Пятьдесят лет назад, в укромной японской деревушке, вдали от городского шума, жила молодая и неотразимая девушка по имени Сакура. Её длинные вороньи волосы, фарфоровая кожа и загадочные миндалевидные глаза пленяли сердца местных юношей, которые со всей округи стремились лишь к одному – увидеть её, поговорить с ней, попросить о свидании.
Слава о её неземной красоте быстро разнеслась за пределы деревни, и со временем на порог её дома стали приходить всё новые и новые поклонники. Каждый молодой человек, осмелившийся сделать первый шаг, был окутан ореолом тайны – спустя несколько часов после свидания они исчезали, оставляя позади лишь слухи и дрожащие воспоминания. Никто не осмеливался рассказать, что же на самом деле произошло в ту ночь, и вскоре все попытки новых встреч канули в небытие.
Родители Сакуры были озадачены и скорбели: их единственная дочь, столь милая, скромная и трудолюбивая, казалась им идеалом. Она всегда помогала по хозяйству, не выказывая ни малейшей капли гордости, и усердно училась вечерами. Но почему же каждый юноша, встретив её взгляд, тут же в ужасе убегал? Слухи проникали в каждый уголок деревни – одни считали, что в её облике скрыта какая-то потусторонняя сила, другие же подозревали, что за нежностью и застенчивостью скрывается нечто зловещее.
Однажды, когда отец Сакуры, Масао, трудился в своем маленьком саду, по извилистой тропинке появился молодой человек.
— «Что вам нужно?» – спросил Масао, подняв взгляд от своих дел.
— «Я хотел бы попросить вашу дочь о свидании», – смело ответил незнакомец.
Отец, тронутый искренностью юноши, тепло пригласил его познакомиться с дочерью. Сакура, словно робкий лепесток сакуры, опустилась взглядом и едва слышно произнесла несколько слов, краснея от неожиданного внимания. Молодой человек, которого звали Рё, был околдован её утончённой красотой и пригласил её на первое свидание. Они проводили друг друга до двери, и на прощание Сакура тихим голосом сказала:
— «Не сейчас… вернись в полночь, и прошу, будь осторожен – не разбуди моих родителей».
Несмотря на удивление, Рё послушно вернулся в ту ночь. Он постучал в окно её скромной спальни, и неожиданно оно распахнулось, открывая образ Сакуры, словно появившейся из лунного сияния.
— «Перед тем как я согласлюсь на встречу, ты должен пообещать мне кое-что», – прошептала она, приглушённо и таинственно.
Рё, не теряя ни минуты, сжато положил руку на сердце и торжественно поклялся:
— «Я обещаю, что ни с кем не расскажу о том, что произойдёт этой ночью».
— «Хорошо. Иди за мной», – сказала Сакура, её голос казался одновременно хрупким и решительным.
В ту темную ночь, когда луна скрывалась за плотными облаками, пара отправилась по узким улочкам деревни, где тишину прерывали лишь далёкие звуки ветра и вой собак. Они оказались на границе леса, где каждый шорох казался шёпотом древних духов. Сакура поспешила по густой, заросшей тропинке, а Рё, пытаясь не потерять её из виду, ускорял шаг, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с мраком.
Наконец, они достигли заброшенного кладбища, где лунный свет, пробившийся сквозь тучи, озарял ржавые надгробия, покрытые мхом и оплетённые дикими лозами. Легкий ветер развевал ночную рубашку Сакуры, создавая иллюзию танца теней. Девушка остановилась на краю недавно воздвигнутой могилы. Взяв в руки старинную лопату, она начала копать, разбрасывая по холодной земле комья грязи, словно пытаясь открыть врата между мирами.
Спустя мгновения, Сакура опустилась на колени и, с отчаянием и решимостью, начала вскрывать землю собственными руками. Когда она добралась до древнего гроба, подняла его крышку и, словно оживляя легенду, аккуратно вырвала одну из конечностей, которая лежала под белоснежным саваном. Затем она поднесла эту «часть» к губам и откусила большой кусок, будто проверяя судьбу Рё.
— «Это испытание любви», – прошептала она, её голос эхом разнесся по кладбищу. – «Если ты действительно любишь меня, тебе предстоит повторить мой поступок – вкусить то, что я вкусила».
С этими словами она вырвала ещё одну «часть» из гроба и протянула её Рё. Без малейших сомнений, молодой человек взял предложенное и откусил. На его лице мелькнула удивлённая улыбка – он ожидал жуткой реальности, но вкус оказался сладким и неземным, как будто это были искусно приготовленные конфеты из сахара и муки.
Сакура засмеялась, её смех был тихим, как журчание ручья в осеннем лесу.
— «Ты – единственный из тех, кто не убежал в страхе. Только настоящий смелый мужчина достоин меня. Теперь я могу даровать тебе свою любовь».
Однако в глазах Рё мелькнула тень негодования, его голос загремел холодом ночи:
— «Только конфеты? Я думал, мы подобны друг другу…»
Этим словами он схватил лопату и, с яростью в сердце, принялся копать новую могилу. Раскапывая старый гроб, он сломал его крышку и, словно одержимый, начал пожирать содержимое, его крики эхом разнеслись по кладбищу. На этот раз, с визгами, Сакура исчезла в ночи, оставив после себя лишь горькое послевкусие загадки и мрачной любви.