-У неё не было котла и очага. Зелье тётка варила совершенно обыденно, как суп - на газовой плите в коричневой эмалированной кастрюле с розочками.
...Я договаривалась с собой, что время лечит, всё пройдёт. Ходила в салон на стрижку, ногти и массаж, занималась йогой и голоданием, стояла на гвоздях, напивалась до беспамятства в клубах. Не помогало ничего. Я словно зациклилась и каждый раз, мысленно возвращалась в тот день, вспоминая несущественную мелочь, болезненно смакуя каждое сказанное злое слово, которое с яростью бросала ему в лицо. Он что-то пытался объяснить, а я как в дешёвом сериале ревела, громко кричала и даже била тарелки. Потом, внезапно успокоившись сказала:
- Ненавижу тебя! Сдохни!
И ясно представила, как его внедорожник не может разойтись со встречкой. Мокрый снег, слепящие фары грузовика, отбойник, грохот железа, крик.
Он ушёл, а ночью позвонила его мама:
- Кира в реанимации. На мосту уходил от столкновения с фурой, влетел в отбойник. Машина загорелась.
Как я хочу всё забыть!
...Тойоту я бросила у зелёного выцветшего от времени дома - бывшего деревенского магазина. На пыльном окне расходящаяся лучами решетка, на двери - тяжёлый амбарный замок. Ирка, сказала, что дальше только пешком. Сначала прямо до старого автобуса. а потом налево мимо Дворца культуры. Дом с желтым забором.
- Просто открывай калитку и входи. Стучаться не надо, она уже будет знать, что ты пришла, да и зачем пришла - тоже.
Ирка несколько дней уговаривала меня съездить к этой тётке в какой-то медвежий угол. Уверяла, что она сильная - мне поможет и я отправилась к ведьме за зельем забвения.
...Сердце бешено колотилось. Несмотря на неожиданную в мае жару, мои пальцы заледенели, а зубы я крепко сжимала, чтобы не клацали. Надо было надеть тёплую кофту и кроссовки - мои туфли совсем не подходят к походу по деревенской дороге.
Сразу за поворотом налево оказалось двухэтажное кирпичное здание. Почерневшее с местами обвалившейся мозаикой на фасаде и большими буквами-чеканками Дворец культуры.
У входа вместо скамейки стоял ряд скреплённых между собой продавленных кресел из бордового дерматина, рядом валялись велосипеды. Из открытой настежь двери доносилась музыка. Кто-то репетировал песню.
Дальше шел небольшой заросший прудик и ряд деревенских домов, спрятанных внутри палисадников.
У одного из них стояли две женщины. Они весело смеялись и размахивая руками что-то обсуждали. Я была совсем близко и даже слышала обрывки разговора. Заметив меня они замолчали.
- К Иванихе! - произнесла одна из них.
Вот и дом с жёлтым забором у которого лежала и грелась на солнце старая беспородная рыжая кошка. Чуть постояв, я решительно открыла калитку и вошла во двор, прошла по дорожке и поднялась по ступенькам в дом.
- Заходи! - раздался женский голос - Заходи раз пришла!
Я вошла и оказалась на маленькой кухне. Плита, холодильник, кухонный гарнитур, телевизор на стене. Это совсем не то, что я ожидала увидеть. А что я ожидала? Пучки сухой травы под потолком, стеклянный шар, ведьму с длинными ногтями в мантии, бабку похожую на Бабу-Ягу, очаг и котел?
- Садись.
Вздыхая, она вытащила из холодильника свиную лопатку, положила в кастрюлю, залила холодной водой из крана и поставила на плиту. Заметив мой растерянный взгляд, усмехнулась:
- С мышами и лягушками не работаю, а люди сейчас не очень-то хотят расставаться с младенцами даже если очень хотят получить зелье. Свиная лопатка - тоже подойдёт!
- Долго ждать?
- Долго. Выпей чаю, полежи, отдохни.
Всё было совсем не так, как представлялось, не так! Чай, который она налила мне в чашку со странным привкусом, но я наконец-то согрелась. Тепло разлилось по телу, вдруг захотелось рассказать ведьме все, что со мной произошло, но она не стала слушать, а обняла, с усилием подняла с табуретки, повела в комнату и уложила на кровать.
- Зачем Вы меня отравили? - я спрашивала из последних сил сопротивляясь желанию заснуть.
- Да спи уже, глупая! Девять часов за рулем без отдыха. Вон как устала.
***А дальше мои подруги которым я прочитала этот рассказ забраковали окончание. Одна из них требовала мистики или ужасов, а другая сказочной любовной мелодрамы. По этому в мистическом варианте ведьма сварила зелье забвения, всего несколько капель. Она окуривала спящую багульником и болиголовом, очищая мысли и сновидения. Добавляла в варево белые цветки Цыганского мыла - так в детстве мы называли цветы, которые сами по себе росли в изобилии вокруг бабушкиного дома. Бросала в кастрюлю усы рыжей кошки, без спросу стащила слова у болтливых соседок (они потом долго молчали по непонятной причине) и тоже добавила их в зелье. Возможно туда же отправился стакан чистейшего самогона дядь Васи (не пропадать же добру), а впрочем уже понятно, что рецепт зелья мне не знаком, но несколько его капель помогли начисто забыть всё. Все проклятия, угрызения, аварию и Кирилла. Она вернулась домой и устроилась на работу в администрацию города. После работы заходила в магазин, покупала хорошее, дорогое вино и дома в одиночестве смотрела сериал, тщетно пытаясь что-то вспомнить.
Во втором варианте ночью девушку разбудили голоса. Двое спорили шёпотом, почти ругалась. Мужской голос говорил:
- Как вы могли с Иркой за моей спиной! Сестра с тёткой, хороши же!
А женский говорил:
- Она извела себя! А ты сам виноват! Пришёл такой, объявил, что у тебя есть дочь, которой два года и она, что должна была прыгать от радости? А потом, в больнице не захотел её видеть!
- Теть Кать, у меня и лицо, и спина в ожогах. Зачем я ей. Так будет лучше...
- Кирилл, она полгода винила себя в той аварии. Поговори с ней!
А зелье? Да не было никакого зелья! Был чай с душицей и бульон для борща.
П.С. в иллюстрации участвовали атмосферные фотографии села Унорож