Глава 1581
Коичи Танака никак не ожидал услышать радость в голосе Ито Нанаки от известия о том, что Е Чэнь прибыл в Японию. «Я разве только что выразился не достаточно ясно? Этот Е Чэнь задолжал Вашему отцу четыре с половиной миллиарда долларов! Почему Вы, кажется, так рады новости о прибытии Е Чэня в Японию?» — невольно подумал про себя Коичи Танака. Однако он естественно не осмелился задать ей такой вопрос напрямую.
Заметив, что Коичи Танака долго не отвечает, она вновь поспешила спросить его:
— Танака-сан, быстро ответьте мне! Правда ли, что Е Чэнь прибыл в Японию?
Коичи Танаке ничего не оставалось, кроме как честно ответить ей.
— Правда, он сейчас в Токио. Я сегодня виделся с ним
— Он в Японии, чтобы взять под свое начало «Кобаяши»?
— Должно быть, так, — правдиво ответил Коичи Танака. — Я и сам не очень осведомлен в деталях его приезда, однако наверняка, должно быть, приехал, чтобы принять в управление «Кобаяши».
На душе у Ито Нанаки появилась тень сожаления. «Если же Е Чэнь в Японии просто чтобы принять в управление «Кобаяши», то он, скорее всего, задержится в Токио на несколько дней и после завршения всех дел сразу же захочет вернуться в Китай? И он точно не приедет в Киото, и я уж точно не увижу его...» — подумала она про себя. На этой мысли у нее внезапно появилось чрезвычайно сильное намерение: ей хотелось отправиться в Токио и увидеть Е Чэня!
Поэтому она поспешно спросила:
— Танака-сан, а Вы случайно не знаете, на сколько дней Е Чэнь задержится в Токио?
s
— К сожалению, я не располагаю такой информацией... — смущенно ответил Коичи Танака.
— Я скажу Ватанбэ-сану, чтобы подготовил все необходимое. Завтра сутра пораньше я вернусь обратно в Токио.
— Обратно в Токио? А Вам разве не хотелось остаться в Киото для реабилитации? Почему Вам вдруг именно сейчас приспичило вернуться? Неужто... Неужто из-за господина Е?
— Да! — без радумья прямо ответила Ито Нанака. — Мне хочется увидеться с Е Чэнем. Если не сейчас, то боюсь, что потом уже не выпадет шанса!
Коичи Танака сразу же почувствовал, что что-то во всем этом было не так
Против воли он начал размышлять об этом внутри: «Госпожа все это время была в высшей степени сдержана, никогда не проявляла особых чувств к противоположному полу. Но теперь она пришла в невероятное волнение от известия об Е Чэне. И ко всему прочему даже хочет завтра с самого утра вернуться в Токио, чтобы увидеть его. Все это как-то слишком необычно... Неужели... Неужели она влюблена в него?!». Эти мысли привели его в ошеломляющий трепет. «Она всегда восхваляла мастеров Ушу, обладающих недюжинной силой. А Е Чэнь как раз был таким мастером и располагал огромной силой, заставлявшей людей терять дар речи при ее виде. Если у госпожи и вправду есть чувства к нему, то все теперь вставало на свои места... Но ее отец — националист до мозга костей. Он давно уже дал ясно понять, что не выдаст дочку ни за кого, кроме японца. Если же ей действительно нравится Е Чэнь и об этом станет ясно, то ее отец непременно сильно разгневается!». Остановившись на этой мысли, Коичи Танака поспешно сказал:
— Госпожа, ни в коем случае не стоит ехать!
— Это еще почему же? — удивилась Ито Нанака.
— Если Ваш отец узнает о Ваших чувствах к господину Е, то чрезвычайно прогневается. И тогда Вы не только не увидетесь с господином Е, но даже и вполне возможно попадете под домашний арест, а у Вашего отца помимо этого появятся намерения ускорить Ваше замужество!
Глава 1582
Хотя Ито Нанака и Коичи Танаку и разделяло расстояние, однако Ито Нанака все же в миг покраснела от услышанных слов.
— Танака-сан... Вы... Вы все неправильно поняли, — замямлила Ито Нанака в свое оправдание. — Я... Я вовсе... Я вовсе не... Люблю... Господина Е...
— Госпожа, я служу клану Ито уже много лет, — сказал Коичи Танака, вздохнув. — И также находился подле Вас достаточно много времени и немного понимаю Вас. Вам вовсе не обязательно скрывать это от меня, да мне и не хочется копаться в Вашей личной жизни
Дело-то в том, что если уж я смог разглядеть Ваши мысли, то что уж говорить об остром глазе Вашего отца? Точно не сможете продолжать скрываться. Я боюсь, что настанет момент, когда Вы, даже не видясь с Е Чэнем, тем не менее всем своим видом выдадите себя сами...
— Это... — Ито Нанака вдруг резко замолчала, словно потеряв дар речи.
Она понимала, что Коичи Танака предупредил ее об этом, полностью руководствуясь своим добрым сердцем. Ей также было известно, что ее отец ни в коем случае не позволит ей иметь хоть бы какую-нибудь возможность отношений с иностранцем. Он уже давно бесчетное количество раз говорил ей, что она может выйти замуж лишь за японца, и не просто японца, а чистокровного японца. Что касало остальных, то даже переселенцы, приехавшие из Китая и Корейского полуострова столетие или два назад и уже прожившие в Японии три или четыре поколения, не были, как казалось отцу, чистыми японцами.
Все равно как в случае с главой холдинговой группы «Софт Банк» Масаёси Соном, инвестировавшим в китайскую компанию «Алибаба». И хотя он был широко известным японским магнатом, но Ито Такехико совсем не считал его японцем. А все из-за того, что дедушка Масаёси Сона на самом деле был корейцем, который много лет назад прибыл в Японию в качестве шахтера из города Тэгу в Южной Корее. Масаёси Сон же родился и вырос в Японии. Многим людям он казался образцовым японцем. Но в глазах Ито Такехико с его националистическими воззрениями Масаёси Сон был не более чем полукровкой. В этом было что-то похожее с отношением американцев к китайским мигрантам. Даже если у китайца имелось американское гражданство, он все равно в глазах некоторой части населения оставался все тем же китайцем.
Как раз от того, что Ито Нанаки прекрасно понимала эту особенность своего отца, она ощутила запоздалый страх за свое поспешное решение. Коичи Танака был прав. Если она ни с того ни с сего вернется в Токио, да еще и с воодушевлением пойдет на встречу с Е Чэнем, то ее отец без сомнения сильно разгневается. Вполне может случиться так, что он ее запрет на домашний арест или даже вплотную займется вопросами свободы ее брака: найдет сам подходящего жениха и принудит ее выйти замуж.
На этом Ито Нанака ощутила ни с чем не сравнимое разочарование.
— Спасибо, Танака-сан, я поняла..
. — пробормотала она.
s
— Так Вы еще хотите завтра ехать в Токио? — торопливо переспросил Коичи Танака.
Ито Нанака немного стиснула зубы и долго молчала, прежде чем с некоторой печалью в голосе сказать:
— Все же лучше уж не поеду, чтобы избежать дальнейших неприятностей. Выйдет не очень хорошо, если я этим еще и создам проблем Е Чэню.
— Очень умное решение с Вашей стороны, — облегченно выдохнул Коичи Танака. — Сейчас Ваш отец крайне зол на господина Е. Если бы не сотрудничество с семьей Су, которое нам стоит учитывать, он бы уже давно придумал, как взяться за господина Е. А Ваша встреча с ним в Токио только подольет масла в огонь...
— Понимаю, Танака-сан, — расстроенно и шепотом произнесла Ито Нанака. — Могу ли я попросить Вас еще кое о чем?
— Госпожа, я к Вашим услугам!
— Если между отцом и Е Чэнем обострится конфликт, то, Танака-сан, прошу Вас непременно воспрепятствовать отцу и проследить, чтобы он не причинил никакого вреда господину Е...
— Госпожа, говоря от чистого сердца, я вынужден напомнить, что господин Е задолжал Вашему отцу четыре с половиной миллиарда долларов, — смущенно ответил ей Коичи Танака. — Даже если он и нравится Вам, все же не стоит полностью переходить в противоположный лагерь...
— Этим я пытаюсь защитить своего отца, а не Е Чэня, — искренне произнесла Ито Нанака. — Клан Ито не соперник Е Чэню, насулим ему — подвергнем себя смертельному удару....
Глава 1583
Ито Нанака в душе хорошо понимала, что силы Е Чэня намного превосходят ее собственные представления о них. Мастер Кадзуки Ямомото после травмы дал понять, что повергший его удар Е Чэня был нанесен не просто от грубой, физической силы, а нес в себе так называемую «внутреннюю энергию Ци», применяемую в китайском Ушу. Как раз-таки эта «энергия Ци» и заставила по-настоящему дрогнуть все тело мастера. Ранее Кадзуки Ямомото уже встречался с несколькими знатоками ниндзюцу. И хотя говорили, что его боевые способности уступают во многом способностям мастеров этого боевого искусства, но по крайней мере ему удавалось устоять от их ударов в отличии от поединка с Е Чэнем, где он оказался абсолютно без сил продолжать сопротивляться. Это наглядно свидетельствовало о том, что силы Е Чэня превосходили даже способности мастеров ниндзюцу.
Как только Ито Нанака четко представила это себе, она в полной мере осознала, что ни отец ни клан Ито не смогут тягаться с Е Чэнем. Однако ее отец не понимал этого.
Ему только казалось, что Е Чэнь всего лишь на чуть-чуть превосходит силы Кадзуки Ямомото и некоторых телохранителей, охранявших его, и не более того. Но при основательном сравнении с мастерами ниндзююцу Е Чэнь уступил бы им не мало.
По телу Коичи Танаки прошелся легкий холодок от слов Ито Нанаки.
— Госпожа, я понимаю, что Вы имеете ввиду, — озабочено сказал он. — Прошу не беспокойтесь, если между Вашим отцом и господином Е начнется конфликт, я обязательно вмешаюсь!
— Ага, — слегка вздохнув, ответила Ито Нанака. — Ну ладно, Танака-сан, на этом и порешим. Будет что-то еще — сразу же дайте мне знать.
— Хорошо, госпожа, не буду больше утомлять Вас своими разговорами! До свидания!
