— Вы никогда не сможете ходить, — сказал врач с ноткой сожаления в голосе, но Анна словно не услышала. Она смотрела прямо перед собой, не замечая ни его лица, ни комнаты вокруг. В этот момент слова теряли значение. — Простите, можно ли попробовать что-то? Реабилитацию? — спросил её отец, стоявший рядом, голос дрожал от напряжения. Врач лишь развёл руками: — Шанс крайне мал. Мы сделаем всё возможное, но вы должны быть готовы к худшему. Анна молчала. Говорить казалось бесполезным. Всё, что она слышала, было гулом, затмевающим её мысли. Но внутри, где-то глубоко, зародился протест. Уже на следующий день начались её первые попытки справиться с собой. Сергей Петрович, реабилитолог, вошёл в палату с улыбкой: — Ну что, начнём? Я знаю, это непросто, но вы справитесь. Анна лишь кивнула, с трудом подняв руку. Её тело казалось чужим. Каждое движение, даже самое маленькое, было борьбой. Её лицо исказила гримаса боли, но она не сказала ни слова. — Давайте попробуем немного растянуть мышцы, — предло