После второго дела, когда Паша «отработал» новогодний корпоратив, и утащил приличное количества денег и золота, прошло чуть больше года. Как и в первый раз, он затаился, и спокойно жил на украденные деньги. Но на этот раз получилось не всё так замечательно. Дело в том, что работа актером – она достаточно специфичная. Тем более, когда работаешь в каком-то местечковом театре, не в столицах. Если актер может это перебороть и пережить, он становится так называемым корифеем. Его уважают в театре, раздают премии, грамоты и так далее. Но многие уходят из профессии, когда переступить это не могут. Начинаются интриги, ругань в театре, алкоголизм и прочие гадости.
Так вот, у Паши случилось именно так. Денег хватало, учитывая наворованное, а не хватало признания. Наверное, какой-то похвалы, больше ролей и так далее. И начал Гонсалес употреблять. Причём, далеко не алкоголь. Появились новые «друзья», барыги и подобная публика. Деньги стали быстро уходить. В какой-то момент Паша сдал и награбленное золото. Это было опасно, могли спалить даже через столько времени. Но хватило мозгов сделать это в другом городе. Что нужно было делать? Готовить новое дело, планировать новый грабёж. Кстати, прозвище Гонсалес ему дали как-раз, его новые друзья-товарищи. И их он решил привлечь к новому делу.
А бомбануть Паша решил ювелирку с валютным обменником. Раньше такие организации часто находились в одном помещении. Вот такое помещение Гонсалес и нашёл возле рынка на «Вишняках». В простонародье этот рынок называли «толчком». Много народу, большие кассы и постоянная суета. Эдакий «Черкизон», но сильно на минималках.
А расчёт был простой. Как и во многих фильмах про настоящих гангстеров: переодеться инкассаторами, и спокойно вынести награбленное. А мысль такая пришла из-за того, что кто-то из корешей тиснул где-то или нашёл инкассаторскую ксиву. Оставалось аккуратно переклеить фотографию, найти форму, и вперёд на дело. Часто инкассаторы приезжали на обычных автомобилях за выручкой, без «рекламы» и брони, как это делается сейчас. Менее приметно, та и сдавалась выручка в банк далеко не вся. Сначала, как правило, деньги везли хозяину или бухгалтеру, он считал и забирал чёрный нал, а уже остальное – в банк.
Пару дней понаблюдали за магазином, несколько дней ушло на поиски инкассаторской формы: свитеров с типа бронежилетами без пластин. Оттянулись хорошенько, и пошли на дело. Судьба отговаривала Пашу с самого начала. Поехали они на «Волге» тестя одного из знакомых. Она по пути пару раз заглохла. Буквально говорила – не нужно туда ехать. Но кое как – добрались. Один остался за рулём, а Гонсалес и подельник пошли в магазин. Паша пошёл внутрь, а «коллега» - остался у дверей. Так делали и другие инкассаторы, за которыми они наблюдали пару дней. Более того, это нужно было сделать быстро, так как через минут 15 должны были приехать натуральные инкассаторы. Грабители приехали примерно впритык, чтобы не вызвать подозрений. Хотели чуть раньше, но машина подвела.
Сначала сотрудница ювелирного магазина поверила, и начала выкладывать деньги. Но потом что-то пошло не так. Дело в том, что горе-бандиты наблюдали за настоящими инкассаторами только снаружи и немного у входа, но не видели процедуру внутри помещения. Когда Паша начал складывать деньги, сотрудница обменника резко закрыла железное окошко и нажала тревожную кнопку. Видимо, что-то он делал не так, и была там какая-то определенная процедура. Продавщица ювелирного закричала, и побежала в подсобку. Гонсалес понял, что нужно валить, и пошёл к двери. Его подельника уже и след простыл, он уже сидел в машине, которая тронулась, но опять заглохла. А навстречу выскочил местный охранник. Гонсалес сначала заметался, но потом ломанулся через этого охранника, и побежал по торговым рядам.
За ним уже мчался охранник и один из инкассаторов, которые как раз подъехали к магазину. Бежал Паша совсем не долго, буквально во втором же ряду его срубил с ног како-то местный торгаш, который понял происходящее. Получив по рёбрам и лицу, грабитель отправился в руки правоохранителей. Отмазываться смысла не было никакого. Да, и его подельников тоже повязали. Машина так и не завелась. Одного заблокировали в ней, а другого поймали через несколько дней. Дальше, естественно, СИЗО, суд и этап.
Получил Паша Гонсалес за свой инкассаторский «маскарад» четыре года. Подельник – два, водитель – условку. И поехал на зону. К сожалению, это дело Гонсалеса было последним. Во время отсидки он заболел. Срок отсидел, откинулся, но через несколько месяцев умер. То ли, от передоза, то ли – от туберкулёза, который он там и подхватил. Это уже не особо важно. Просто жаль, талантливый был парень. Как там говорил классик, «не столь важен талант, как его применение». Паша решил применять его таким образом. По итогу, получилось печально.