Повесив трубку, Ито Нанака продолжила сжимать телефон в руках и стала вновь рассматривать небо, ощущая невыносимую грусть внутри. Все это время она день и ночь с тоской вспоминала о Е Чэне, ожидала новой встречи с ним. И в то же время считала свои шансы встретиться с ним весьма расплывчатыми. И она никак не могла ожидать неожиданного приезда Е Чэня в Японию.
s
До этого между ней и ним было огромное море, и оба они находились по разные берега друг от друга. А теперь Е Чэнь был на том же кусочке земли, что и она. Расстояние между ними составляло не менее четырехста километров, на машине его можно было преодолеть за четыре-пять часов, а на новой скоростной магистрали путь занял бы чуть больше двух часов
Только вспомнив о Е Чэне, о котором она так много думала ночами, и, который находился в каких-то часах езды от нее, Ито Нанака вновь непреодолимо захотела увидеть его. Но также вспомнив о невозможности передвигаться своим ходом, она поняла, что поездка в Токио не ускользнет от внимания отца. И поэтому ей только и оставалось, что невольно оставить эту затею. В этот момент стянувшие небо облака как-то незаметно рассеялись, и на небесах одна за другой стали появляться звезды.
— Похоже сегодня уже не будет снега... — вздохнув, пробормотала себе под нос Ито Нанака.
Сказав это, она убрала телефон, покинула безлюдный, холодный двор и вернулась к себе в комнату. При помощи горничной Ито Нанака приняла горячую ванну.
Боль в ее теле все также была чрезвычайно тяжелой, в сутках едва бы нашлось время, когда она бы не чувствовала ее. Доктор посоветовал ей носить обезболивающую помпу, которая представляла собой автоматическую капельницу и могла постоянно вливать обезболивающие препараты в кровь. Обычно тяжело травмированным или перенесшим операцию людям нужно было носить такую капельницу, чтобы в значительной степени облегчить боль.
Однако Ито Нанака не хотела использовать ее, поскольку обезболивающее могло существенно повредить ее нервную систему. После длительного приема анальгетиков ей будет еще труднее вылечиться, и она, вероятно, после превратится в калеку, неспособного заниматься боевыми искусствами.Поэтому она продолжала скрипеть зубами и, полагаясь на свое непоколебимое упорство, сопротивлялась боли в теле.
Природный горячий источник усадьбы Ито, берущий свое начала прямо под землей, содержал огромное количество минералов и селена, что имело огромный положительный эффект для здоровья, а также в определенной степени способствовало снижению боли. Тем не менее, поскольку на теле Ито Нанаки еще имелись раны, ей нельзя было продолжительное время принимать такого рода ванны, и поэтому часовое принятие горячей спа стало для нее самым приятным периодом каждого дня. Опустившись в горячую ванну, Ито Танака помимо своей воли снова начала думать о Е Чэне. Она вспомнила тот момент, когда с робостью совсем еще юной девушки она отправилась на поиски Е Чэня в коттеджный район города, где проживала его семья.
Глава 1584
В тот момент она нервничала перед Е Чэнем словно беззащитный птенец. В крайнем замешательстве она протянула ему молочный чай и сказала, что угощает за свой счет. Неожиданно Е Чэнь принял чай и сделал глоток, не смотря на то, что Ито Нанака уже отпила из чашки. Этот как бы косвенный поцелуй до сих пор был самым неоднозначным событием в ее жизни, связанным с мужчинами. Но также и воспоминанием, которому она часто предавалась и по сей день.
Вспомнив облик Е Чэня, она бессознательно выпрямила палец и красивами буквами, скользя по воде, написала его имя. Поверхность воды покрылась легкой рябью, и не оставила ни единой буквы, написанной ею. Именно такие быстро исчезающие, мимолетные следы на воде ей без опаски раз за разом, выписывать имя Е Чэня, ведь в конце концов все тут же пропадало.
В эту ночь Ито Нанака долго-долго не могла уснуть. В эту ночь небо над Киото постепенно прояснилось. Снег, который прогнозировали метео службы, так и не пошел. Рано утром эти службы сообщили, что из-за влияния атмосферного течения метель, которая должна была прийти вчера ночью, будет в Киото через два или три дня от прошлой даты прогноза. Снег снова запаздывал, и Ито Нанаке стало несколько досадно от этого. Ей всегда казалось, что погода никогда не благоприятствует людским желаниям. Ито Нанака снова подумала о расстоянии в пару сотен километров, которое отделяло ее от Е Чэня, и которое она, однако, не могла преодолеть, чтобы увидеться с ним. От этой мысли она вдруг ощутила как одна досадная мысль начала заполонять все пространство внутри: может быть, ей и вовсе не суждено быть вместе с Е Чэнем!
...
На следующий день в Цзине
Как только рассвело, Цин Ган поспешил на склад лекарственного сырья, чтобы самому распорядиться подготовить все необходимое для Е Чэня.
Как только складские рабочие с пылом приступили к упаковке компонентов, Цин Ган настойчиво обратился к ним:
— Перед тем, как упаковывать сырье, обязательно необходимо удостовериться в том, что компонент кладется в нужную коробку, на нем нет деффектов или повреждений, а также его количество соотвествует требуемому! Всем ясно?
— Поняли, босс! — поспешила ответить толпа рабочих.
s
Цин Ган довольно кивнул головой.
— Сегодня до обеда, — продолжал он, — обязательно нужно успеть подготовить первую партию и отправить ее в аэропорт. Я уже связался с нашими контрагентами, сегодня в шесть вечера груз полетит в Токио.
В это время в резиденции семьи Су в Яне.
Глава семьи Су на протяжении двадцати лет каждый день неизменно устраивал утренние собрания. Эти собрания чем-то напоминали утренние аудиенции у императора: наследники семьи на ежедневной основе отчитывались перед главой семейства о текущем ходе дел. Если у главы имелись какие-то указания, то о них все также узнавали на утреннем собрании.
Семья Су была чрезвычайно плодовита, и потому общее число членов семьи, присутсвоваших на таких собраниях, составляло более тридцати человек. На утренних собраниях также царил строжайший распорядок. Место главы семейства возвышалось над всеми на полметра и выглядело грозно и величественно. Сыновья, дочери, внуки и прочие родственники размещались несколькими рядами ниже в соответствии со своим статусом и старшинством.
Теперь же глава семьи Су восседал в кресле, похожим на императорский трон. Обводя взглядом всех собравшихся, он сурово молвил:
— В последнее время нестабильное положение на рынке сырой нефти, спад в мировой экономике оказали влияние на международную экспортно-импортную торговлю. Как видно, многим судоходным транспортным компаниям сейчас приходится трудно, что как раз является хорошим моментом для нас, чтобы играть на низких ценах и расти вопреки общему тренду. Нам необходимо как можно быстрее набрать темп в сотрудничестве с японцами!
Глава 1585
Семья Су происходила из городского округа Хуэйчжоу, находившимся в провинции Аньхой, но вот уже как сто лет проживала в Яне. Во времена династии Цин, когда движение тайпинов охватило весь Китай (прим. редактора Тайпинское восстание (1850— 1864) — крестьянская война в Китае против маньчжурской империи Цин и иностранных колонизаторов), семья Су последовала примеру крупного на то время коммерсанта Ху Сюэяня. Рискуя собственными жизнями, Су вели поставку оружия и провианта для цинских войск, чем и заслужили благосклонность цинского правительства. Но после, накопив богатый опыт и имущество, семья перебралась в Янь, и, начиная с этого момента, стала заниматься бизнесом и вырвалась в лидеры страны.
Несколько десятилетий семья Су соперничала с семьей Е и первоначально даже была немного ослаблена тонкими ударами Е Чанъина, но после его ранней смерти все же стала абсолютным номером один. Имя главы семьи Су, которого звали Су Чэнфэн, было взято из знаменитого произведения китайского поэта Су Ши "Надпись на стене храма Силинь", строчки которого гласили:
«Взгляни горе в лицо — тупа вершина.
А сбоку погляди — она остра.
Иди навстречу — и гора все выше,
Иди назад — и ниже все гора...
О нет, она свой облик не меняет,
Гора одна и та же - в этом суть.
А превращенья от того зависят,
С какого места на нее взглянуть.» (перевод Голубев И. С.) (прим. редактора имя «Чэнфэн» буквально означает «превратиться в горный пик», эти слова в оригинале встречаются в строфе, соответствующей строфе перевода «А сбоку погляди — она остра»; переносный же смысл имени «Чэнфэн» — достигший высот, значительного успеха).
Су Чэнфэну было уже за семьдесять лет, и, хотя он еще не был глубоко стар, но все же и не находился уже в полном расцвете сил. По сути говоря, можно было считать, что его жизнь уже заканчивалась, но Су Чэнфэн до сих пор еще чувствовал неудовлетворенность ею. Он надеялся перед своим полным отходом от дел заложить прочный фундамент для семьи Су — да такой, чтобы все остальные семьи были вне конкуренции. Или в самом крайнем случае реализовать давнее желание: достичь положения «первый больше второго и третьего».
s
Начиная с самых давних времен ни одному клану не удавалось занять доминирующее положение в коммерческом мире страны. Принцип «первый больше второго и третьего» буквально означал, что общие силы лидирующего клана должны превосходить силы кланов, находящихся на втором и третьем месте по силе вместе взятых. Говоря более конкретно, такое положение равнялось тому, что общие силы Су должны были превосходить силы семей Е и Гу вместе взятых
И следовательно, даже если они решили бы объединиться против них, то об этом не стоило бы беспокоиться. Только так Су смогли бы по-настоящему спать спокойно и чувствовать себя беззаботно.
На данный момент разница между Су и Е в самом деле становилась все больше и больше, но для абсолютно прочной позиции еще не хватало нескольких сот миллиардов средств. Поэтому семья Су теперь активно пыталась выйти на иностранный рынок и надеялась махом осуществить свою заветную мечту. Стоит только достичь такого положения, как больше не будет «трех влиятельных семей Яня», а будет семья Су и презренные «остальные».
Поэтому Су Чэнфэн относился особенно серьезно к судоходному бизнесу. Услышав, что старик Су чрезвычайно печется о морских перевозках, один из членов семьи не выдержал и решил блеснуть перед ним.
