Озеро в самом сердце Зоны, словно исполинский глаз, мрачно поблескивало под серым небом. Зловещая тишина, нарушаемая лишь слабым шелестом прибрежных камышей, угнетала сильнее любой перестрелки. Это место, прозванное сталкерами «Мёртвой Водой», давно стало пристанищем аномалий и опасностей, которым не было числа.
На этот раз причина нашего беспокойства находилась на дне озера. Артефакт, известный как «Сердце Клондайка», оказался в руках бандитов из банды «Чёрные Псы». Они собирались продать его за бешеные деньги, но во время дележа уронили сокровище прямо в озеро. Учёные из «Чистого Неба» отправили меня, профессора Андрея Сахарова, чтобы вернуть артефакт.
Я стоял на берегу, облачённый в свой старый, пожелтевший от времени и многочисленных экспедиций комбинезон, поверх которого надел акваланг. В руках я держал специальный контейнер с предохранителем. «Сердце Клондайка» было нестабильным, и любое неосторожное движение могло привести к катастрофе. На берегу меня ждали двое моих ассистентов, Виктор и Максим, оба с тревожными лицами.
- Андрей Ильич, может, не стоит? — спросил Виктор, поправляя противогаз. — Зона и сама по себе опасна, а тут ещё это болото…
— Не говори глупостей, Виктор. Мы не можем оставить артефакт без внимания. Его изучение может принести огромную пользу, — ответил я, надевая маску аквалангиста.
— О пользе говорите? — проворчал Максим. — Как бы нам самим не подохнуть от этой пользы.
Я проигнорировал его ворчание и сделал глубокий вдох. Пришло время действовать. Вода оказалась на удивление тёплой, но невыносимо мутной. Я погрузился в неё, чувствуя, как по телу пробегают неприятные мурашки. Видимость была ужасной, приходилось ориентироваться на ощупь. Озеро было заполнено странными колючими водорослями, которые цеплялись за мой костюм.
Вскоре я нащупал его на дне. «Сердце Клондайка» напоминало небольшой сгусток тёмной энергии, окутанный едва заметным сиянием. Артефакт лежал на дне среди камней и ила. Мои пальцы коснулись его, пытаясь осторожно взять.
В тот же миг всё изменилось.
Артефакт запульсировал, испустив волну энергии, которая прокатилась по воде, словно электрический ток. Меня отбросило в сторону, и тело пронзила адская боль. Казалось, что каждый нерв во мне загорелся. Я попытался отстегнуть артефакт от перчатки, но он словно прирос к ней.
Я увидел, как помутнела вода. «Сердце Клондайка» меняло форму, становясь похожим на тёмный шар, окружённый аурой искажённой энергии. Вода вокруг закипала, шипя и выпуская клубы пара.
Я понял, что началась реакция. «Сердце» вступило в контакт с водой, и последствия были непредсказуемыми. Я отчаянно пытался выбраться из этой ловушки, подплыв к берегу как можно быстрее, пытаясь выбраться на твёрдую землю.
С трудом выбравшись из воды, я был потрясён увиденным. Берег был окутан зловещей дымкой, а на траве лежали мои ассистенты, Виктор и Максим. Они оба были неподвижны, их тела напоминали обугленные манекены.
По моим щекам потекли слёзы. Мои друзья, коллеги погибли из-за моей ошибки. Все усилия были напрасны, и «Сердце Клондайка» вместо того, чтобы стать ключом к пониманию Зоны, стало её смертоносным оружием. Я сидел на берегу, обхватив голову руками, и плакал от горя и безысходности.
Внезапно я услышал звук приближающегося вертолёта. Сначала я подумал, что это вернулись «Чёрные Псы», но силуэты на борту явно не были похожи на бандитские. Из вертолёта по тросу спустились вооружённые до зубов люди в камуфляжной форме — наёмники, нанятые «Чистым Небом» для моей охраны.
Их командир, высокий мужчина с мрачным взглядом, подошёл ко мне.
— Профессор Сахаров? — спросил он, оглядывая обугленные тела Виктора и Максима.
