(Ремарка к статье "Правило №3. Часть 2")
В моей врачебной практике также встречались довольно впечатляющие случаи успешной победы над «невероятным» и «невозможным». Вспоминаю, как в конце 80-х после знакомства с академиком С.Н. Фёдоровым мне довелось сделать доклад в его клинике МНТК «Микрохирургия глаза» на тему геморрагических осложнений внутриглазной хирургии у пациентов с высокой степенью ожирения. Там я рассказал о большой эффективности управляемой декомпрессии перед вскрытием глазного яблока, а также о специальных методах оптимизации обменных процессов и снижения веса при плановой подготовке пациентов к операции.
После завершения конференции Святослав Николаевич проводил меня в свой кабинет и в ходе беседы попросил поучаствовать в важной операции, запланированной на ближайшее время. Это был не совсем обычный случай: речь шла о представителе правящей элиты одного из государств Персидского залива.
Пациент страдал тяжёлой формой глаукомы на фоне сильного ожирения. Причём зрение сохранилось лишь на одном глазу, т.к. оперативное вмешательство, проведённое двумя годами раньше в одной из клиник США, закончилась неудачно. Тогда после разгерметизации глаза сразу же произошёл разрыв задней цилиарной артерии с развитием массивной субсклеральной гематомы и потерей органа.
Мы стали прорабатывать детали предстоящей операции. С.Н. передал по факсу коллегам перечень моих рекомендаций по «метаболической подготовке» пациента. Признаюсь, и мне, и, тем более, Святославу Николаевичу было непросто решиться на такое вмешательство. Ведь вопрос был не только в престиже хирурга, МНТК или даже страны. Мы понимали, какими тяжёлыми могут быть моральные последствия повторения подобного же исхода.
Американские коллеги (да и сам пациент) в более ранней стадии процесса ещё могли позволить себе иллюзии и надежды на удачу. Мы подобной «форы» не имели: вероятный «ответ» сосудистой системы уже прозвучал, а снова допустить такое означало... Отказаться тоже было проблематично: решение согласовали и утвердили «на самом верху». Да и времени на раздумья + подготовку пациента практически не оставалось: ситуация с каждой неделей становилась всё хуже.
Определённую реабилитационную работу мы всё же успели провести, и в назначенный день (примерно через месяц) оперативное вмешательство состоялось. Поскольку медикаментозными средствами внутриглазное давление до приемлемого уровня в 23-25 мм рт. ст. (как это было судя по протоколу подготовки в США) понизить не удалось (болезнь прогрессировала), мы микроиглой канюлировали переднюю камеру и с помощью специального прибора¹ постепенно за 8 минут понизили давление с исходных 29 до 14 мм. рт. ст. И только убедившись, что организм перенёс декомпрессию без негативных реакций, приступили к самой операции.
Нам буквально «на кончиках пальцев» удалось благополучно пройти все этапы. Но с облегчением выдохнуть так и не получилось: при последней манипуляции экспульсивная геморрагия (ЭГ) всё же произошла!
Правила Дзен не позволяют приводить подробности конкретных действий (протокол операции можно посмотреть в монографии²). Да и «фантастика», о которой я хотел поведать читателям, заключалась, конечно же, не в этом. Скажу лишь, что нам в итоге удалось не только справиться с осложнением, сохранив и глаз, и зрение. Но и (как стало понятным несколько позже) восстановить отток жидкости из передней камеры. Т.е. полностью компенсировать избыточное внутриглазное давление!
На четвёртый день пришлось правда провести ещё одно небольшое вмешательство, вызванное скоплением транссудата в супрахориоидальном пространстве. Но в дальнейшем реабилитация шла без осложнений, фильтрационная подушка сформировалась «как надо» и работала прекрасно. А это означало, что человеку больше не угрожала перспектива атрофии зрительного нерва и слепоты.
В то время столь благоприятный исход ЭГ был редчайшим событием в мировой практике, а с учётом тяжести основного заболевания и сопутствующих факторов (выраженный атеросклероз, тяжёлая форма гипертонии, сахарный диабет, вес примерно 140-150 кг), наверное, и уникальным.
͞ ͞ ͞ ͞ ͞ ͞ ͞ ͞
¹ — Мною в сотрудничестве с одним из высокотехнологичных производственных центров системы ВПК удалось создать два типа приборов для управляемой декомпрессии глаза (с ручным и ножным управлением). Были получены авторские свидетельства, но, несмотря на хорошие отзывы и впечатляющую статистику снижения послеоперационных осложнений, внедрить их в серийное производство в России так и не удалось.
² — Случай описан в монографии N. Melyanchenko “Problem of acute ocular hypotonia in modern ophthalmosurgery”, стр.54. В связи с особым статусом пациента, а также в соответствии со статьёй №8 Лиссабонской Декларации Всемирной Медицинской Ассамблеи (1981 г.) «О праве на конфедициальность», данные о личности и возрасте пациента в книге были изменены.