— Дедушка, я думаю, что нынешнее развитие мировой экономики встретило не малые препятствия, а также сократился объем экспортно-импортных отношений между странами, — сказал один из внуков старика. — Совсем непонятно, когда международная торговля восстановится в полной мере. В такой обстановке слепо делать ставку на морские перевозки крайне рискованно. Велика вероятность, что мы скупим акции не по низкой цене, а в середине падающего тренда, поэтому лучше бы подумать сначала несколько раз и потом уже начинать действовать!
— Несколько раз? — холодно фыркнул Су Чэнфэн, не обратив на него никакого внимания, и посмотрел на человека средних лет подле внука.
— Идиота кусок, вот как ты воспитал, значит, своего сына? — продолжил суровым голосом браниться старик Су. — Молоко на губах еще не обсохло, а уже смеет оспаривать мое решение! Относится ко мне как к старикашке, которому пора бы на покой, да все не сидится на месте!
Названный «идиотом» человек являлся пятым по старшинству сыном старика Су, которого звали Су Шоусинь. Помимо него было еще четыре сына и две дочери. У всех семерых детей в первой части имени присустсвовал слог «Шоу» (прим. редактора «шоу» на китайском означает «защищать, оберегать, охранять»), а последующие же слоги были выбраны в соответствии с «семью добродетелями», изложенными в знаменитом даоском трактате Лао Цзы «Дао Дэ Цзин» (прим. редактора даосизм — учение о дао или «пути вещей», китайское традиционное учение, включающее элементы религии и философии; семь добродетелей: Дао (высший абсолют), нравственность, человеколюбие, долг, благопристойность, мудрость, искренность). И так по старшинству получались имена Шоудао, Шоудэ, Шоужэнь, Шоуи, Шоули, Шоучжи, Шоусинь.
Су Шоусинь, таким образом, был самым младшим среди братьев и сестер. А упомянутый выше внук являлся сыном Су Шоусиня, которого звали Су Чжиюань. Ему вот-вот стукнуло восемнадцать лет, и его можно было считать крайне успешным в учебе молодым талантом, поскольку в прошлом году он сам, своими силами и заслугами поступил в Гарвард.
Глава 1586
Из-за юного возраста и избалованного характера жажда показать себя у Су Чжиюаня зашкаливала. Однако, до этого ему приходилось демонстрировать себя только перед родителями, а не перед дедом. И наконец-то сегодня ему выпал такой шанс: проявить внимание к мыслям дедушки и развязать с ним дискуссию, а заодно и показать свой неординарный ум и одаренность. Но неожиданно его речь вызвала гнев старика. Он как раз собирался объясниться, как вдруг его отец встал и набросился на него. Су Шоусинь обеими руками отвесил сыну несколько смачных ударов так, что во рту у того появился вкус свежевыступившей крови.
— У тебя что все твое образование коту под хвост пошло? — в чрезвычайном гневе выпалил Су Шоусинь. — Посмел мне тут сомневаться в решении деда?!
— Я... — пролепетал Су Чжиюань и закрыл лицо руками. Все его нутро наполнилось такой обидой, что хотелось умереть прямо здесь, на этом месте. Он, никогда не получавший никаких побоев прежде, абсолютно не понимал, почему всегда холивший и лелеявший его отец вдруг начал так неистово избивать его после слов, разгневавших деда. И к тому же еще и перед всей семьей!
Су Шоусинь же в этот момент безумно ненавидел своего нерадивого сына. Ему была хорошо знакома устрашающая сила старика. Даже Су Шоудао, его старший брат, не осмеливался резко возражать старику, а что уж было говорить о своем никчемном сыночке? Это был далеко не самый лучший момент, чтобы заниматься позерством перед всеми! Эту его выскочку наверняка от и до хорошо запомнит старик и отложит ее в долгий ящик, а когда же сын выпустится из университета, то для него не найдется никакой работы даже у семьи Су!
Причина, по которой у Су Чэнфэна было столь безраздельное, деспотичное господство над всеми, была тесно связана с историей его личностного становления. В молодости у него было очень много братьев. Во времена, когда в Китае еще правила династия Цин, его отец, помимо старшей жены, имел еще шесть наложниц и семь младших жен, и все они вместе родили ему больше тридцати детей, среди которых было аж двадцать три сына! И Су Чэнфэн — всего лишь один из них. Подобно тому, как наследники императора соперничали между собой за престол, точно также и Су Чэнфэн вел скрытую и явную борьбу со своими многочисленными братьями на протяжении пятидесяти лет и только лишь затем наконец унаследовал место главы семьи Су
Поэтому его характер сделался крайне деспотичным и жестоким.
Если кто-то угрожал его безраздельной власти, будь то родной сын или внук, он никогда не пропускал это мимо. Су Чжиюань же по собственной незрелости и из-за собственного ореола непревзойденного таланта осмелился пытаться раздуть свое чувство значимости, дерзя старику. Такое поведение в глазах всех остальных являлось ни чем иным, как попыткой самому себе найти погибель.
Су Шоусинь даже отвесил Су Чжиюаню несколько пощечин так, что тот едва устоял на месте и не упал в обморок. Тогда старик Су холодно ухмыльнулся и проворчал:
— Хватит, не бей, вызовите там кого-нибудь и уберите его отсюда, я продолжу собрание!
У Су Шоусиня уже давно сердце обливалось кровью, но старик молчал, и поэтому он никак не смел остановиться избивать сына. Завидев, что старик наконец что-то говорит, он перестал, с трудом подавил внутреннюю жалость к сыну и злобно крикнул стоявшей неподалеку прислуге:
— А ну, уберите этого неблагодарного сына отсюда!
Несколько слуг тут же подбежали и утащили Су Чжиюаня, у которого был окровавлен весь рот, шла кругом голова и звенело в ушах.
Старик Су, прочистив горло, продолжил:
s
— В этом сотрудничестве с японцами не только нужно заполучить более двадцати процентов управляющих прав портов Токио, Иокогамы и Осаки, но и также заставить их предоставить нам грузовые судна и танкеры водоизмещением не меньше трех миллионов тонн. Кто выделит больше средств, у того и больше шансов стать примкнуть к нам, и поэтому в эту поездку в Японию нужно хорошенько изучить подлинные силы кланов Ито и Такахаси. Помимо этого, крайне необходимо вынудить их предоставить как можно больше средств!
— Отец, но кого Вы планируете послать в этот раз устанавливать сотрудничество с этими японскими кланами? — спросил отца Су Шоудао.
Старик Су промедлил мгновение и молвил:
— Чжифэй, ты — мой самый старший внук, и для тебя настало время научиться работать самостоятельно, так что это дело полностью за тобой!
Су Чжифэй являлся старшим сыном Су Шоудао, а также одним из самых талантливых членов семьи из своего поколения. В этом году ему исполнилось двадцать восемь лет.
Услышав, что его выбрали, Су Чжифэй тут же поднялся с места и решительно произнес:
— Ни о чем не беспокойтесь, дедушка! Я непременно буду прикладывать все свои силы!
Старик Су легонько кивнул, а после уронил свой взгляд на необыкновенно прекрасную девушку с холодным, привлекательным выражением лица, сидевшую подле Су Чжифэя.
В этом момент обычно твердый и непреклонный взор старика несколько смягчился и в его глазах появился некоторый оттенок любви и заботы.
— Чжиюй, ты вот-вот уже выпустишься из Йельского университета, и для тебя также настало время попробовать себя в деле! — с улыбкой сказал Су Чэнфэн. — Отправляйся вместе со своим старшим братом, гляди в оба и учись — накопишь для себя некоторый опыт!
Та прекрасная девушка с холодным, но привлекательным выражением лица поднялась с места, едва заметно поклонилась и с выражением лица, не выражавшим ни энтузиазма ни безразличия, ни спокойствия ни суеты, сухо молвила:
— Хорошо, дедушка. Я поняла.
Глава 1587
Когда старик объявил, что Су Чжифэй и Су Чжиюй вместе отправляются в Японию, на лице у Су Шоудао повилась нотка некоторого довольства. Как ему казалось, тот факт, что старик вверял настолько важное дело в руки его детей, свидетельствовал о том, что старшему сыну он доверял больше всего. Остальным же только и оставалось, что сгорать от зависти и ревности.Никто не был против того, что старик намеревался закалить в деле Су Чжифэя, все же он являлся его старшим внуком. В древности он бы стал классическим примером наследного принца, остальным сыновьям и внукам императора, невзирая на то, насколько они были сильны и могучи, полагалось склонять голову при виде старшего сына и старшего внука правителя. Но в выборе Су Чжиюй однозначно была чрезмерная предвзятость и несправедливость.В норме при столкновении с такого рода ситуацией следовало отдать инициативу в руки старшего сына и внука и после выбрать одного или двух достойных подготовки, способных и умелых кандидатов из младших по мужской линии, и также вслед за старшими дать им возможность повидать свет. Но вне всяких ожиданий у старика, кроме своего старшего внука, была лишь только горячо любимая им старшая внучка! Иными словами, этим старик прямо говорил другим своим внукам, что их место в семье, по его мнению, не идет ни в какое сравнение с местом этой девчонки! Все это оставляло неприятный след на душе у других членов семьи. В Яне всем было известно о многочисленном потомстве семьи Су.Когда-то у старика Су было двадцать два брата и с десяток сестер, и также и теперь в его родословной линии имелось большое потомство: тринадцать внуков и две внучки. Но никто не ожидал, что именно Су Чжиюй станет для него самой любимой внучкой. Доискиваясь до причин этого, можно было обнаружить, что старик всегда проявлял повышенные требования и контроль к своим внукам и сыновьям, и по этой причине он всегда был строг и суров с ними. Но старик Су все-таки был таким же человеком, как и все, и внутри у него также было место для нежных чувств. Поскольку ни коим образом невозможно было показывать эти чувства своим сыновьям и внукам, он в полной мере проявлял их в отношении своих внучек. Плюс ко всему Су Чжиюй с самых малых лет росла сообразительной девушкой, что заставило старика еще более глубоко полюбить ееУбийственно решительный и твердый, необыкновенно напористый и надменный тиран в присутствии других, он, находясь в компании внучки, вдруг становился простоватым, любящим своих деток, безобидным дедушкой.На самом деле о степени любви старика Су к своей внучке можно было судить по ее имени. У младшего поколения семьи Су имя начиналось со слога «Чжи» (прим. редактора с китайского «знать, ведать»). Так, имя Су Чжифэй означало «знающий добро и зло», «идущий истинной дорогой», имя Су Чжиюань значило «помнящий свои корни», а Су Чжиэнь означало «благодарный за добро». Можно было сказать, что каждое имя внуков содержало некое предупреждение и наставление, данное стариком Су в назидание потомкам. Единственно имя Су Чжиюй стояло особняком. Старик дал ей имя, исходя из знаменитого выражения «знать радость рыб», взятому из знаменитой книги притч «Чжуанцзы». В ней описан диалог двух философов Хуэй-цзы и Чжуан-цзы, где произносится расхожая фраза «Вы – не рыба, откуда же вам знать радуется ли эти рыбы?», в которой «радость рыб» аллегорически означает способность проникать в суть вещей, знать первоосновы (прим. редактора в русском переводе притча известна под названием «Чжуан-цзы. Радость рыб» и является классическим примером даоской философии). Старик дал ей такое имя в надежде, что она будет жизнерадостна, весела и счастлива, и, зная «радость рыб», совершенно естественно познает «людскую радость».
