Кто читал рассказ про то, как мы завели корову, тому сегодня продолжение про свинью. А кто не читал, и так всё поймёт. Никакой связи между статьями нет, это не сериал и не вторая глава романа про сельскую сладкую жизнь. Пишу, как в голову пришло, отрывками, выдранными из контекста бытия.
- А не хотите ли вы купить поросёнка? – спросил дедушка Ваня после того, как мы привели корову, и как-то сразу очень волшебно с появлением коровы у нас на столе образовались и каша с молоком, и вареники с творогом, и щи со сметаной.
Щи были, правда, на утятине, а это птичка такая, хоть и вкусная, но мало мясная, а больше жирная.
- А давайте! – хором ответили мы, потому что знали, что с таким дедушкой нам всё по плечу.
Так у нас завелись два малюсеньких поросёнка, купленных у немногочисленных тогда владельцев этой скотинки в нашей деревне и приехавших в люльке мотоцикла. Малыши поселились в добротном дедушкином сарае, где раньше жили козы, но, поскольку мы от козлятины носы воротили, дедушка коз потихоньку свёл на нет.
Мы очень мало знали об уходе за свиньями – я городская, а родители деревенского моего мужа их никогда не держали, этого им не нужно было. Мясом их снабжал всё тот же золотой наш дедушка, как и картошкой обеспечивал, и многим другим. Интеллигентно родители мужа жили, настоящие учителя были, в навозе не копались, всю силу отдавали школе.
Была у нас книга, купленная в нашем прекрасном лемешкинском книжном магазине, и написано в ней было про всю домашнюю живность, и с чего начинать, и чем заканчивать выращивание мяса. И пошло-поехало у нас свиноводство на много сытых лет.
Поросята – животные капризные, хоть и свиньи – а чистоплотные, туалет устраивали в определённом уголке, а не в кормушке, куда забирались всеми ногами. Очень любили сухость и тёплую подстилку. И вот эти тонкие и возвышенные существа чуть что – и запоносили, и не поймёшь, то ли простудились они, то ли анемия у них, то ли что-то нехорошее съели, потому что и корм мог от жары закиснуть, и в помоях попасть что-то несъедобное. Это мы очень даже хорошо усвоили и прочувствовали, когда довольно большая уже свинка отдала богу душу от подгнившей тыквы.
От анемии кололи железо – благо меня в институте научили делать уколы на случай гражданской обороны. Как это всё потом в жизни пригодилось, оказывается. И свиней колола, и людей. А ещё для профилактики анемии поросятам давали дёрн, это верхний слой земли с корешками и травой, поросята его молотили за милую душу, мы только успевали приносить. Как ни странно, от земли они не болели животами, а были даже очень довольны жизнью. Это всё мы в той умной книжке вычитали.
А вот когда ничего не помогало, ни уколы, ни дёрн, то заваривали кровохлёбку, которую по совету одной прекрасной женщины, Оли Головановой, заготавливали впрок. Она нам и дала первую порцию этой травки. Тогда многие специально за кровохлёбкой ездили в Дубовый овраг, копали корешки, сушили. Не было таких ветаптек и лекарств, как сейчас, и лечились домашними средствами. Целое приключение было – съездить за кровохлёбкой: детей брали, куда ж мы без них, а они радовались, в люльке ехали, песни пели. Потом их же вместе с поросятами кровохлёбкой и лечили от расстройства пищеварения. Эх, молодость, бесшабашность… Сейчас бы детям этот отвар ни за что не дала, передозировка опасна сильнейшим отравлением.
Кровохлёбка была от этой болезни почти панацеей. А если не понос, а просто русская поросячья хандра, то панацеей, как нам сказали знающие люди, была водка. Попробовали мы в свиноводстве и это чудодейственное лекарство.
Купили как-то поросяток на рынке аж за 100 км, привезли, а один такой грустный сделался, не ест, лежит, щетинка потускнела и дыбом встала – ну всё, думали – конец. Вспомнили про последнее средство, подняли несчастного, залили ему в рот рюмку водки. Он зашатался, к стенке подошёл и боком прислонился к ней, глаза блаженно прикрыл, так и простоял часок. А потом кушать пошёл и радостно подхрюкивать.
Муж тоже обрадовался и, само собой, взял средство на вооружение. Любую простуду и ангину у себя с тех пор начинает лечить рюмкой водки с перцем. Для чего перец, не знаю. Наверное, для пущей важности.
Покупали мы поросёнка и на колхозной ферме, тогда Валя Кирилина там работала. Ох, и подивились мы стерильной чистоте и сухости в клетях, белейшему халату свинарки, огромному количеству шустрых и толстеньких малышей у свиноматок. А ещё тому, что Валентина рассказала, как с утра сама зарезала и освежевала свинью для колхоза, шкуру правда не смолила, а сняла. Колхозная столовая кормила людей мясным борщом и свежими котлетами. И колхозников, и школьников из других сёл, живших в интернате. А мой супруг за много лет так и не научился сам резать свиней…
Был у нас ещё случай со свиньями, целая эпопея. Свиномать-ехидна опоросилась и начала расшвыривать детей ногами, как заправский каратист. Они визжали и всё равно лезли к ней, а она не подпускала, они от ударов летали и бились об стену, сил не было на это смотреть. Семерых мы спасли, как-то изловчились зайти к ней и забрать, а несколько остальных были уже неживые. Кстати, в какой-то опорос у нас было и 17 поросят, хотя сосков всего 12-14 у свиньи бывает. Хорошая мать всех выкормит.
Ну вот. И стала я этим поросятам мамкой. Зима была, отнесли их в баню, отгородили угол, постелили сена. Вычитала всё в той же книжке, что поросят в таких случаях надо кормить каждые 4 часа, почти как новорожденных детей.
Целый месяц вставала среди ночи, кормила из бутылочки, сначала из соски, потом и из горла, и даже, когда чуть подросли, из бутылок от шампанского. Бегала кормить и на больших переменах, и после уроков - сначала поросят кормила, потом детей. Орали они сильно, дети же не орали.
Спасибо корове, всех подняли, все были упитанные, и свиньи, и дети, и телята.
А потом, лет десять назад, наступил один чёрный год, когда объявили африканскую чуму свиней, и, если у кого-то на подворье хрюшка дохла, заставляли сжигать всех свиней в деревне. Ужас что было. Конечно, если малое поголовье у хозяев, как у нас – втихаря резали себе и в морозилку прятали, солили, тушёнку варили. А если много – принудительно свозили в ямы, обливали бензином и жгли…
Так мы и остались без свиней. И больше не заводили. И не хотим. Поживём культурно, как настоящая интеллигенция, на старости лет…)
И для приятного заключения длинного этого повествования немного юмора.
Племянница у нас была трёхлетняя в гостях. Мама с папой по походам, она у нас, два месяца с нами. Умница такая, весёлая девочка. А тут вдруг пригорюнилась, сидит на крыльце, вздыхает и говорит:
- Как я хочу на маму посмотреть!
Я чуть не заплакала.
- Машенька, да она скоро уже приедет!
- Да нет, я не на ту маму хочу посмотреть, а которая в сарае!
Свинья у нас тогда как раз опоросилась, и Машульке нравилось смотреть на поросяток.
До сих пор вспоминаем с улыбкой, а Маше уже 25...