Я лишь кивнул, не в силах произнести ни слова. Мой разум был переполнен ужасом и чувством вины.
— Мы прибыли по приказу руководства, — продолжил командир. — Необходимо эвакуировать вас и остановить распространение этого… явления.
Я смотрел на него сквозь пелену слёз. Я не мог поверить, что всё так обернулось. Моя экспедиция обернулась катастрофой, и теперь мне приходилось полагаться на наёмников, чтобы выжить.
Они помогли мне подняться, оттащили от берега и усадили в вертолёт. Когда мы взлетели, я посмотрел вниз. На берегу всё ещё клубился дым. «Сердце Клондайка», погребённое на дне озера, оставалось тихим и смертоносным секретом, напоминающим о хрупкости человеческих знаний и безжалостности Зоны.
Наёмники погрузили меня в вертолёт и усадили на мягкое сиденье. Мои руки дрожали, а голова гудела от пережитого. Они были немногословны, но их присутствие успокаивало. Они понимали, что произошло, и не задавали лишних вопросов.
Вертолёт набрал высоту, и озеро осталось позади. Я смотрел в иллюминатор, пытаясь избавиться от воспоминаний о том кошмаре. «Сердце Клондайка» стало не просто артефактом — оно стало символом моей неудачи, моих потерянных надежд и трагедии, которую я принёс с собой.
По прибытии на базу «Чистого неба» меня немедленно отправили в медицинский отсек. Врачи пытались привести меня в чувство, но ничто не могло заглушить боль утраты и чувство вины. Я не мог перестать думать о Викторе и Максиме, об их жизнях, оборвавшихся из-за моего желания исследовать Зону.
Пока врачи колдовали надо мной, я услышал голос командира наёмников:
- «Профессор», — обратился он ко мне. — «Ваше руководство просит вас незамедлительно приступить к составлению отчёта о случившемся. Мы должны разобраться в том, что именно произошло в Мёртвой воде, чтобы подобное больше не повторилось».
Я молчал. Мне было трудно поверить, что я когда-нибудь снова смогу заниматься исследованиями. Я потерял своих друзей, а вместе с ними и веру в свою непогрешимость.
Но я понимал, что не имею права отступать. Виктор и Максим отдали свои жизни, чтобы я мог вернуться и рассказать о том, что произошло. Они были преданы науке, и я не мог забыть об их жертве.
Собравшись с силами, я начал свой отчёт. Каждое слово было словно удар ножа, но я знал, что должен закончить. Я должен был зафиксировать всё, что видел в Мёртвой Воде, все свои наблюдения, чтобы другие не повторили мою ошибку.
Закончив отчёт, я почувствовал некоторое облегчение. Но воспоминания о той трагедии всё ещё были слишком свежи. Я навсегда останусь тем профессором, который выпустил из-под контроля смертоносную энергию и погубил своих друзей.
Вскоре ко мне пришёл один из руководителей «Чистого неба». Он поблагодарил меня за отчёт и за преданность делу. Также он сообщил, что руководство решило выделить мне группу наёмников для охраны, и мы немедленно приступим к новым исследованиям.
Я был поражён его словами. Неужели они не осознают всей опасности, которая скрывается в Зоне?
«Разве мы уже не понесли достаточно потерь?» — спросил я. «Неужели нам необходимы новые жертвы?»
Руководитель задумался, прежде чем ответить:
— Профессор, мы понимаем ваши чувства, но Зона — это часть нашей жизни. Мы не можем остановиться, иначе нас поглотит тьма. Мы должны бороться, изучать её, использовать её силу во благо.
Я осознал, что он прав. Мы не должны отступать. Нам следует продолжать наш путь, несмотря на боль и страдания, которые он приносит. Мы должны исследовать Зону, чтобы раскрыть её тайны и, возможно, однажды найти способ контролировать её силу.
Однако я знал, что никогда не забуду Мёртвую Воду, Виктора и Максима, а также ту боль, которую она мне причинила. Моя работа не завершена — она только началась. И я продолжил свой путь, погружаясь в тайны Зоны, с грузом прошлого и надеждой на лучшее будущее.