Глава 1588
Можно сказать, что все было пронизано беспримерной любовью старика Су к своей внучке. Именно поэтому всех выдающихся молодных людей города Янь страшно влекло к Су Чжиюй. Овладеть Су Чжиюй значило не только овладеть крайне привлекательной красоткой с трогательно-холодной внешностью или преуспевающей в учебе студенткой, которая круглый год учится в США и получает самое первоклассное и престижное образование во всем мире. Это также означало обладание всей семьей Су. Некоторые люди в шутку говорили: кто женится на Су Чжиюй — тот получит богатств размером с триллион. Поэтому среди прочих влиятельных семей страны было расхоже одно прозвище Су Чжиюй, весьма простое и грубое: Су «кругленькая сумма».
Закончив с объявлением своих решений, Су Чэнфэн обратился к Су Шоудао:
— Шоудао, как можно быстрее обсуди примерный план действий с Чжифэем и Чжиюй, а после незамедлительно отправляй их в путь, и чем быстрее — тем лучше.
— Не беспокойся, отец, я так и поступлю, — быстро поднявшись с места, учтиво ответил Су Шоудао. — Сегодня же вечером отправлю их в Японию!
— Всякий раз, когда нужно выбрать одного из двух, мы сначала выбираем того, кто кажется нам наиболее важным, — назидательно сказал Су Чэнфэн. — Хотя японская экономика в эти несколько лет испытывала некоторый спад и слабую рецессию, но клан Ито и Такахаси тем не менее сохранили лидирующие позиции в Японии. Вам нужно с особой осторожностью решить с кем из них нам лучше взаимодействовать.
— Хорошо, отец, — незамедлительно ответ Су Шоудао. — Мы сейчас же приступим к обсуждению, а как примем решение, то сразу же сообщим Вам.
— Шоудао, восемнадцать лет назад ты победил Е Чанъина и превратился в самого прославленного молодого человека среди молодежи Яня, — довольно улыбаясь, сказал старик Су. — Но после ты не сделал ничего славнее той победы. Конечно, в этом не стоит тебя винить, ведь за эти годы наша семья больше не встречалась с подобными соперниками.
На этих словах Су Чэнфэн холодно усмехнулся, поднялся со своего места и воодушевленно произнес:
— На внутреннем рынке страны уже больше нет места для роста. Если же мы хотим стать сильнее, то нам обязательно нужно выйти за границы страны и развиваться дальше, в дальние моря и земли! Иначе западные старинные дома, включая Ротшильдов, все еще будут время от времени выскакивать и доставать нас! Поэтому нашей морской стратегией ты создашь хороший шанс для того, чтобы вновь прославиться, а также заложишь фундамент для новых, более высоких достижений! Если будет одержана блестящая победа, то я, можно сказать, буду полностью удовлетворен и со спокойной душой смогу уйти на покой радоваться тихим, семейным счастьем
Когда же это случится, ты станешь новой главой семьи!
Услышав эти слова, Су Шоудао тут же глубоко поклонился и громко прокричал:
— Отец, ни о чем не беспокойтесь! Я буду стараться изо всех сил! И вновь принесу былую славу семье Су!
***
s
После утреннего собрания, Су Шоудао в крайне воодушевленном состоянии вернулся к себе домой вместе с дочерью и сыном.
По возращении домой он позвал детей в свой домашний кабинет и полный боевого затора сказал:
— Чжифэй, Чжиюй, настал наш момент побороться за семью и вновь ее прославить! Отправившись в Японию, вы должны заполучить самые лучшие условия сотрудничества. Неважно кого вы выберете, клан Такахаси или клан Ито — в любом случае из них нужно выжать максимум выгоды! Максимум самых больших выгод для семьи Су!
— Папа, а кого из них нам стоит выбрать? — тут же спросила Су Чжифэй. — С кланом Ито или с кланом Такахаси?
— А ты как думаешь? — переспросил его Су Шоудао.
— Я думаю, что лучше выбрать клан Ито, потому что он обладает наиболее полной силой в Токио и Киото. В Токио есть порт, а около Киото располагаются порты Осаки и Нагои. По идее, у Ито больше потенциала для развития портов и морских перевозок.
Су Шоудао легонько кивнул в ответ.
— Да... В твоих рассуждениях есть доля истины, я тоже склоняюсь к выбору клана Ито, — согласился Су Шоудао.
Су Чжиюй только наморщила лоб и все с той же сухой интонацией сказала:
— А я наоборот думаю, что нам следует выбрать клан Такахаси.
— Что? — удивленно воскликнули отец и сын и разом посмотрели на нее.
— Чжиюй, почему ты так считаешь? — спросил ее Су Шоудао.
Глава 1589
— Во-первых, клан Ито имеет большое влияние и ресурсы в Токио, также, они имеют прочные позиции в Осаке и Нагое, — говорила Су Чжиюй, обращаясь к отцу и брату, — но, стоит учесть, что самым важным морским портом в Японии все-таки является порт в Йокогаме, и клан Такахаси, хоть и уступает клану Ито по влиянию в Токио, но имеет значительное преимущество в Йокогаме.
— Во-вторых,— продолжила она, — у клана Ито сейчас возникли проблемы: дочь Йохико Ито недавно получила серьезную травму на международном турнире по ушу и сейчас проходит реабилитацию. Сам Йохико Ито души не чает в своей дочери, и забота о ней, так или иначе, отвлекает его от дел. Если он не сможет полностью сосредоточить свое внимание на работе- это негативно отразится на нашем сотрудничестве.
—Дочь Йохико Ито получила травму? — произнес Су Шоудао и нахмурился. —Я ничего об этом не слышал.
— Я отдала распоряжение собрать подробную информацию об этих двух кланах, включая сведения об их наследниках. — безразличным голосом сказала Су Чжиюй.
— Очень предусмотрительно. Чжиюй, ты просто гений! —воскликнул ее старший брат Су Чжифэй и одобрительно поднял большой палец вверх.
— Не подлизывайся, — невозмутимо ответила она, — в будущем именно тебе придется вести все дела, а я решила немного помочь тебе, только и всего.
— С такой гениальной сестренкой я точно могу не волноваться за свое будущее!— сказал довольно улыбаясь Су Чжифэй.
Су Чжиюй бросила на него равнодушный взгляд.
— Да, есть еще кое-что, я узнала, что клан Ито намерен инвестировать в фармацевтическую компанию «Кобаяши», это , в определенной степени, тоже будет отвлекать Йохико Ито от нашего совместного проекта,—продолжила она.
— А, я знаю эту компанию, раньше я принимал их препарат от несварения желудка, эффект действительно неплохой, лекарство что надо!— одобрительно кивая головой вставил Су Чжифэй.
— Это было раньше. — холодно ответила Су Чжиюй.— Сейчас есть отечественный препарат для желудка от «Цзю СюаньФарма» , их продукция в плане качества гораздо лучше
—Да...—произнес Су Чжифэй с улыбкой. — Моя интуиция мне подсказывает, что эта «Цзю Сюань Фарма» скоро сильно поднимется в рейтинге, сначала догонит «Кобаяши», а потом, и вовсе вырвется в лидеры.
Сказав это, он, серьезно продолжил:
— Я думаю, что инвестировать в «Цзю Сюань Фарма» — это перспективный вариант. Через пару лет инвестиции окупятся более чем в десять раз.
s
Су Шоудао сделал жест рукой, выражая несогласие, и произнес:
—Для фармацевтической компании сложно выйти на уровень рыночной капитализации в сто миллиардов, поэтому в этом нет реальной выгоды, давайте лучше сосредоточимся на более значительных рынках и проектах, например, на нынешнем проекте, он нам даст хорошую возможность интернационализации.
Су Чжиюй сначала хотела что-то добавить, но передумала и, согласно кивнув, сказала:
—Предлагаю вернуться к делу, папа, как ты думаешь, с кем из них мы должны наладить сотрудничество, в первую очередь? Я считаю, что с учетом нынешних проблем клана Ито, а также других дел, отвлекающих внимание Йохико Ито, клан Такахаси для нас более перспективен в плане сотрудничества.
Су Шоудао,выслушав ее, посмотрел на сына и спросил:
— Чжифэй, а что ты об этом думаешь?
— Как говорится в пословице: «Прислушивайся к советам других и не пропадешь» — тут же ответил Су Чжифэй, —Я думаю, что стоит прислушаться к Чжиюй, в конце концов, тот, кто тщательно собирает информацию, точно знает о чем говорит!
Су Шоудао удовлетворенно кивнул и сказал с улыбкой:
— Вы оба очень выделяетесь из своих сверстников, если будете работать вместе, вы определенно прославитесь на всю страну и даже на весь мир!
—Где уж мне до Су Чжиюй, — сказал, смеясь, Су Чжифэй. — Эта девчонка — настоящий монстр; в свои двадцать два года ведет себя, как будто ей уже все сорок четыре. Ума не приложу, где искать для нее подходящего мужа, такого, который смог бы избавить ее от этого «недуга».
— А кто тебя просит беспокоиться о моих делах? О себе бы для начала позаботился!— сердито глянув на него, ответила сестра.—Ты уже столько времени тайно влюблен в эту Гу Цюйи, когда уже, наконец, ей признаешься?
