
– Геля, понимаешь… – Катя тяжело вздохнула. – У твоей сестры очень непредсказуемый характер. Это значит, что она часто сама не знает, чего хочет, что чувствует и зачем делает то, что делает. Я думаю, что она тебя любит, но почему-то не может это показать…
Катя вытирала бумажной салфеточкой детские слезинки на щеках и как могла уговаривала дочь простить сестру. У самой Катерины было два старших брата, которые всегда тепло относились к ней, баловали ее и защищали в школе от обидчиков. Она всегда мечтала о сестренке, с которой могла бы играть в девчачьи игры. Глядя на двойняшек, поверить не могла, что отношения сестер могут быть такими сложными с раннего детства. Оставалось надеяться, что со временем Маргарита перестанет издеваться над сестрой, и они все-таки подружатся.
Тогда Катя еще не знала, что все станет только хуже.
Десять лет спустя.
– Что, сестренка, очередную пятерку хочешь получить? – Марго налетела на Гелю и положила той руку на плечо. – Не надоело тебе ботанить? Скоро начнется взрослая жизнь, куда-то поступать придется, работать, замуж выходить, а ты даже с парнем не целовалась.
Ангелина густо покраснела до корней волос и стыдливо опустила глаза.
– Не говори глупостей. В пятнадцать лет думать о близости рановато, тебе не кажется?
– А когда же об этом думать? В пятьдесят будет поздновато. – Марго громко рассмеялась, заставляя других учащихся гимназии обернуться и посмотреть на рыжеволосую девушку с интересом.
Девушки медленно шли по коридору в сторону выхода из учебного заведения. Ангелина только вышла из библиотеки. Она понимала, что дома Марго просто не даст нормально сделать уроки, поэтому задержалась на пару часов и самые сложные задания сделала в гимназии. Почему сегодня Маргарита еще не ушла из учебного заведения, для девушки было загадкой.
Сестры проходили мимо зеркальной стены возле гардероба. Геля бросила быстрый взгляд на отражение. Она была миниатюрной, хрупкой девушкой с большими серыми глазами в обрамлении густых черных ресниц. Волосы, которые после выходки Марго десять лет назад пришлось подстричь под каре, давно отросли. Сейчас, даже собранные в высокий хвост, они спускались чуть ниже пояса.
Рядом шла Марго. Сестра была на полголовы выше, с огненно-рыжими волосами, которые волнистым облаком окутывали плечи девушки. Один непослушный завиток все время выныривал из общей массы волос и закрывал один глаз девушке, но тут же привычным движением руки заправлялся обратно за ухо. Марго стригла волосы до лопаток и никогда не собирала их резинками и заколками. Глаза сестры были темными, и порой казалось, они становились еще темнее, если девушку накрывали сильные эмоции. Сейчас они будто горели внутренним огнем и выпускали искры.
– Маргош, а ты чего такая… – Ангелина закусила нижнюю губку и внимательно присмотрелась к сестре.
– Какая? – Марго прищурила глаза и искоса бросила взгляд на сестру.
– Перевозбужденная. Что-то случилось?
– Тебе кажется. – Марго убрала руку с плеча сестры и засунула обе руки в карманы темно-зеленого жакета, надетого поверх белоснежной рубашки. – Но, возможно что-то и случится… – загадочно добавила и с довольной улыбкой вышла из гимназии на крыльцо, залитое лучами весеннего солнца.
– Надеюсь, это что-то хорошее?
– Зависит от того, как на это посмотреть. Но для меня очень хорошее! Расслабься, Ангел! Все будет хо-ро-шо! – пропела Марго, и заметив своих подруг на лавочке, резко развернулась к сестре. – Деньги у тебя есть?
Геля вздохнула и вынула пару сотен рублей из кармана темной юбки. Марго выхватила бумажки, и, не поблагодарив, махнула на прощание и убежала к подругам.
Ответ сестры Ангелине не понравился. К пятнадцати годам девушка уже хорошо усвоила: Марго не любит никого, кроме себя, и немного бабушку Аделаиду разумеется. А все, что для нее «хо-ро-шо», как правило, делает плохо всем остальным.
продолжение