—Не болтай ерунду! — смущенно выпалил Су Чжифэй. —Мы с ней просто хорошие знакомые, нас даже нельзя назвать друзьями.
— Ничего удивительного,— презрительно хмыкнула Су Чжиюй. — Если ты при виде ее сразу теряешь дар речи, и стоишь как истукан, о какой дружбе тут можно говорить?
Глава 1590
— Чжифэй, тебя есть какие-то виды на ту девчонку из семьи Гу? – отец нахмурился.
—Да нет, пап, - Су Чжифэй отмахнулся рукой, - она просто нравится и все.
Су Шоудао кивнул и промолчал, но потом все же добавил:
— А она очень даже хорошенькая, если она действительно тебе нравится, то я не против, только боюсь, что у дедушки есть пренебрежение к их семье, а с этим сложно что-то сделать…
—Папа, - обрадовался Су Чжифэй, - ты правда не против?
—Брат, ты что не слышишь, - выпалила тут же Су Чжиюй, - что он специально тебя обманывает?
— Папа, о чем же ты тогда говорил? - Су Чжифэй запаниковал.
Отец вздохнул и серьезно сказал ему:
— Чжифэй, ты действительно, не такой смышленый, как твоя сестра!
Су Чжифэй тут же сконфузился, отец в этот момент улыбнулся и сказал:
—Ты - наш сын и потомок семьи Су в третьем поколении, и семья Гу для нас не такая уж и презентабельная, твой дедушка не согласится, да и я не смогу, еще не забывай, что эта девушка была помолвлена с сыном Е Чанъина, а мы с Е Чанъином враги, поэтому я никак не могу тебе позволить связываться с семьей Гу!
—Папа, - Су Чжифэй вздохнул, - сколько уже времени прошло, эти события уже в прошлом, да и сколько лет прошло с того момента, как исчез сын Е Чанъина?
—Запрещаю обсуждать эти вопросы, - сказал строго отец, - мы с дедушкой уже обсуждали твою свадьбу, и он надеется, что ты семью Су выведешь на международный уровень и женишься на девушке из американской знатной семьи, в нашей стране уже не найти подходящей невесты для тебя.
—Папа! - Су Чжифэй стал немного встревоженным, - но мне не нравятся американки!
s
— Ты понимаешь разницу между нравится и найти подходящую для своего происхождения девушку? – спросил строго отец.
Су Чжифэй тут же пал духом, а рядом стоящая Су Чжиюй добавила:
—Папа, я хочу заранее сообщить, мне все равно, как вы устроите свадьбу брата, но я хочу, чтобы никто не лез в мой брак!
—Эй, Чжиюй, ты вот так взяла и предала своего брата? – сердито спросил Су Чжифэй.
—Нет, - лицо ее было безразличным, - Мы с тобой в разной ситуации, мне важно просто найти парня, кто украдет мое сердце и заберет из семьи, и ничего меня больше не будет связываться с семьей Су, потом я рожу ему детей, и фамилия у них будет не Су, а вот у тебя по-другому, тебе растить наследников семьи Су.
Су Чжифэй сразу же замолк и вид его стал грустным. Су Шоудао посмотрел на дочь с безысходностью и сказал:
— Но тебе тоже придется тоже искать под стать нашей семье!
—Какой еще под стать? Девушке, кто понравился, тот и подходит! Хоть принц на белом коне, хоть торговец лепешками!
—Чушь! – сказал гневно отец, - Если он окажется голодранцем, где гарантия, что ты будешь счастлива всю жизнь?
— Не может быть! - Су Чжиюй надула губки, - Неужели, я дочь семьи Су и не смогу поставить на ноги какого-нибудь голодранца?
Глава 1591
Су Шоудао был разозлен словами дочери, он указал пальцем на нее и задыхаясь от злости, начал говорить ей:
— Если ты такое скажешь дома, то дедушка будет вне себя!
— Давай я сейчас позвоню дедушке, — Су Шоудао достала телефон и с улыбкой спросила, — Я его лично может спрошу?
— Давай! — быстро ответил отец, - Ладно, не хочу больше с тобой разговаривать, так или иначе это вздор, нам с тобой еще нужно узнать о поездке в Японию и пораньше выехать!
— Ладно папа, сделаем, как Су Чжиюй только что сказала, сперва посмотрим на семью Такахаси, потом на семью Ито, время вылета… постараемся как можно скорее, я сообщу экипажу, чтобы готовили судно, пообедаем и вылетаем. Как вам?
— Хорошо, - отец кивнул, - собирайтесь скорее, пообедаем и вылетаем, только сперва сообщим дедушке и как раз расскажете дедушке о своих планах, если он не против, то можете готовиться выезжать!
— Хорошо, папа, - ответил Су Чжифэй и многозначительно посмотрел на сестру, - Су Чжифэй, пошли!
Она кивнула и вышла из кабинета за братом. Только они вышли, как Су Чжифэй повернулся к сестре:
— У тебя язык без костей! Зачем ты при папе упоминаешь о Гу Цюйи?
Су Чжифэй рассмеялась и игривым тоном сказала:
— Если бы я не сказала, то и носил бы все время в себе это, неужели ты действительно собирался подчиниться плану семьи Су?
— Мы с тобой такого происхождения, где с детства уже живешь роскошной жизнью в богатстве и чести. У тебя с рождения уже все есть, кроме одного — права на чувства. Ты же это сама все понимаешь, зачем с папой это обсуждаешь? — вздохнув спросил Су Чжифэй.
— Мне хотелось, - свободно сказала она, поправив короткие волосы, решительно добавила, - Так или иначе я никогда не буду плясать под чужую дудку!
— Ладно, — с сожалением он покачал головой. — Мне незачем с тобой обсуждать это, возможно нам придется в этот раз в Японии задержаться на несколько дней, поэтому собирай скорее чемодан, пообедаем и сходим к дедушке, отчитаемся и полетим!
s
Су Чжиюй согласилась и потянувшись, лениво ответила:
— Я так рано встала, мне нужно еще немного поспать, поэтому разбуди меня до обеда.
Су Чжифэй глядя ей вслед, глубоко вздохнул и сказал:
— Я действительно сдаюсь!
***
В это время. Япония. Токио.
Е Чэнь пролежал все утро на террасе дома Кобаяши. Сегодня Пол был занят оформлением оставшихся документов в местных Токийсих коммерческих департаментах. Вэй Лян вместе с Итиро Кобаяши ездили на фармацевтический завод «Кобаяши». Несмотря на то, что лекарственные материалы от Цин Гана должны были прийти не раньше вечера, но Вэй Лян еще должен был разобраться в ситуации на производстве, а потом организовать работу по улучшению производства целительного порошка для желудка «Цзю Сюань». Таким образом, после того, как они получат вечером материалы, сразу смогли бы сверхурочно поработать и начать пробное производство. Поэтому Е Чэнь вопреки ожиданиям стал разнорабочим. Он сидел на террасе и наслаждался видом Токио с высоты птичьего полета.
В этот момент подошел Чэнь Кай и уважительно сказал:
— Если у вас нет особых дел, то после обеда мы может прогуляться, Гиндза и Синдзюку в Японии по-прежнему роскошны.
— Я не очень люблю гулять по торговым центрам, лучше езжай с Хун Уем.
— Какая радость с ним гулять? Необразованный человек, наверняка, он скрывает, что хочет пойти в злачные места в Японии посмотреть.
— Да пусть идет, - сказал сухо Е Чэнь, - ведь, это здесь законно, если хочет, пусть идет
Глава 1592
— Если вечером не будет никак дел, — Чэнь Кай кивнул, — то так и быть, покажу ему.
Время обеда. Е Чэнь так никуда и не пошел. Он не знал Токио, но и интереса у него к таким современным мегаполисам не было. Он любил Янь, в нем были и небоскребы, и исторические достопримечательности, которым сотня, а то и тысячи лет. Там очень богатая культурная атмосфера, а если говорить о духовных богатствах, то в Токио ух куда меньше. Но Е Чэнь не хотел лишать права гулять остальных, только потому что ему самому неинтересно. Поэтому он отправил Чэнь Кайя, Хун Уе и остальных. После обеда они погуляли по Гиндза и Синдзюку и вернулись обратно с полными сумками покупок. А вечером Чэнь Кайя организовал всех пойти в китайский ресторан одного из своих подчиненных. После ужина Е Чэнь поняв, что больше нет никаких важных дел, обратился к Чэнь Кайе и Хун Уе:
— Вы можете отправляться по своим делам, не нужно кружить все время возле меня.
— Мастер Е, - спросил Хун Уе, — а у вас есть какие-то планы?
Е Чэнь сперва подумал, а потом ответил:
— Я просто хочу пройтись.
— А может вы с нами пойдете на одну улочку, — сказал со смехом Хун Уе, — я наслышан о тех красотках, что там обитают!
— Нет, нет, — отмахнулся он, — я собираюсь пройтись возле токийского университета, а ты лучше один сходи на ту улочку.
— Токийский университет, - с удивлением спросил Хун Уе, - зачем вам туда идти, тем более это не ваш альма-матер.
s
— Да просто, пройтись хочу, но вы со мной не идите.
— Мастер Е, может мне вам машину организовать? — спросил Чэнь Кайе
— Не нужно, — отмахнулся он. — Я целый день просидел дома, хочу пройтись.
Больше никто не стал настаивать, и Е Чэнь, выйдя из ресторана, направился в ближайшее метро, изучив схему метро, он сел в вагон и отправился в Токийский университет. Он сам не знал, почему ему вдруг понадобилось именно туда ехать, ему хотелось хорошенько посмотреть, возможно причина была в Ито Нанако. Хоть они с ней особо не общались, но все же сердце было не на месте. Он знал, что она не в Токио, но знал, что она была студенткой Токийского университета, поэтому ему хотелось поехать посмотреть университет, где она учится.
В это время бизнес-джет Boeing-737 вылетел из города Янь.
Су Чжифэй и Су Чжиюй вместе еще с десятью людьми из их семьи летели в Токио. Семья Такахаси, получившая новость о скором приезде семьи Су, были очень взволнованы. Основные члены семьи уже были в аэропорту и готовились встретить их. В тоже время они забронировали лучшие номера в Токийском отеле Aman по просьбе Су Чжиюй.
Такехико Ито тоже получил известие, и когда узнал, что они собираются сперва встретиться с Такахаси, то пришел в ярость. Кроме всего прочего еще из-за Е Чэня вчера профукал 4,5 млрд. долларов, а теперь еще эти две проблемы вместе совсем ему голову забили и злили его. Опрокинув на пол около десяти ценных и редких фарфоровых изделий, он поклялся про себя, что если не заполучит возможность сотрудничать с семьей Су, то заставит Е Чэня удвоить цену!
Глава 1593
Гнев Такехико Ито не был вызван его настойчивостью или ограниченностью, просто в этот период он особо чувствовал, что удача не с ним. Сперва его девушка, в которую он был влюблен, получила ранения, потом будущий муж дочери Кобаяши Дзиро пропал. Потом еще он растратил 4,5 млрд. долларов, решив войти в фармацевтическую компанию «Кобаяши». Договор подписал, деньги отправил, но Кобаяши Дзиро вдруг объявился и объявил подписанный договор об инвестициях недействительным. Затем еще Е Чэнь заявил, что никаких акций не было и возвращать 4,5 млрд. не будут. Такехико Ито прожил уже такую долгую жизнь и никогда не видел таких наглых людей. Если бы не тот факт, что у этого парня действительно есть сила, а семья Су из Китая собралась приехать, чтобы обсудить сотрудничество, то он бы точно убил Е Чэня. Из-за приезда семьи Су, он готов был стать терпеливым и уступчивым, но увы, семья Су в первую очередь решила встретиться не с ним, а с его смертельным врагом — Такахаси. И здесь весь мир Такехико Ито рухнул. Что происходит? Почему ему все время не везет? Неужели нужно пойти в храм, поклониться Будде и устроить себе пост? Коичи Танака заметив, какой он злой, не решался подойти к нему. Только, когда тот уже выместил всю свою злобу, Коичи Танака обратился:
— Вам не стоит так злиться из-за этого, даже если семья Су с ними первыми встречается, это еще ничего не значит, я уже получил от них сообщение, что послезавтра они придут к нам с визитом. У нас еще есть шанс.
— Семья Су в этом случае выбрала первыми тех, кто для них важнее, - сказал Такехико Ито с мрачным лицом, - Это как вы бы поехали в Осаку для встречи с девушкой, и еще у вас в этом городе были рабочие дела, вот, что бы выбрали первым делом сделать, то для вас и важнее?
— Но любовь и работа совсем не одно и тоже, - смущенно ответил Коичи Танака.
— Ну тогда представьте, что вы бабник и у вас там две девушки, - сердито стал говорить Такехико Ито, - и вы поехали в Осаку встретиться с ними с каждой по отдельности. Кого вы выберите для первой встречи, ту которая больше нравится или меньше?
— Если они мне нравятся обе, и я не могу с ними встретиться одновременно, то, чтобы выбрать очередность, и не знал бы, что делать, то тянул бы жребий или кидал монетку, и это тоже никак не демонстрирует, что кто-то мне больше нравится, а кто-то меньше.
s
— Так! Катись отсюда! — подопнул он ногой Коичи Танака. — Я разве просил, чтобы меня кто-то утешал?
Коичи Танака сделал как раз несколько шагов назад и добавил:
— Президент, если понадоблюсь, я за дверью
В это время. Е Чэнь уже приехал в Токийский университет. Хоть города и были по стилю совсем разными, но Токийский университет и Яньский университет были очень похожи, ведь они были ведущими университетами Азии, естественно обладали академической атмосферой. Е Чэнь был человеком, который очень ценит знания, жаль, конечно, что у него не было возможности закончить высшее учебное заведение. Это было его огромным сожалением, которое мучило его. Когда-то его родители закончили Яньский университет и Цинхуа, когда он был маленький, он часто бывал в этих университетах, играл там или участвовал в мероприятиях с родителями. Раньше он всегда думал, что обязательно в будущем выберет один из двух этих университетов, а после окончания бакалавриата, он выберет одну из лучших бизнес-школ мира для получения магистерской степени. Большинство детей из многодетных семей выбирают в основном такой путь. Дети из больших семей точно понимают, чем больше людей в семье, тем им больше приходится развивать свои способности, иначе семья от тебя отстраниться или произойдет естественный отбор.
Во всех топовых семьях города Янь не было молодых людей, которые не учились бы в университете, конечно же, Е Чэнь был единственным исключением. Если бы Е Чэня не включали в этот список, то бакалавров бы было 100%, магистров — 100%. Даже те, кто после окончания университета ушел в семейный бизнес, они все равно находят время, чтобы учиться в MBA. Жаль, что Е Чэню уже 26 лет, он прекрасно понимает, что не может вернуться в университет и потом еще закончить магистратуру. Поэтому именно это стало его вечным переживанием. В Токийском университете было много молодых людей и девушек с разным цветом кожи, все были одеты просто, с рюкзаками и учебниками. Многие, кажется, очень спешили. Чему он удивился, ведь до нового года осталось полмесяца, и почему-то Университет не уходил на каникулы.
Глава 1594
Позже, поразмыслив об этом, он наконец осознал, что хоть Япония и получила культурное влияние от Китая и даже первое время праздновали Новый год по лунному календарю, но после Революции Мэйдзи, они пытались «выйти из Азии и присоединиться к Европе», поэтому Новый год стали отмечать по григорианскому календарю. Поэтому самый большой праздник в Японии — Новый год, который на самом деле первый день нового года по григорианскому календарю.
Сейчас Токийский университет кажется уже на зимних каникулах, студенты все судорожно готовятся к экзаменам. Е Чэнь продил по территории университета, он невольно подумал, как Ито Нанако учится в этом университете. Если бы он не видел своими глазами, то никогда бы не подумал, что такая хрупкая девушка является не только лучшей студенткой Токийского университета, но еще и сверхспособным бойцом Саньда. В этой девушке было столько противоречий.
Когда он проходил мимо библиотеки, он даже увидел плакат на фонарном столбе с призывом помощи от Ито Нанако, на этом плакате была ее фотография в форме, ее улыбка была ослепительной. Плакат призывал студентов участвовать в соревнованиях по Саньда между Токийским университетом и Цзиньским международным университетом. Они даже назвали ее «Номером один в Японии», «Гордостью японских женщин» и «сильной соперницей за олимпийское золото». Е Чэнь посмотрел и невольно покачал головой. Эти все звания дали ей однокурсники, которые возлагали на нее огромные надежды, но в тоже время как раз все эти ярлыки оказали на нее моральное давление. Это все равно, что все время говорить ей, что она обязательно победит, иначе они будут сожалеть о том, что возлагали на нее большие надежды. Е Чэню показалось, что вместо таких громких лозунгов, лучше просто было ей сказать «главное — постараться, даже, если ты проиграешь, мы будем тебя также поддерживать!» Подумав об этом, Е Чэнь вздохнул и покачал головой, а потом достал телефон, чтобы сфотографировать эту театральную афишу и сохранить себе на память.
Заметив, что уже стемнело, он вышел из Токийского университета
На обочине возле Токийского университета стояла девушка и пела, это привлекло его внимание. На улицах Японии конечно много людей, кто поет или играет, но эта девушка пела китайскую песню. Это была песня Пу Шу «Простой путь». А строчка со словами «Я пересекал горы и моря, а еще море людей, и все, что у меня когда-то было растворилось как дым.» пронзала его в самое сердце, что он даже остановился. Девушке на вид было меньше двадцати лет, худощавого телосложения, но достаточно красивая. Пела она красиво, но вокруг были лишь японцы, и возможно не понимали слов и равнодушно проходили мимо, и даже не бросали взгляда на нее. А в футляре для гитары лежало всего несколько японских йен, если пересчитать в юани, то это было даже меньше пятидесяти юаней.
Е Чэнь послушал ее произношение и сделал вывод, что девушка была китаянкой, поэтому, когда она допела, он спросил ее на китайском:
— Это китайская песня?
Она кивнула головой и мило посмеялась:
— Я из провинции Сычуань, а вы тоже из Китая?
s
— А я из Цзиня, - а потом Е Чэнь еще спросил, - Вы в Токио по работе или живете здесь?
— Я здесь учусь, - девушка указала на Токийский университет, - в этом университете, иногда я выхожу петь песни, чтобы подзаработать немного денег на проживание.
Е Чэнь кивнул головой, достал из кармана деньги и положил в футляр ей сто тысяч йен. Девушка испугалась и быстро стала махать рукой.
— Господин, не нужно давать столько денег…
— Приятно встречаться с соотечественниками в других местах, - Е Чэнь улыбался и скорее начал уходить, чтобы девушка не успела ему вернуть деньги.
В этот момент к ней подошли несколько молодых японцев, и один из них схватил гитару девушки и начал громко кричать:
— Кто тебе разрешил здесь петь? Ты уже поздоровалась с нашей босодзоку из Бункё? И еще, ты сейчас в Японии, какого фига ты поешь китайские песни? Ищешь смерти поди?
Глава 1595
Япония — это страна, в которой мафии легальны, в обществе этой страны существуют различные мафиозные организации. Знаменитый Джеки Чан однажды снялся в фильме «Инцидент в Синдзюку», где действия происходят как раз с японскими якудзами.
Ямагути-Гуми и Инагава-кай в Японии являются большими боссами в пищевой цепочке, только не обязательно все гангстеры из этих двух группировок. На самом деле в каждом городе, районе есть небольшие банды. И все они любят себя называть «босодзоку». Самое любимое их дело — ездить с ревом на мотоцикле и носить всевозможное холодное оружие, а еще драться с людьми на улицах и в переулках. Но по большей части они конечно обижают слабых и занимаются запугиванием конкурентов.
А эта девушка-китаянка, только увидела этих бандитов, то тут же в испуге взмолилась:
— Простите, я не знала, что это ваше место, я больше не буду приходить, прошу простить меня в этот раз.
— Больше не будешь приходить? — толпа, которая схватила ее гитару, начала ей дерзить, - Если каждый провинившийся будет говорить, ой простите, я больше не буду, и мы такие его отпустим, тогда какие мы босодзоку?
— Тогда… - девушка начала нервничать, - тогда как вы меня отпустите?
Бандиты посмотрели на ее футляр, в котором лежали деньги, очевидно их было не меньше ста тысяч йен, для босодзоку это была огромная сумма, как раз чтобы покутить день или два.
— Отпустить тебя очень просто, - сказал один с усмешкой, - просто отдай нам гитару и деньги.
Девушка, прикусив губу, начала колебаться, прежде, чем разрыдаться:
— Хорошо, я отдам гитару и деньги вам.
Другой бандит уже протянул руку, чтобы схватить деньги, а потом жадно сунул их в карман, затем подмигнул всем и сказал:
— Ну все, парни, сегодня гуляем! Поехали в бар!
— Я могу идти? — девушка поперхнулась.
Бандит, держащий гитару, окинул взглядом девушку и с вульгарным видом ответил:
s
— Пока не уходи, а ты ничего такая, так, возьми гитару и спой парням японскую песню, а потом поедешь с нами в бар!
— Нет! — девушка машинально сделала несколько шагов назад и уже собиралась убежать.
Но она никак не предполагала, что они эти парни подбегут к ней и схватят ее за руку, а потом еще с усмешкой добавят:
— Хочешь убежать? И даже не хочешь узнать, кто такой Онидзука Рюдзи?
Прохожие бросили любопытные взгляды, но Онидзука Рюдзи тут же взорвался:
— Что смотрите? Босодзоку из Бункё решают дела, кто не боится встань здесь и не двигайся!
После его слов прохожие тут же разбежались кто куда. Японское общество кажется очень воспитанным, но на самом деле оно очень равнодушно. И внешне они очень вежливы, но в душе они избегают его, надеясь, что не доставит другим хлопот, и особенно, другие ему самому. Поэтому и в этой ситуации никто не бросился на помощь девушке.
Онидзука Рюдзи был очень горд, что достиг своей цели, и все разбежались, именно в этот момент раздался мрачный голос над его ухом:
— Отпусти ее!
Он повернулся, последовав за звуком, и увидел перед собой мужчину, который только что дал девушке сто тысяч йен, и усмехнулся:
— Подлец! Собираешься героически спасти красавицу? А ты знаешь, что мы Босодзоку из Бункё?
— Меня не волнует, к какой группировке ты относишься, - сказал Е Чэнь равнодушно, - если ты не отпустишь ее, пеняй на себя!
Глава 1596
Онидзука Рюдзи распущенно рассмеялся, а потом стиснув зубы сказал:
— Вот неожиданность, кто-то не уважает Босодзоку из Бункё! Да тебе крышка!
Девушка испугалась не на шутку, поэтому начала кричать:
— Господин, уходите скорее! Они мафиози! Это самая большая группировка во всем Бунке! Лучше вам не связываться!
Е Чэнь дотронулся до носа и посмотрел на Онидзука Рюдзи, с улыбкой сказав:
— Я слышал, что в Токио двадцать три района, это получается, что таких мафий, как ваша во всем Токио не меньше двадцати трех?
— И что с того? — сердито спросил Онидзука Рюдзи, - Наша банда входит в пятерку лучших во всем Токио! Это тебя трогает?
— Трогает или нет, надо сперва спровоцировать меня, чтобы узнать!
— Парень, - сказал другой бандит, - ты слишком самонадеян!
Онидзука Рюдзи подмигнул тем другим и резко крикнул:
— Убейте его для меня!
Несколько человек после его слов достали из-за пояса железные ломы и начали подходить к Е Чэню. Все эти парни были обычными гангстерами, и в глазах Е Чэня их сила была равно нулю. Поэтому, когда так много людей бросились к нему, он даже не испугался. В этот момент девушка, которую Онидзука Рюдзи схватил, громко закричала:
— Господин, осторожно! Бегите!
s
— Бежать? — он улыбнулся, - Как может убежать воинственный китаец?
Сказав, в его глазах промелькнул холод. Сразу же четверо бандитов, которые бросились к нему, вдруг увидели перед собой звездочки, они лишь уловили очень быстрые движения ноги Е Чэня, как будто он в одно мгновение пнул ногой сразу четыре раза. Прежде, чем они разглядели фигуру Е Чэня, их животы уже получили сильные удары, и тела летели назад, не имея возможности сопротивляться, в позе параболы они долетели до газона перед дорогой.
Когда Е Чэнь бил ногами, он хоть и специально снижал свою силу удара, чтобы не убить, но все же удары получились очень сильными. Все лежали на газоне, как полумертвые, и не могли даже подняться. Онидзука Рюдзи и девушка, которую он держал, все были поражены, особенно он.
Он никогда себе не мог предположить, что Е Чэнь обладает такой силой, четверо его парней только подошли к нему, как тут же улетели. Разве это не полное поражение? Подумав об этом, он тут же достал из кармана маленький кинжал и подставил его к горлу девушки, грозя:
— Ты…ты..ты не подходи! Иначе я убью ее!
— Если ты отпустишь ее, - сказал холодным тоном Е Чэнь, - я тебя не трону и даже не буду ругать.
Онидзука Рюдзи услышав это, сразу загорелся и обрадовался. Он хотел спросить Е Чэня, сдержит ли он слово, но услышал, как Е Чэнь продолжил говорить:
— Мне нужна лишь одна твоя правая рука в качестве наказания, одна еще рука, чтобы тебе было, чем пользоваться в будущем.
— Что? — он чуть не упал в обморок.
Не будет бить его, не будет ругать, а нужна лишь одна правая рука?! Разве он не сам дьявол?
— Я даю тебе шанс! — сказал Е Чэнь с таким же каменным лицом, - Но если ты будешь сопротивляться, то тогда я заберу у тебя обе руки, что ты даже сам ни в туалет, ни вытереть задницу не сможешь! Я считаю до трех! Решай!
Глава 1597
Онидзука Рюдзи почувствовал леденящий холод до самых костей, от кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Он никогда не встречал таких безжалостных людей, как Е Чэнь, мало того, что его сила была неземной совершенно, так еще его речь звучала еще жестче, чем у самих мафиозий. Босодзоку из Бункё угрожали другим всегда словами «ты ищешь смерти», «я убью тебя» и тому подобное. Возможно, они просто кричали об этом, но дело до драки так и не доходило. Но во время драк разве не так? На 30% успех зависит от силы духа, на 30% от выражения лица, и только оставшиеся 40%- это методы борьбы. А этот парень без запугиваний, сразу попросил мою правую руку. Как будто рука- это как шина мотоцикла, снять и не моргнуть глазом?
Видя, что парень упрямится, Е Чэнь потерял всякое терпение и холодно добавил:
— Я хотел оставить тебе хотя бы одну руку, но ты сам особо не торопишься, поэтому не вини меня за грубость!
Онидзука Рюдзи никак не мог решиться, и охрипшим обессиленным голосом прокричал:
— Тебе, китайцу лучше не высовываться! Это Япония! Это Токио! Ты не боишься, что мои парни прикончат тебя?
— Твои парни, это которые вон там в кустах лежат? — засмеялся Е Чэнь.
— В нашей банде пятьсот человек! Один удар и ты — труп! И если ты продолжишь так со мной, то придут остальные из моей банды и тебе конец!
— Это все лишь слова! Что говорить об обычной мафии, что я даже не боюсь вашего Ямагути-Гуми, пусть хоть он приходит!
От слов Е Чэня ноги у Онидзука Рюдзи обмякли. Откуда взялся этот парень? Он даже осмеливается с презрением говорить о Онидзука Рюдзи! Неужели он правда не боится смерти?
s
Он уже стоял в предобморочном состоянии, ему хотелось сейчас лишь бы только причина его несчастий скорее сгинула, поэтому приставил кончик ножа к горлу девушки и нервно заорал:
— Если ты не уйдешь, то я ее сейчас же убью!
— Если ты причинишь ей боль, - сказал холодным тоном Е Чэнь, - то я похороню тебя со всеми членами вашей группировки!
Онидзука Рюдзи чуть не упал. Почему этот человек ни на что не поддается, да еще его манера речи, как будто сам собирается погубить эту девушку! И кажется, он действительно может прикончить всех членов банды. Что за чудеса!
В это время у Е Чэня уже кончилось терпение, рукой он сжал молнию на одежде и легким движением кончиков пальцев снял бегунок с молнии. Но Онидзука Рюдзи, видя все действия, что проделал Е Чэнь, подумал, что он просто поправил одежду. Сразу после этого Е Чэнь захватил его руку, что Онидзука Рюдзи не успел прийти в себя, как почувствовал острую боль в правой руке, боль была такой сильной, что сила в руке его покинул, и он отпустил кинжал. Он был дико напуган, посмотрев на свою руку, он увидел, что в тыльной стороне руки был вставлен бегунок.
В этот момент девушка, воспользовавшись ситуаций, вырвалась из его оков и быстро подбежала к Е Чэню. А Онидзука Рюдзи откуда-то еще набрался смелости преследовать ее. Он изумленно посмотрел на Е Чэня, и поколебавшись секунду, зажав правую руку, быстро побежал. И бежал он в противоположную сторону от того места, где девушка пела, - на дорогу
Глава 1598
Е Чэнь, увидев, что он собирается убежать, стал преследовать его. Девушка тут же закричала:
— Господин, не нужно, это опасно!
— Я же сказал, что я хочу обе его руки, нельзя отказываться от своих слов, и не хочу, чтобы наши японские друзья думали, что китайцы не держат слово!
Услышав слова, все нутро Онидзука Рюдзи было окутано страхом, ноги побежали еще быстрее, будто спасая жизнь бегством. И в этот момент, когда он выбежал на середину дороги, внезапно машина не справилась с управлением и въехала ему в ногу боком. После удара он потерял равновесие и свалился на соседнюю полосу. Где в это время быстро проезжала колонна из Rolls-Royce.
Онидзука Рюдзи внезапно перестал себя контролировать и вдруг бросился под один Rolls-Royce, машина не успела увернуться и прокатилась по его рукам. Был слышен лишь треск двух костей, трехтонный Rolls-Royce прокатился прямо по рукам Онидзука Рюдзи. Машина резко затормозила, а затем и вся колона Rolls-Royce остановились следом. Из машины, что передавила ему руки, вышел молодой человек, на вид двадцати шести — двадцати семи лет, он подошел к Онидзука Рюдзи и сердито пнул его в ребра, выругавшись: су
— Дебил! В моей машине почетные гости! Ты напугал моих гостей! Я сотру тебя в порошок!
Руки Онидзука Рюдзи были раздавлены, ему сейчас хотелось умереть, а от удара ногой стало так больно, что он закашлялся. Но, когда он слегка поднял глаза, он увидел человека, который только что пнул его, он был так напуган, что заплакал:
— Господин Такахаси, я не хотел сталкиваться с Вами, я убегал от человека, который собирался убить меня, я бежал, спасая свою жизнь, и так попал Вам под колеса. Пощадите меня…
Человек, который вышел из машины, был Хидэеси Такахаси! Он только что выехал из аэропорта Нарита, встретил там Су Чжифэйя и Су Чжиюй, собирался отвезти их в отель Аман, но тут по дороге неожиданно произошло это! Су Чжифэйяи Су Чжиюй также ехали в этой машине, Хидэеси Такахаси сидел вторым пассажиром на втором месте и с гордостью рассказывал им о том, что в Токио нет пешеходов, которые перебегают дорогу на красный цвет. А тут водитель неожиданно наехал на Онидзука Рюдзи, который на красный цвет убегал от кого-то.
К счастью, оба они были в порядке, иначе бы это повлияло на их сотрудничество, это могло быть большим уроном для них. Поэтому он гневно еще сильнее прижал Онидзука Рюдзи ногой к земле и посмотрел на Е Чэня, который следовал к ним. Он указал на Онидзука Рюдзи и спросил Е Чэня:
— Это ты его преследовал?
— Да, - Е Чэнь нахмурился, - А что такое?
s
Хидэеси Такахаси сердито взревел:
— Скотина, тебе жить расхотелось?
— Следи за своими словами! — ответил он холодно, - Если у машины есть повреждения, скажи мне цену, я тебе возмещу все, только не надо тут бросаться грязными словами, иначе я не буду с тобой по-доброму.
— Не будешь со мной по- доброму? - Хидэеси Такахаси холодно спросил, - Парень, да ты безумец, ты хоть знаешь, кто я такой? Ты будешь жалеть о том, что ты родился на свет, веришь ты?
— Я не знаю, кто ты такой, -с прищуром в глазах сказал Е Чэнь, - да мне и лень знать, кто ты такой, я лишь знаю, что эти две руки я уже давно забронировал, а ты взял и передавил их, поэтому жду исчерпывающих объяснений!
Хидэеси Такахаси был ошеломлен и уставившись на него спросил:
— Что ты только что сказал?
Е Чэнь посмотрел на него и презрительно спросил:
— А что? Ты не расслышал, что я сказал? Неужели такие притворные люди еще периодически страдают глухотой?
Глава 1599
Ярость Хидэеси Тахакаси достигла предела, и он в любую секунду был готов взорваться.
Он восходящая звезда из рода Такахаси! Его имя на слуху не только в Токио, но и во всей Японии! Да он вообще так называемый национальный красавчик, по которому уже несколько лет сходила с ума вся Япония.
Хидэеси Тахакаси с детства окружали лишь уважение, почтение и подхалимство, потому он и вырос таким дерзким и горделивым. Он никогда в жизни не оперировал такими понятиями, как «терпеть», «пресмыкаться» и «идти на уступки».
И теперь, когда парень примерно одного с ним возраста отнёсся к нему без капли почтения, посмел ему перечить и даже вопиюще наглым образом осведомился, нет ли у него проблем со слухом, японец задался закономерным вопросом, не ищет ли этот наглец смерти.
Он дал отмашку, и из сопровождавших его Роллс-Ройсов тут же вышла дюжина здоровяков в чёрных костюмах на западный манер. Никаких сомнений – это личная охрана клана Такахаси.
В мгновение ока они обступили Е Чэня со всех сторон и приготовились кинуться на него в атаку по команде своего босса.
В этот момент сидящие в машине Су Чжиюй и Су Чжифэй переглянулись, и Су Чжифэй спросил свою сестру:
— Уж не запланированная ли это афера?
— Вряд ли, — усомнилась Су Чжиюй. — Если бы они это запланировали заранее, то уж точно не выбрали бы местом действия оживлённый район Токио. Гораздо удобнее было бы всё организовать раньше, пока мы ехали с аэропорта по эстакаде.
— Не находишь забавным, что именно в момент, когда он нам рассказывал, что ни один японец не станет переходить дорогу на красный свет, именно это и произойдёт? — рассмеялся успокоившийся Су Чжифэй, после чего продолжил. — Ты заметила, что Хидэеси Тахакаси заинтересовался тобою? Между прочим, он весьма красив. Не рассматриваешь его?
— Я в принципе не рассматриваю японцев, — непоколебимо ответила Су Чжиюй.
— С чего бы это? Японцы примерно как китайцы: мало растительности на теле и не пахнут. Вот у европейцев, латиносов и африканцев в этом плане всё абсолютно иначе.
— Ой, вот не надо мне тут! Если я решу завести отношения, то выберу для этого чистокровного китайца, — надула губки Су Чжиюй
s
— Почему?
— С человеком, разделяющим с тобой культуру, традиции, привычки и даже знания, намного проще иметь дело. Только представь: предлагаю я парню съездить в пещеры Могао, а он даже не знает, что это такое. Да я тут же разозлюсь и влеплю ему пощёчину!
— Тебе бы поумерить свой пыл, сестрёнка, — рассмеялся Су Чжифэй. — Колотить своего парня по каждому поводу неприемлемо. Ни один парень не захочет с тобой встречаться, узнав про эту твою привычку.
— Я просто привела пример. Я хотела до тебя донести, что лучшая пара для китаянки – китаец. Ты, кстати, и сам не вздумай выбирать себе девушку среди иностранцев.
Су Чжифэй решил не развивать тему. Вместо этого он перевёл взгляд на разворачивающееся снаружи действо.
Е Чэнь стоял в окружении телохранителей клана Такахаси под прицелом их свирепых взглядов, но не подавал ни малейших признаков страха или паники.
— Этот японец ведёт себя очень смело, учитывая, что обстоятельства складываются явно не в его пользу, — озвучил он своё наблюдение.
— Наверное, с головой у него не всё в порядке, — кивнула Су Чжиюй.
— А ещё он довольно симпатичный, не находишь?
— Тогда помолись, чтобы телохранители клана Такахаси не испортили его смазливую мордашку своими кулаками, — цокнула языком Су Чжиюй.
— И откуда в тебе столько желчи? — беспомощно вздохнул Су Чжифэй.
Глава 1600
— Ты так говоришь, как будто первый день со мной знаком, — ответила Су Чжиюй.
***
В этот момент Хидэеси Тахакаси хладнокровно взглянул на Е Чэня. Его так и подмывало подмывало распорядиться, чтобы этого наглеца избили до полусмерти.
Проблема состояла в том, что они находились рядом с Токийским университетом в крайне оживлённом месте. Если поступить столь бездумно, то потом разразится общественный скандал, и проблем не оберёшься.
Не менее важно учесть и представителей клана Су, сидящих в автомобиле, особенно Су Чжиюй. Она пришлась ему очень по вкусу, так что он не должен ударить перед ней в грязь лицом, обнажив свои деспотичные повадки.
Придя к данному выводу, Хидэеси Тахакаси придал себе самый напыщенный вид, на какой был способен, и снисходительно обратился к Е Чэню:
— Эх, так и быть, дам тебе шанс заслужить прощение. Вставай передо мною на колени и трижды поклонись лицом в землю! Тогда я сделаю вид, что ничего не было!
— Ты, кажется, не улавливаешь суть дела, — ответил Е Чэнь с таким видом, будто только что услышал презабавный анекдот. — Тебя сейчас должно заботить лишь то, что ты мне задолжал две свои руки!
— Ах ты!.. — воскликнул Хидэеси Тахакаси.
Про себя же он подумал: «Я указал ему на спасительный путь, а он самолично ступил на тропу смерти. Никто же не будет меня винить, если я ему разок врежу?»
Затем он процедил сквозь сжатые зубы:
— Я проявил к тебе благосклонность, но ты сам отказался её принять! Теперь пеняй на себя! Всё, избейте его!
Последние слова адресовались телохранителям.
Но не успели они отреагировать, как на месте стычки появилась изнемождённая на вид девушка, та самая уличная музыкантша. Она встала перед Е Чэнем, оградив его от телохранителей, и обратилась к бугаям:
s
— Простите его, пожалуйста! Он всё это сделал, чтобы спасти меня. Прошу, не бейте его!
Затем она и вовсе низко поклонилась, подкрепляя этим свою просьбу.
Е Чэнь её остановил и вышел вперёд со словами:
— Эти люди не стоят того, чтобы им кланяться. Отойди в сторону, чтобы не попасть под удары. Я всё улажу
— Это же Хидэеси Тахакаси... — вся в слезах, начала объяснять девушка. — Он самый богатый и властный представитель токийской золотой молодёжи! С ним лучше не связываться! Это сравни подписания себе смертного приговора!
— Меня не волнует, кто он, да пусть хоть Ямакаси. Важно лишь то, что он мне задолжал две руки, и я этого так просто не оставлю. А ты лучше не лезь на рожон. Если я в пылу боя отвлекусь на тебя и из-за этого схлопочу по лицу, тебе будет неловко, верно?
С этими словами Е Чэнь легонько потянул девушку в сторону, предлагая отойти с будущего места драки. Она сначала думала воспротивиться, однако услышанное заставило её усомниться в резонности данной затеи.
Она уже видела, что Е Чэнь обладает выдающимися способностями. Авось он действительно способен выстоять против этих бугаев? Если это так, то она действительно будет только мешаться под ногами.
В итоге она всё же осталась нервно стоять в стороне, держа в руках телефон, готовая в любую секунду вызвать полицию, если что-то пойдёт не так.
Тем временем сидящая в Роллс-ройсе Су Чжиюй вдруг изумлённо вздёрнула брови и сказала брату:
— Ого, а этот парень, оказывается, вовсе не японец, а самый что ни на есть китаец!
— Если он китаец, то тем более должен понимать, что на чужой территории воевать куда сложнее! Он же и вовсе пошёл против самого Хидэеси Тахакаси! Отваги ему точно не занимать... — заметил Су Чжифэй.
— Эх, как жаль. Он такой красивый, но с головой явно не дружит, — раздосадованно заявила Су Чжиюй.